Милосердие по отношению к врагам

Заповедь любви получает развитие в другой, частной, заповеди любви к врагам. Она провозглашается Иисусом в Нагорной проповеди: «Вы слышали, что сказано: “люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего”. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф. 5:43-44). Ею Христос разъяснил и дополнил заповедь любви.

Заповеди ненависти и зложелательства в отношении врагов вообще нет в книгах Ветхого Завета. Но считается, что слова, «ненавидь врага своего» могли произноситься в храме во время проповедей, истолковывающих слова «люби ближнего своего»[1]. Впрочем, в специальном требовании ненависти к врагам не было нужды в условиях повсеместной практики ненавистного отношения к врагам. В разных повествовательных сюжетах Ветхого Завета не раз сообщается о жестокости, нередко буквально испепеляющей, в отношении врагов.

В книгах Писания указывается и на праведную ненависть ко злу в его частных проявлениях — гордости, высокомерии, зложелательстве, злословии. По-разному следует относиться к праведникам и нечестивцам: первым следует делать добро, а последним — нет. Вместе с тем в ветхозаветных книгах заповедовались не только ненависть и жестокость в отношении к врагам. В условиях мира, близкого соседства, например, когда враждебные народы были покорены и с ними нужно было рядом жить, повелевались солидарность и доброжелательность в отношении к их представителям (Исх. 23:4-5). При сопоставлении этого повеления со стихами, в которых то же поведение требуется в отношении к братьям, т.е. соплеменникам (Втор. 22:1-4), становится ясно, что в условиях мирного сосуществования и к врагу следовало относиться, как к ближнему, иными словами, помогать ему и заботиться о нем.

Текст заповеди любви к врагам (Мф. 5:43-44) свидетельствует о том, что Иисус, призывая любить врагов, имел в виду не только иноплеменников, но и тех, с кем человек оказывается в активном противостоянии, в прямой вражде. Об этом призыв к благожелательности и сердечному расположению в отношении к проклинающим, ненавидящим, обижающим и гонящим. По сравнению с древним законом это, конечно, была морально-нормативная новация. Если любовь-милосердие есть путь преодоления обособленности людей, разобщенности между ними, то заповедь «Любите врагов ваших» действительно фундаментальна, ибо враждебность, ненависть являются наиболее крайними выражениями обособленности и разобщенности. Повелевая делать все для преодоления разобщенности и раздора, чтобы ненасильственно и конструктивно разрешить конфликт, заповедь «Любите врагов ваших» предстает как наиболее последовательное выражение милосердия — великодушия и снисходительности. Мысли и констатации, созвучные заповеди любви к врагам, встречаются и в более древних, чем христианская, традициях. Однако только в христианстве этой заповеди придается столь большое значение.

Этика любви к врагам развивается апостолами Петром и Павлом в связи с заповедью непротивления злу. Это сопоставление важно в этико-нормативном плане, поскольку враг — это тот, кто является источником зла. Неоднократно возвращаясь к заповеди непротивления злу, апостолы вносят в формулировку заповеди существенное уточнение, указывая, что за зло нельзя воздавать злом, и на основе этого предполагается: воздавай добром. Заповедь Христа «Не противься злому» может восприниматься как указание непротивления вообще. В самом деле, из общего контекста Нагорной проповеди и последовательности заповеданий можно предположить, что «Не противься злому» означает: относись ко всем с любовью. Такая формулировка заповеди, особенно в сравнении с некоторыми ветхозаветными наставлениями, более перекликается с запретом на лично осуществляемое мщение (Притч. 20:22).

Петр призывает членов христианской общины — верующих, живущих среди язычников, не воздавать злом за зло. Он имеет в виду прежде всего внутренние отношения в общине (1 Петр 2:2; 2:16; 3:9).

Наставление в снисходительности к злословящим было, несомненно, оппозиционно Моисеевым законам, в которых злословие рассматривалось как преступление. Но и среди язычников (и по отношению к язычникам) надо вести себя добродетельно, в частности для того, чтобы своим образом жизни агитировать за Христа (1 Петр. 2:11-12). Иными словами, на злословие язычников следует отвечать добродетелью по отношению к ним. Вместе с тем проповедуются покорность «всякому человеческому начальству» во имя Господа (1 Петр. 2:13) и доброе к нему отношение (1 Петр. 2:15-16). Слугам также полагается повиновение господам (1 Петр. 2:18), и примером здесь должен быть Иисус (1 Петр. 2:23). В этих наставлениях конкретизируется общее: «Будьте все единомысленны, сострадательны, братолюбивы, милосерды, дружелюбны, смиренномудры; не воздавайте злом за зло или ругательством за ругательство; напротив, благословляйте, зная, что вы к тому призваны, чтобы наследовать благословение» (1 Петр. 3:8-9).

Павел также высказывает заповедь «Никому не воздавайте злом за зло», обращаясь к членам христианских общин и формулируя правила христианской жизни. Именно говоря о том, какими должны быть отношения между братьями, Павел предостерегает против беззаконности, корыстолюбия, непокорности и наставляет в миролюбии, братолюбии, благоприличии (1 Фес. 4:6-12). Призывая к вразумлению бесчинных, утешению малодушных, поддержке слабых и долготерпению в отношении всех, Павел заключает: «Смотрите, чтобы кто кому не воздавал злом за зло; но всегда ищите добра и друг другу и всем» (1 Фес. 5:15). Сказав то же об отношениях внутри общины, он говорит, как надо вести себя с врагами верующих — благословлять, а не проклинать (Рим. 12:14), и заповедь непричинения ответного зла дается в качестве принципа отношений как к братьям, так и ко всем людям: «Никому не воздавайте злом за зло, но пекитесь о добром перед всеми человеками» (Рим. 12:17). Павел рекомендует быть по возможности миролюбивым, запрещает месть и в словах, известных по Ветхому Завету, утверждает доброту в отношении врагов (Рим. 12:18-20). Павел также говорит о недопустимости противления властям, причем повиноваться надобно «не только из страха наказания, но и по совести» (Рим. 13:5), поскольку гражданские начальники — это Божьи слуги и их служение есть Божье служение. Все эти наставления обобщаются в провозглашении заповеди любви, однозначно соотнесенной с заповедью непротивления злу: «Любовь не делает ближнему зла; итак любовь есть исполнение закона» (Рим. 13:10).

Как и Иисус, апостолы ничего не говорят о должной реакции в отношении разрушительного зла, действиях перед лицом агрессивного злодея, о том, как относиться к врагу в наиболее зловещем смысле этого слова — нападающему с оружием, иноземному воину или разбойнику, а в особенности, как относиться к агрессору, угрожающему не только мне, но и близким мне людям, тем, попечение о ком возложено на меня. Из того, что говорит Павел, можно сделать вывод, что именно не сопротивляясь — молясь и кланяясь. Ведь сказав о помощи, которая может потребоваться тем, кто является нашим врагом (но опять-таки в состоянии не активного противостояния, а мира), Павел добавляет: «Не будь побежден злом, но побеждай зло добром» (Рим. 12:21). Это следует понимать в духе заповеди «Не воздавай злом на зло»: отвечая на зло добром, ты побеждаешь его, не даешь злу войти в свою душу[2].

  • [1] Smith М. Mt. 5.43: «Hate Thine Enemy» // The Harvard Theological Review. 1952. Vol.45, № l.P. 72.
  • [2] О ненасилии и ненасильственно сопротивлении см. § 12.2, 19.1-19.2.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >