Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow Русский язык и культура речи
Посмотреть оригинал

Основы стилистики русского языка

Национальный русский язык предоставляет в распоряжение говорящего гораздо больше средств, чем может быть использовано в конкретной речевой ситуации. Избыточность позволяет из множества вариантов выбрать тот, который максимально точно выразит мысль и чувство.

Обширными ресурсами обладают все уровни языка: фонетика, лексика, словообразование, морфология, синтаксис. Воспроизводя звуковой облик слова в устной речи, можно ориентироваться на полный ши неполный стиль произношения. «Здравствуй, Вера!» — «Андрюша, здрасъте!». В лексике, которая особенно богата стилистическими ресурсами, близкие по значению единицы образуют ряды, некоторые из которых включают десятки синонимов: например, понятию умереть в русском языке соответствует более 50 слов и фразеологизмов: скончаться, сдохнуть, отдать богу душу, дать дуба, склеить ласты, отбросить коньки, лечь в сыру землю, уйти в иной мир и др.

Явление синонимии охватывает не только лексику, но и другие уровни языка: словообразование, морфологию, синтаксис. В словообразовании для создания слова с нужным значением, как правило, существует несколько возможностей: например, от прилагательного капризный можно образовать слово, обозначающее лицо женского пола, как при помощи суффикса -ниц(а), так и при помощи суффикса -ул(я) капризница и капризуля', существительное кот образует большой ряд производных — кошка, кошечка, котик, котище, котенок, кошурка, котишка, котяра и др. В области морфологии синонимия проявляется в наличии форм, имеющих одинаковое предназначение (функцию): например, сравнительную степень прилагательного передают формы быстрее и более быстрый, превосходную — быстрейший и самый быстрый.

В синтаксисе как синонимы выступают модели, по которым строятся словосочетания (дом отца и отцов дом) и предложения: говорящий может выбрать активную конструкцию Врач предупредил пациента о необходимости курса лечения или пассивную — Пациент был предупрежден врачом о необходимости курса лечения, полное предложение Милостивый государь, не изволите ли вы пожаловать к барьеру?! или неполное — К барьеру!; отдать предпочтение простому предложению с причастным оборотом Вот дом, построенный Джеком, или сложному — Вот дом, который построил Джек, использовать обычный порядок слов или изменить его. Ср.: Оплела мне глаза бессонница теневым венцом (М. Цветаева) вместо обычного Бессонница оплела мне глаза теневым венцом.

Выбор языковых средств, а также принципы их использования в речи зависят от условий общения. Предпочтение той или другой языковой единице из ряда вариантов подчиняется требованию уместности, предполагающей корректное использование языка.

На порождение и восприятие смысла высказывания оказывают влияние составляющие речевой (коммуникативной) ситуации: коммуниканты — адресант и адресат, а также создающие контекст речевой ситуации время, место, присутствующее третье лицо — наблюдатель. Стилистическая уместность связана с осмыслением адресантом (автором речевого сообщения; говорящим или пишущим) ситуации общения и личности адресата — лица, к которому обращена речь: учитываются роли, которые закрепляются за участниками коммуникации в диалоге, социальный статус собеседника, возраст, пол, степень осведомленности его о предмете речи и т.д. Неудачный выбор слова, формы или грамматической конструкции может неверно передать намерения говорящего и привести к коммуникативной неудаче.

По возможности своего употребления языковые средства подчиняются разным закономерностям: одни могут употребляться практически в любой языковой ситуации, другие имеют ограничения. К не имеющим ограничений в своем использовании межстилевым средствам принадлежит нейтральная лексика: стол, часть, письмо, сказать и т.п., морфологические формы слов в их основных значениях, полные, повествовательные предложения, прямой порядок слов и другие явления в синтаксисе. Нейтральным средствам противопоставлены стилистические.

Стилистические средства — это единицы языка, которые содержат дополнительную информацию, указывающую на ограничение их употребления или связанную с выражением экспрессии, оценки, эмоций, т.е. имеющие стилистическую окраску (значение).

Стилистической окраской обладают, например, эмоционально-оценочная лексика (лапонька, тягомотина, драчун, алкаш, уродина), уменьшительно-ласкательные суффиксы в словообразовании (яблочко, апельсинчик), в морфологии — междометия, некоторые грамматические формы (например, молчать! в значении приказа), в синтаксисе — восклицательное предложение, обратный порядок слов (инверсия) и др.

По стилистической окраске средства разных уровней — фонетические, лексические, словообразовательные, морфологические и синтаксические — могут совпадать или не совпадать.

