Проблема верховенства международного поава в правовом государстве (на поимеое регулирования свободы совести)

Несмотря на то, что теория правового государства развивалась несколько столетий, она всегда вызывала ожесточённые споры. Не является исключением и современный период, когда высказываются диаметрально противоположные точки зрения на природу и признаки правового государства. Как отмечает Д.Н. Миронов, «в зарубежной литературе одни призывают отказаться от правового государства, считая, что оно, выполнив свою миссию, исчерпало свои возможности. Другие же авторы выступают за дальнейшее обеспечение развития правовой государственности. Двойственного отношения к правовому государству не избежала и российская общественная мысль. Здесь одни подчёркивают необходимость разработки новой парадигмы доктрины правового государства, другие высказывают сомнения относительно совместимости правового государства с концепциями служения государства общему благу и социального государства»[1].

Общепризнано, что одним из признаков правового государства является верховенство права (в некоторых интерпретациях верховенство закона). Однако существуют сферы, где следует говорить не просто о верховенстве права, а о верховенстве международного права. К таковым можно отнести права человека. Несмотря на всю критику современной правозащитной области, необходимо признать, что именно в последние десятилетия человечество сделало огромный шаг на пути правового оформления и реализации прав человека, столкнувшись, правда, с обратной стороной медали: ростом индивидуализма как принципа жизни, подавлением меньшинством большинства, разбалансировкой соотношения прав и обязанностей и т.д.

Каким образом может быть реализовано верховенство международного права, можно рассмотреть на примере такого сложного понятия, как «свобода совести», значение которого претерпело в течение истории значительную трансформацию. Как отмечает С.В. Рыбак, «свобода совести и выбора религии относится к основным правам человека и составляет фундамент правового государства и гражданского общества»[2].

До эпохи Просвещения идея свободы совести развивалась в рамках религиозных учений. Например, в богословской науке издавна считалось аксиомой, что принцип свободы совести возник одновременно с христианством. При этом делалась ссылка на 27-е Апостольское правило: «Повелеваем епископа или пресвитера или диакона, бьющего верных согрешающих или неверных обидевших и через сие устрашати хотящего, извергати от священного чина»[3]. Конечно, можно вспомнить и крестовые походы, и деление людей на «верных» и «неверных» в Арабском халифате в VII-XIII вв., и религиозные войны, и массу других примеров, но при этом религиозное учение практически всегда призывало к веротерпимости.

Второй этап в развитии понятия «свобода совести» связан с эпохой Просвещения. Уже предшественник французского Просвещения Пьер Бейль в «Историческом и критическом словаре» высказывал мнение, что свобода совести - это право исповедовать любую религию и право не верить в Бога совсем[4]. Просветители отнесли свободу совести к числу естественных прав каждого человека, однако, в толковании этого понятия часто наблюдалась путаница и неопределенность, что объяснялось огромной политизацией и идеологизацией данной проблемы.

С конца XVII века принцип равенства всех религий получил отражение в национальном законодательстве. Так, в 1689 г. в Англии был подписан Акт о терпимости, который, правда, распространялся только на протестантов, веривших в Троицу. Им были разрешены религиозные собрания в случае, если их места были официально зарегистрированы. Однако католики преследовались вплоть до 1832 г., а принадлежность к католической церкви квалифицировалась как государственная измена[5]. В XVIII-XIX вв. в различных странах Европы принимались законы о свободе вероисповеданий: во Франции Эдикт о терпимости был подписан в 1785 г., в Бельгии свобода богослужения была установлена в 1781 г., в Германии - после объединения в 1870-1871 гг. и т.д. Вторая половина XIX - начало XX века ознаменовалась борьбой за отделение церкви от государства на национальном уровне. Так, в 1905 г. церковь была отделена от государства во Франции[6]. В Российской империи в 1905-1906 гг. было разработано несколько законопроектов о свободе совести[7].