Стилистическое согласование — совпадение (или минимальное расхождение) стилистической окраски слов и других языковых средств в высказывании (тексте). Например, в деловом письме для образования формы родительного падежа отглагольных существительных недоплата, переплата употребляется сложный предлог в случае, характерный для книжной речи, а также используется пассивная конструкция: В случае недоплаты вы внесете необходимую сумму, в случае переплаты разница будет перенесена на следующий год', в непринужденной речи Ленского, обращенной к приятелю, совпадают по стилистике слово, имеющее в словаре помету «разг.» и конструкция восклицательного предложения с местоимением какой: Какой же я болван! (А.С. Пушкин. Евгений Онегин).

Оправданное употребление средств разных уровней, проявляющееся в стилистическом согласовании, формирует стилистическую норму. Наиболее последовательное воплощение она получает в функциональных стилях литературного языка.

Функциональный стиль — разновидность литературного языка, обладающая набором специфических языковых средств (слов, морфологических форм, синтаксических конструкций и др.) и используемая в ситуациях общения, типичных для определенной сферы деятельности. Выделяются разговорный (бытовой) стиль и противопоставленные ему книжные стили: официально-деловой, научный и публицистический.

Разговорный стиль обслуживает повседневное бытовое общение, протекающее (в отличие от просторечия) с соблюдением этических и эстетических норм. Его основной формой является неподготовленный устный диалог. В последние годы под влиянием электронной коммуникации расширяется использование устно-письменной формы: сформировались такие жанры, как блог, форум, конференция, СМС-сообщение и др., письменное общение в которых осуществляется с использованием разговорных средств.

Специфику разговорного стиля определяют зависимость от ситуации и контекста речи, личный неофициальный характер общения, спонтанность, большая роль жестов и мимики.

Звучащая бытовая речь отличается чрезвычайным разнообразием и богатством интонации, использованием неполного стиля произношения: щас вместо сейчас, [шыс’ат/имеете шестьдесят, [гр’ит] вместо говорит и т.п.

Лексика, употребление которой преимущественно ограничено бытовой сферой, в словаре обозначается пометой «разг.» (разговорное).

Разговорная лексика — слова, отражающие восприятие явлений на уровне обыденного сознания; они вносят в речь непринужденность, не нарушая литературную норму: вкусности, боковушка, идти гуськом, компьютерщик, захихикать.

В состав разговорной лексики входят слова с оценочной, эмоциональной и экспрессивной окраской: Преподавательница у него классная — из Гнесинки, — мне тоже охота, но времени с этой дурацкой школой мало. В словарях такие слова даются со стилистическими пометами: «ласк.» (ласкательное), «уменын.» (уменьшительное), «фам.» (фамильярное), «неодобр.» (неодобрительное), «презр.» (презрительное), «унич.» (уничижительное) и т.п.

В русском языке широко представлены словообразовательные средства, благодаря которым формируется эмоционально-оценочное и экспрессивное значение: например, для наименования лица используются суффиксы -як, -ин(а), -ул(я), -уш(а), -ышк(а), -ик и многие др.: пошляк, старина, грязнуля, дорогуша, малышка.

Для разговорной речи характерно образование существительных с суффиксом -к- в результате «стяжения» словосочетания: продленка — группа продленного дня, музыкалка — музыкальная школа, вне- бюджетка (обучение на внебюджетной основе), социалка (социальная помощь), Гнесинка — Гнесинское училище (Государственное музыкальное училище имени Гнесиных) и др. Особенно активно используются слова с ласкательным и уменьшительным значением: Как твои делишки, как учеба? Как Аня, родители, кошечка? Ладно, Варечка, не буду тебя больше утомлять. Целую тебя в обе щечки (из письма молодой женщины).

В индивидуальной речи могут образовываться слова, предназначенные для единичного употребления в конкретной ситуации (окказионализмы): Завтра... всякие игрища на травке, с водой, с мячами, я там буду за развлекателя (из письма).

Для разговорного стиля характерно употребление личных местоимений первого—второго лица ед. ч. (я, ты, мы, вы) и соответствующих личных форм глагола, часто используются частицы и междометия: Ух ты!; Ну-ну!; Спи давай-ка! Причастия и деепричастия, краткие формы прилагательного практически не употребляются.

Разговорный синтаксис характеризуется наличием неполных предложений: В аэропорт! (фраза, обращенная к водителю такси); На столе (ответ на вопрос о том, где находится книга); экспрессивных конструкций: Получилось как получилось; Хоть бы разочек туда попасть!', изменение прямого порядка слов (инверсия): Не придет он сегодня.

Часто используются разнообразные средства образности (метафоры, сравнения и др.): Вот лиса! Всегда своего добьется!; У вас тут холодрыга, как в морозилке.

Средства разговорного стиля противопоставлены языковым средствам книжных стилей.

Книжные стили — официально-деловой, научный и публицистический — проявляют черты сходства, имея общий пласт лексики (воздать, концепция, тезис, орнаментировать), средств словообразования (например, приставки наи-, ультра-, воз-; суффиксы -изм, -аци(я), -ани(е): ультрамалый, алгоритмизация, наибольшее благоприятствование), морфологии (преобладающая роль существительного, использование причастий, деепричастий, сложных предлогов, краткой формы прилагательных и т.д.) и синтаксиса (многокомпонентные словосочетания, обособленные члены предложения, пассивные конструкции, предложения с усложненной структурой и др.).

Письменная форма речи, прежде всего монологического характера, является основной. В устной речи (политическое выступление, деловые переговоры, научный доклад и т.д.) используется полный стиль, характеризующийся относительно медленным темпом, четкостью произношения, выраженным логическим ударением.

Книжная лексика — слова, связанные с книжными стилями речи {борец, гражданственный, соратник, воспрепятствовать, уведомлять, восклицать, приемлемый, за неимением, начинание, ниспровержение). В словарях подобные слова сопровождаются пометами <<книж.» (книжное), <<спец»- (специальное), а также видовыми пометами <<офиц.-делов.ь (официально-деловое), <ше<3.» (медицинский термин), <<геол.ъ (термин геологии) и др. Книжная лексика используется также в художественной литературе, где особо выделяется высокая лексика: ваятель, отчизна, лучезарный, горнило.

В группе книжных стилей существенные особенности имеет публицистический стиль.

Публицистический стиль предназначен для коммуникации в сфере общественных отношений (политических, экономических, спортивных и т.д.), используется в СМИ. В отличие от научного и официально-делового стилей, в публицистическом стиле передача информации осуществляется одновременно с воздействием на эмоциональную сферу человека. Подобный эффект обеспечивается как языковыми средствами, так и неязыковыми (цвет и величина шрифта; фотографии и т.д.).

Публицистический стиль отличает стилистическая пестрота. В нем выявляется лексика всех функциональных стилей литературного языка — как книжная {девальвация, рудимент, дефолт), так и разговорная (растаможка, поколотить, бюджетник, гнать порожняк), могут привлекаться слова и фразеологизмы нелитературных форм национального языка: грубой формы бытового языка — просторечия, языка отдельных социальных групп — жаргонизмы (мент, мусор, в натуре, бабло), встречаются, хотя и достаточно редко, диалектизмы (гуторить, летось, кочет), устарелые слова (зерцало российской беды; убоявшись тещи, предприимчивый цирюльник).

Особенно часто в современных публицистических текстах встречаются иноязычные заимствования последних лет: аналитический дайджест; от мэйнфреймов к системам хранения; вход в парламент — через импичмент; пшеница — хит сезона; интернет-брокерам стало тесно в столице; к офшорному аутсорсингу готова треть мировых компаний; кому плей-офф, а кому слухи; гимнастическое реноме страны.

Единицы с взаимоисключающей окраской — литературной и находящейся за границами литературной нормы, книжной и разговорной (просторечной, жаргонной), высокой и сниженной, архаизмы и неологизмы — в целях привлечения внимания и создания напряженной экспрессии могут вводиться в состав одного текста, предложения, словосочетания: Дело о въезде под «кирпич»', Слуги народа переплюнули мафию; Летуны без керосина: Минобороны проинспектировало части дальней авиации, На полях былых сражений в Новгородской области в понедельник возобновятся поисковые работы.

Средства других функциональных стилей активно используются в переносном (метафорическом) значении для обозначения социальных (чаще политических) явлений на базе военных, медицинских, спортивных и других терминов: невроз по поведению; упразднен еще один рудимент рынка сотовой связи; орбита Лаврова; прокуратура — кастет с программным управлением; пустые сети политических рыбаков.

Для публицистического стиля характерны особые для языка газеты слова и выражения — газетизмы, обладающие социально-оценочной окраской и воспринимаемые, прежде всего, как принадлежность газетного текста: встреча без галстуков, дорожная карта (план последовательных действий) и др. Подвижность лексического состава газетизмов обусловливает трудность отражения ее в толковых словарях — пометы «газ.» (газетное) и <<публ.» (публицистическое) достаточно редки.