Нельзя сказать, что проблема обеспечения свободы совести не затрагивалась в международном праве. Однако, в основном, она регулировалась в двусторонних договорах. Например, в договорах Великого Новгорода с Великим княжеством Литовским (около 1445) г. рассматривались вопросы деятельности православной церкви на литовской земле и католического присутствия на «земле Новгородской»[8]. В Вестфальских мирных договорах 1648 г. гарантировалось равноправие трёх вероисповеданий: кальвинистов, лютеран и католиков, а также содержались нормы, касающиеся территориального церковного устройства и распределения церковной собственности.

Однако о третьем этапе - развитии международно-правовых стандартов по свободе совести можно говорить только после 1945 г. Причин этому процессу можно назвать несколько. Во-первых, свобода совести, безусловно, является условием мировоззренческого плюрализма, от того, является каждый конкретный человек верующим или атеистом во многом зависят его взгляды. По мнению А.С. Ловинюкова, это «первейший элемент свободы человека от любой формы угнетения»[9]. Во-вторых, теперь, уже с высоты начала XXI века, можно признать, что XX век стал временем господства секу- лярного сознания. В силу разных причин - социальных революций, отделения церкви от государства в ряде стран, повышению уровня образования, протестных настроений против некоторых явлений жизни религиозных организаций и т.д. - огромное количество людей стало атеистами. В-третьих, во многом это было вызвано процессом разрушения колониальной системы. «Распад колониальных империй после Второй мировой войны, - пишет Д.Б. Абрамов, - поставил перед политологами вопрос о возможности “экспорта” западных демократических институтов в освободившиеся страны при формировании там новых политических систем. Этот аспект взаимодействия и, - одновременно, - противостояния Запада и Востока, давший классический пример их взаимоотношений, включает в себя проблемы политической мысли и политической практики, эволюции политических институтов, их правовых оснований и норм в области секуляр- ного устроения государственной системы в условиях поликонфесси- онального общества»[10].

Международно-правовые стандарты по свободе совести, которые были приняты во второй половине XX века, можно разделить на универсальные и региональные.

Исходные положения универсального международно-правового регулирования вопросов, относящихся к религиозной сфере, содержатся в статье 55 Устава Организации Объединённых Наций 1945 г. В ней закреплено, что «с целью создания стабильности и благополучия, необходимых для мирных и дружественных отношений между нациями, основанных на уважении принципа равноправия и самоопределения народов, Организация Объединённых Наций содействует ... всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии»[11].

Важнейшим универсальным международно-правовым документом по правам человека, в целом, и по свободе совести, в частности, является Всеобщая декларация прав человека, которая была принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г. Базовой является статья 18, в которой закреплено, что каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и религии; это включает в себя свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком в учении, богослужении и выполнении религиозных и культовых порядков. Дополнением к этому является статья 19, закрепляющая за каждым право искать, получать и распространять любую информацию любыми средствами независимо от государственных границ. Это относится, в том числе, к информации по вопросам религии и атеизма. Отчасти религиозным вопросам посвящена и статья 26 Декларации, посвященная праву на образование: «образование должно содействовать взаимопониманию, терпимости и дружбе между всеми народами, расовыми и религиозными группами и должно содействовать деятельности ООН по поддержанию мира. Родители имеют право приоритета при выборе вида образования для своих малолетних детей»[12]. Таким образом, Всеобщая декларация прав человека допускает возможность получения как светского, так и религиозного образования.

Необходимо отметить, что данные положения Декларации разрабатывались с большим трудом. Как отмечает Р. Мухаметзянова, «во время обсуждения Декларации появились серьёзные разногласия в отношении ряда отдельных статей, как по сути, так и по формулировке... Два вопроса интересовали членов Комиссии и Третьего комитета в принципиальном плане: утверждение права исповедовать свою религию или убеждения, а также право менять свою религию. Эти два положения сохранились в окончательном проекте, однако сначала они стали предметом острой дискуссии». Была идея внести в Декларацию формулировку «право на выполнение религиозных обрядов»[13].