Экспрессию и разговорность придает речи употребление морфологических форм в переносных значениях: например, формы настоящего времени несовершенного вида глагола создают эффект присутствия, имитируя одновременность события и рассказа о нем (настоящее репортажа): Прекрасное настроение царит в деревне везде. В столовой, где остаются довольными даже самые изысканные гурманы, никто не прячется, завидев фотоаппарат или камеру. А некоторые, как 55-летний немецкий принц мексиканского происхождения Хуберту с фон Хохенлохе (крайний справа), которому суждено стать самым возрастным участником Игр, и вовсе с удовольствием позируют. <... > А вот собственно и сам дом... который построил отнюдь не Джек, а обычные строители. К слову, ждут в нем после заезда скелетонистов теперь только бобслеистов. (Сочи-2014. Репортаж из горной олимпийской деревни).

В синтаксисе, кроме средств, типичных для книжных стилей, регулярно отмечаются явления, характерные для разговорного стиля: неполные предложения, обратный (экспрессивный) порядок слов, использование разных интонационных типов предложения, в том числе в заголовках: «Вместемы эту пропасть одолеем!»;«Лужники» — спорткомплекс или базар?» (Комсомольская правда, 2011); «Кто мешает церкви продвигать свои идеи в общество?» (Комсомольская правда, 2011).

Языковая игра, возникающая на основе словообразования и сочетаемости слов, позволяет ввести одно из самых действенных средств выражения оценки — иронию: например, волеизъявление — волеизвер- жение; гособоронзаказ — гособоронскандал; комплекс неполноценности — комплекс полноценности (Отечественные записки, 2003); «Кому на Руси жить хорошо» (название поэмы Н. Некрасова) — Где на Руси жить хорошо (Время МН, 2003); Семь раз отмерь — один отрежь (пословица) — Семь раз отрежьодин заплати (Рекламный мир, 2003) и т.п.

Публицистическому стилю свойственно чрезвычайное разнообразие жанров: информационная заметка, репортаж, очерк, рекламное объявление, аналитическая статья, интервью, анонс и др. Информативность и экспрессия проявляются в каждом из них в большей или меньшей степени, что оказывает влияние на выбор языковых средств.

Использование в рамках одного функционального стиля элементов другого — основная причина большинства ошибок, связанных с нарушением стилистической уместности.

Стилистическая ошибка — один из видов речевых ошибок, обусловленных употреблением стилистически окрашенных единиц (слов, их форм, синтаксических конструкций) в текстах иной стилевой принадлежности. Например, употребление в разговорном стиле канцеляризма: Люди, если вы хотите поесть моего деньрожденного тортика, то надо явиться в следующий вторник в большой перерыв куда-нибудь в районе 2-го корпуса.

Стилистические ошибки могут проявляться, в частности, как несоответствие средствам литературного языка на уровне произношения (упл[о]чено — просторечное), постановки ударения (звонят, отключит — просторечное), словообразования (выкластъ — просторечное), морфологии (характерные для профессиональных жаргонов формы множественного числа типа крема, драйвера), синтаксиса (смеяться с нее, я за тобой соскучился), лексики (стилистически не оправданное употребление заимствований, архаизмов, канцеляризмов, диалектизмов и др.).

Стилистические ошибки следует отличать от намеренного столкновения разностилевых компонентов. Вне типичной для них сферы употребления стилистические средства могут использоваться для создания экспрессии, образности речи.

Вопросы и задания

1. В приведенном ниже отрывке выделите языковые средства, ограниченные преимущественно бытовой сферой употребления.

Дом потряхивает уже два часа, люстра ходуном ходит, МЧС говорит: опасности нет — шарик у нас большой, возможно, где-то что-то происходит, а до нас отголоски долетают!.. В полуголом виде побежала на улицу, где живет мама. Схватила только сотик и кошелек. По улицам брели куда-то люди, мы тоже пошли. На головы сыпались горелые хлопья и мелкие кусочки какого-то кокса. Какая-то овчарка металась-металась между машинами, так ее и сбили, погибла бедняжка (Русский репортер. 2011. № 22).

2. В приведенных ниже заголовках статей в СМИ укажите, за счет каких языковых средств создается экспрессия и осуществляется воздействие на эмоциональную сферу человека.