Представители арабских государств и ряда государств Дальнего Востока задались вопросом, не таится ли в данном положении опасность того, что оно может быть истолковано, как предоставление миссионерам права заниматься прозелетизмом в любой форме.

Серьёзным было возражение Саудовской Аравии относительно права менять свою религию, т.к. это рассматривалось как посягательство на культурные принципы исламских государств. Однако поправки, выдвигаемые делегацией Саудовской Аравии, отвергались большинством.

В конечном счёте все мусульманские страны - члены Организации Объединённых Наций проголосовали за принятие Всеобщей декларации прав человека, Саудовская Аравия воздержалась, а Северный Йемен не принял участия в голосовании.

К универсальным международно-правовым документам можно отнести также Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 г., статья 13 которого также закрепляет возможность получения религиозного образования[14].

Третьим международно-правовым документом, закрепляющим свободу совести, является Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. Статьи 18-19 этого пакта практически полностью повторяют положения Всеобщей декларации прав человека. Однако есть и новые положения. Так, статья 20 закрепляет, что «всякое выступление в пользу национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющее собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, должно быть запрещено законом». В статье 26 уточняется, что дискриминация может быть по признакам: расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, рождения или иного обстоятельства[15].

Новым этапом в международно-правовом регулировании свободе совести стало принятие Декларации о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений от 25 ноября 1981 г. В преамбуле было закреплено, что «игнорирование и нарушение прав человека и основных свобод, в частности права на свободу мысли, совести и религии или убеждений любого рода, являются прямо или косвенно причиной войн и тяжелых страданий человечества, особенно когда они служат средством иностранного вмешательства во внутренние дела других государств и приводят к разжиганию ненависти между народами и государствами».

Во 2 статье этой декларации было дано определение «нетерпимости и дискриминации на основе религии или убеждений» как любое различие, исключение, ограничение или предпочтение, основанное на религии или убеждениях и имеющее целью или следствием уничтожение или удаление признания, пользования или осуществления на основе равенства прав человека и основных свобод.

Статья 4 Декларации определила обязанности государств в этой сфере, а именно: 1) принимать эффективные меры для предупреждения и ликвидации дискриминации на основе религии или убеждений в гражданской, экономической, политической, социальной и культурной областях жизни, 2) принимать или отменять законы для запрещения нетерпимости или дискриминации.

В статье 6 Декларации были уточнены понятия свобода мысли, совести, религии или убеждений как сумма следующих прав: а) отправлять культы или собираться в связи с религией или убеждениями и создавать и содержать места для этих целей, Ь) создавать и содержать соответствующие благотворительные или гуманитарные учреждения, с) производить, приобретать и использовать необходимые предметы и материалы, связанные с религиозными обрядами или обычаями или убеждениями, d) писать, выпускать и распространять соответствующие публикации в этих областях, е) вести преподавание по вопросам религии или убеждений в местах, подходящих для этой цели, f) испрашивать и получать от отдельных лиц и организаций добровольные финансовые и иные пожертвования, g) готовить, назначать, избирать или назначать по праву наследования соответствующих руководителей согласно потребностям и нормам той или иной религии или убеждений, h) соблюдать дни отдыха и отмечать праздники и отправлять обряды в соответствии с предписаниями религии или убеждений, i) устанавливать и поддерживать связи с отдельными лицами и общинами в области религии и убеждений на национальном и международном уровнях[16].

В статье 1 Декларации о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам от 18 декабря 1992 г. была сформулирована еще одна обязанность государств в этой сфере: охранять существование национальной или этнической, культурной, религиозной и языковой самобытности меньшинств и поощрять создание условий для развития этой самобытности.