Нет больше сил терпеть безнадегу (Витрина читающей России, 2002); Регионам что-то перепадет (Время МН, 2003); Куда занесет Селезнева (АиФ, 2003); Трезвяк, каким он был (Богатей, 2003); «Любого мента поколотить могу!» (Коммерсантъ-Власть, 2002); Из горилл — в офицеры (Криминальная хроника); И паек в натуре (Сочи, 2002); Кремлевский звездопад (Еженедельный журнал, 2003). [1]

Только не это. Хотя Лена столько раз ей повторяла, в ответ на вой и под- вывы: «Не вдумывайся. Не вдумывайся никогда». Поднимала глаза, поправляла седоватую челку, усмехалась: «Зачем тебе смысл? Отдели, отслои ты его от орфографии, двоеточий и выкинь. Если что-то останется вообще» (М. Кучерская. Тетя Мотя).

  • 4. Приведите примеры текстовых фрагментов из современной публицистики, иллюстрирующие совмещение языковых средств с разной стилистической окраской.
  • 5. Писательница Зоя Журавлева рассуждает об особенностях современного языка. Какие явления обнаруживает она в современной речи? Дополните собственными примерами характеристику новояза.

Мир наш уютно прошит сейчас стальными дрюлечками новояза: выйти на принятие решений, ответить адекватными мерами, стать разменной картой в чьей-то игре, довести постановление до регионов, выйти с программой в плане консолидации, сынициировать мини-дискуссию в отношении консенсуса, обложить неадекватным налогообложением, довести подозреваемого до логического конца. Это, последнее, совершенно как раз не то, о чем вы подумали! Судья, наоборот, намекал, что дело будет расследовано со всей тщательностью, только на это. Новояз при всей своей изощренности не больно-то приспособлен для выражения частного мнения, случаются оттого и курьезы. И еще. Это ведь был единственный, из приведенных, пример, задержавший на себе живое ваше внимание. А конструкции новояза — в принципе — не хотят задевать ни мысли вашей, ни чувства: они призваны проскакивать, как горькая таблетка в густом вишневом компоте, обводить вокруг пальца, уводить в нужную подворотню, доводить обсуждаемый вопрос до полного вдруг исчезновения всякого вопроса, до де-материализации. Это, по сути-то, государственная магия.

Самое удобное для магии новояза сегодня — иностранные слова. Они загадочны и свежи, каким-то иррациональным образом только одним среди нас своим присутствием уже приобщают нас ко всему цивилизованному сообществу и, самое-то главное, не имеют корней в отечественной культуре, они ж беззащитны. Либерализация цен сколько душ, поди, спасла. И сколько нервов сэкономила властным структурам. Потому как — не повышение, не обвал, не скачок и даже не рост.

А какая пристойная обертка: эскалация конфликта! Да пусть хоть эскалация военных действий! Первое слово перетягивает все внимание на себя. «Военные действия» тут бесшумно проскакивают, не война, не слезы, не кровь, мягкий проскок. «Эскалация» же плавно перетекает во что-нибудь знакомое, ну, в «эскалатор», стоишь — везет, вполне мирное занятие, на поручни не облокачиваться, об тебе забота. Ассоциации или, напротив, выгодное их отсутствие — новояз это чует, как никто. Почему, к примеру, два президента, России и Белоруссии, ритуально лобызаясь на голубом экране, толковали именно про интеграцию? А не про «объединение», всем понятное? Да все — потому же. Объединение может вызвать в братских наших народах непривлекательные воспоминания, так наверху посчитали. А интеграция — дело чистое, предвосхищает, само собой, иной, демократический путь нашего единства, западные принципы и радужные перспективы. На следующий день в Минске, по слухам, опять работали дубинки и слезоточивый газ. Но этого даже интеграция пока снять не может, это уж наш менталитет.

  • [1] Прочитайте текстовый фрагмент, в котором описывается работа корректора. Языковые единицы какого стиля преобладают в тексте? Почему? Первой Тетя взяла явно уже залежавшуюся заметку с говорящим названием «По осени считают» — про допинг-тесты и пересмотр результатовотшумевшей чуть не месяц назад Олимпиады — по всему получалось, чтотеперь России могла достаться еще медалька. С утра работалось легче,и она не тянула, как все, не шла за водой, не грела чайник, не пила коферастворимый, не проверяла почту. Зажмурясь — бултых — и сразу две-три заметки, на свежую голову, пока тихо, пока соображаешь, а вот потом можно и выдох, и перерыв. Следующей упала новость про наградумемориалыциков, скука смертная, зато почти без ошибок, знала она этуМарию Тихонову — тихонькую, как ее фамилия, и тексты с правильнымизапятыми прочла за десять минут. Болталось что-то и про Беслан, но нет.
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Популярные страницы