В статье 2 Декларации были перечислены права меньшинств: право пользоваться достоянием своей культуры, исповедовать свою религию и отправлять религиозные обряды, а также использовать свой язык в частной жизни и публично, свободно и без вмешательства или дискриминации в какой бы то ни было форме, право активно участвовать в культурной, религиозной, общественной, экономической и государственной жизни, право активно участвовать в принятии на национальном и, при необходимости, региональном уровнях, решений, касающихся того меньшинства, к которому они принадлежат, или тех регионов, в которых они проживают, в порядке, не противоречащему национальному законодательству, право создавать свои собственные ассоциации и обеспечивать их функционирование, право устанавливать и поддерживать без какой-либо дискриминации свободные и мирные контакты с другими членами своей группы и с лицами, принадлежащими к другим меньшинствам, а также контакты через границы с гражданами других государств, с которыми они связаны национальными, этническими, религиозными или языковыми узами[17].

Исходя из универсальных международно-правовых стандартов по свободе совести, различные регионы мира конкретизировали права человека с учетом существующих особенностей и специфики.

Говоря о свободе совести, необходимо учитывать процессы, на которые указывает Л.Х. Мингазов: «... в некоторых регионах мира изначально существовали определенные несоответствия «универсальности» прав человека социально-культурному фону страны, менталитету народов, сформировавшихся в иных традициях (культурных, религиозных, общинных и др.). Это предопределило, что наряду с широким процессом распространения универсальных стандартов в области прав человека их глобализацией развивался другой процесс - регионализация, т.е. создание стандартов и механизмов защиты прав человека, соответствующих традициям и культуре региональных образований...»[18].

На современном этапе региональные международно-правовые стандарты по свободе совести можно разбить на европейские, межамериканские, африканские и исламские.

Вопросам свободы совести посвящена статья 9 Конвенции Совета Европы о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г.:

«1. Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии; это право включает свободу менять свою религию или убеждения и свободу исповедовать свою религию или убеждения как индивидуально, так и сообща с другими, публичным или частным порядком, в богослужении, обучении, отправлении религиозных и культовых обрядов.

2. Свобода исповедовать свою религию или убеждения подлежит лишь ограничениям, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах общественной безопасности, для охраны общественного порядка, здоровья или нравственности или для защиты прав и свобод других лиц»[19].

Проблема гарантии свободы совести с 70-х гг. XX века разрабатывалась в рамках Совещания по безопасности и сотрудничества в Европе (с 1995 г. - Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе). Заключительный акт СБСЕ от 1 августа 1975 г. содержит Декларация принципов, которыми государства-участники должны руководствоваться во взаимоотношениях. В части VII говорится: «Государства-участники будут уважать права человека и основные свободы, включая свободу мысли, совести, религии и убеждений для всех, без различия расы, пола, языка и религии... В этих рамках государства-участники будут признавать и уважать свободу личности исповедовать, единолично или совместно с другими, религию или веру, действуя согласно велению собственной совести»[20].

Свою историю имеет нормативно-правовое регулирование свободы совести и в рамках Европейского Союза. 13 декабря 2007 г. был принят Договор о реформе (Лиссабонский договор). Как известно, что текст Хартии Европейского Союза об основных правах не включен в Лиссабонский договор, но её положения являются обязательными. Согласно статье 10 Хартии Европейского Союза об основных правах 2000 г. «1. Каждый человек имеет право на свободу мысли, совести и вероисповедания. Из данного права вытекает свобода изменять вероисповедание или убеждения, а также свобода индивидуально или коллективно, в частном порядке или в общественных местах исповедовать свою религию или свое убеждение в форме культа, обучения, религиозных обрядов и совершения ритуалов. 2. Право на отказ от военной службы на основании личных убеждений признается в соответствии с национальными законами, которые регулируют осуществление данного права»[21].

Как мы видим, никаких новых норм по сравнению с универсальными международно-правовыми стандартами европейские документы не содержат, поэтому все чаще слышны упреки, что данные стандарты являются достижением европейской цивилизации, которая имеет в основе христианские ценности.

Европейский образец был взят за основу при создании Американской конвенции о правах человека, которая была принята 22 ноября 1969 г. и вступила в силу 18 декабря 1978 г. Статья 12 закрепила: «1. Каждый человек имеет право на свободу совести и религии. Это право включает свободу придерживаться своей религии и убеждений и менять их, а также свободу исповедовать или распространять свою религию или убеждения как единолично, так и сообща с другими, публичным или частным порядком. 2. Никто не подлежит применению ограничений, которые могут умалять его свободу придерживаться своей религии или убеждений или менять их. 3. Свобода открыто исповедовать религию или убеждения может подлежать лишь ограничениям, установленным законом и необходимым для охраны общественной безопасности, порядка, здоровья или морали, равно как и прав и свобод других лиц. 4. Родители и в соответствующих случаях опекуны имеют право обеспечивать религиозное и нравственное воспитание своих детей или подопечных сообразно со своими собственными убеждениями»[22].

В целом, по европейскому пути пошли и авторы Африканской хартии прав человека и народов, которая была принята в июне 1981 г., а вступила в силу в январе 1988 г. В статье 8 говорится, что «свобода совести и свободное отправление религиозных обрядов гарантируются. Никто не может, в соответствии с законом и порядком, быть подвергнутым мерам, ограничивающим пользование этими свободами». Также в статье 28 Хартии определено, что «каждый обязан уважать и относиться к своему ближнему без дискриминации, а также поддерживать отношения, имеющие целью помощь, защиту и усиление взаимного уважения и терпимости»[23].

Абсолютно другой подход содержится во Всеобщей исламской декларации прав человека, принятой на конференции, посвященной личности пророка Мухаммеда и его Посланию, проходившей в Лондоне с 12 по 15 апреля 1980 г. Эта декларация была принята по инициативе Исламского Совета Европы и зачитана 19 сентября 1981 года в Париже, в штаб-квартире ЮНЕСКО, генеральным секретарем Исламского Совета Салемом Аззамом.

Уже во введении Декларации были определены основные отличия мусульманской концепции прав человека от остальных: 1) четырнадцать столетий назад Ислам дал человечеству идеальный кодекс прав человека. Основная цель этого кодекса - даровать человечеству гарантию чести и достоинства, устранив возможность эксплуатации, гнета и несправедливости; 2) в исламе концепция прав человека зиждется на убежденности в том, что Всевышний, и единственно Он, является Автором закона и источником всех прав человека. Права человека, дарованные Всевышним, не могут в силу своего божественного происхождения быть сокращены или упразднены правительством, руководителем, либо какой бы то ни было правящей группой. Никто не имеет права видоизменять их по своему усмотрению; 3) в исламе права человека составляют неотъемлемую часть исламского строя и все мусульманские правительства и организации обязаны следовать их духу и букве. Огромной трагедией является то, что права человека безнаказанно попираются в ряде стран мира, в том числе и в исламских государствах. Такие явные нарушения волнуют и пробуждают социальное сознание все увеличивающегося числа людей во всем мире; 4) Всеобщая Исламская декларация прав человека основана на Коране и Сунне[24].

Таким образом, мусульманский мир предложил собственную концепцию прав человека, основанную исключительно на религиозных источниках и нормах. Сейчас исламская концепция представлена в трёх основных источниках: в уже упомянутой Всеобщей исламской декларации прав человека от 19 сентября 1981 г., в Каирской декларации о правах человека в исламе от 5 августа 1990 г., принятой Организацией Исламской конференции, и в Арабской хартии прав человека 1994 г., которая была принята Советом Лиги арабских государств на 102-й очередной сессии 15 сентября 1994 г.

Обобщив данные документы, Ю.Е. Карлов вывел следующие базовые принципы исламской концепции прав человека: равенство всех людей и запрет дискриминации по признакам расы, цвета кожи, пола, происхождения и языка; декларирование свободы человека с момента его рождения; запрещение рабства и каторжного труда; сохранение, защита и почитание института семьи как основы общества; равная ответственность перед законом (шариатом) правителей и управляемых; подчинение только тем приказам, которые согласуются с законом; священный характер любой земной власти, данное на определённое законом время; предоставление человеку экономических ресурсов, которыми он должен пользоваться в соответствии с правилами и принципами, изложенными в Коране и Сунне; осуществление власти управление обществом на основе совета с верующими; выполнение каждым обязанностей в соответствии со своими способностями и соразмерное несение ответственности за свои поступки; правовая защита каждого в соответствии с законом в случае нарушения его прав; гарантии прав и их ограничение только на основе закона; право на юридические действия против любого, кто совершил преступление против общества или одного из его членов; избавление человечества от всякой эксплуатации, несправедливости и угнетения[25].

Известный специалист в области прав человека Л.И. Глухарева выделяет следующие отличительные черты исламской концепции прав человека от других: «Права человека требуется понимать и толковать на принципах шариата. При этом действует правило: если для конкретной ситуации шариат не даёт точного ответа (отсутствует регулирующая норма), то следует руководствоваться презумпцией дозволения и личного усмотрения человека. Широкая свобода выбора варианта поведения по собственному усмотрению в сфере, не затрагиваемой шариатом - характерная черта мусульманского права. Таким образом, исламская модель прав человека сочетает религиозные и светские принципы, она сильна своей слитностью религиозных и правовых начал.

Ориентация шариата на коллективистские идеалы и солидарность правоверных мусульман сказывается на способе выражения прав: права нужно выводить и трактовать как следствие выполнения обязанностей, которые возложены либо на самого носителя прав, либо на других лиц. При этом обязанности имеют несомненный приоритет над правами...»[26].

Как отмечает Р.М. Валеев, из позднейших международных документов следует отметить Конвенцию СНГ о правах и основных свободах человека от 26 мая 1995 г., которая явилась для бывших республик Советского Союза признанием не только международного значения Всеобщей декларации прав человека, но и самого естественного права человека на свободу мысли, совести и религии[27].

Таким образом, во второй половине XX века была выработана целая система универсальных и региональных международноправовых стандартов регулирования свободы совести. Каждое государство, провозглашающее себя правовым или ставящее цель построения правового государства, закрепляя в своей Конституции основные права и свободы граждан, ориентируется на них. Можно сказать, что сложилась практика верховенства норм международного права над национальными нормами в регулировании вопросов свободы совести.

Однако в начале XXI века, видимо, начался новый этап в развитии свободы совести. Появилось понятие постсекулярного мира. Как отмечает А.С. Агаджанян, «здесь не обошлось без Юргена Хабермаса. Именно ему принадлежит заслуга введения понятия ПС (постсекулярного. - Л.Д.) в широкое употребление. Хотя это понятие использовалось в разных контекстах и дисциплинах, всё же водоразделом стала лекция Хабермаса «Glauben und Wissen», которую он причёл в октябре 2001 г. во Фанкфурте во время вручения ему Премии мира германской книжной ассоциацией. Это происходило вскоре после событий 11 сентября, и Хабермас сказал, что люди Запада смогут адекватно понять то, что происходит, скажем, в исламском мире, только отрефлексировав процессы, протекающих в их собственных постсекулярных обществах. Для этого надо отказаться от дихотомного взгляда на знание и веру, науку и религию как участников игры с нулевой суммой (одна сторона выигрывает ровно столько, сколько проигрывает другая)»[28].

Такая ситуация ставит перед мировым сообществом новые задачи, которые должны быть решены в новых международно-правовых документах.

Первая из них - разработка более чёткого понятия «свобода совести». По справедливому замечанию Н.В. Володиной, «окончательное понимание свободы совести ещё не сформировалось и не получило соответствующего научного обоснования»[29]. Современные формулировки международно-правовые документов носят более «философско-антропологический»[30], чем правовой характер. В этом смысле формула свободы совести Пьера Бейля отличается большей конкретикой, чем современные перечисления «свободы мысли, совести и религии» как однопорядковых понятий.

Вторая задача - реализация свободы совести требует сочетания индивидуальной свободы совести с коллективной. С одной стороны, каждый человек должен чувствовать, что свободен в определении своего статуса как верующей или неверующей личности. С другой - реализовать свои религиозные права можно только в коллективе единоверцев, при наличии специальных молитвенных зданий и т.д. Сложившаяся практика пока даёт преимущества традиционным конфессиям, а организации новых религиозных учений или учений, которые только начинают распространяться в определённом регионе, зачастую чувствуют дискриминацию по отношению к себе.

Третья задача - определение на международном уровне признаков тех религиозных учений и организаций, чья деятельность может рассматриваться как преступление.

Четвёртая задача- защита возможности атеистического мировоззрения, атеистического образа жизни, т.к. возник некоторый перекос в пользу религиозного восприятия мира. «Постсекулярный мир» XXI века не означает возврат к месту религии в жизни государств, общества отдельного человека в Средневековье или в Новое время. Нельзя не согласиться с мнением одного из выдающихся советских и российских исследователей Ф.М. Рудинского о том, что «переход от индустриального к информационному обществу, создание интернета и сверхскоростных средств связи привели к небывалым возможностям распространения идей по всей планете. С другой стороны, обострение противоречий между транснациональными корпорациями, крупными государствами, Севером и Югом, рост неравенства, нищеты во многих регионах привели к усилению мировоззренческих конфликтов (межрелигиозных, между религией и светским мировоззрением, включая атеизм)»[31]. Международноправовые стандарты должны быть такими, чтобы предотвращать такие возможные конфликты, а при их возникновении разрешать их.

Подводя итог, хотелось бы отметить, что, со второй половины XX века можно говорить об определённом верховенстве международного права над национальным в вопросах правового регулирования свободы совести. На данном примере видно, что такая тенденция открывает новые перспективы развития как теории правового государства, так и государственно-правовой практики. Современные нормы международного права вырабатывались в диалоге и носят тот умеренный характер, который и должен быть присущ юридическим документам правового государства. Безусловно, что реализация данных стандартов может происходить только с учётом национальной, исторической, правовой специфики. Однако именно международному праву, благодаря его универсальному языку, в XXI веке может принадлежать роль того инструмента, с помощью которого государства, одним из основополагающих принципов функционирования которых является верховенство права, смогут предотвратить межконфессиональные конфликты, а также конфликты религиозной и атеистической частей общества.

  • [1] Миронов Д.Н. Правовое государство: происхождение идеи и признакиправового государства // Вестник Бурятского государственного университета.2015. №2. С.149.
  • [2] Рыбак С.В. Свобода совести в условиях формирования ново й модели социальности // Академический вестник Ростовского филиала Ростовскойтаможенной академии. 2015. № 3 (20). С.70.
  • [3] См.: Заозерский Н.А. О принципе религиозной свободы. Сергиев Посад,1908. С.4.
  • [4] Савельев В.Н. Свобода совести: теория и история. М.,1991. С.42.
  • [5] Шутова А.В., Косилкин С.В. Институт свободы совести в Европе: историяи современность // http://www.rusoir.ru/print/01/03/
  • [6] См.: Понкин И.В. Столетие французского закона о разделении церквей игосударства. М., 2005. 78 с.
  • [7] Куров М.Н. Проблема свободы совести в дореволюционной России // Вопросы научного атеизма. Вып.27. М.,1981. С.252-273; Дорская А.А. Свободасовести в России: судьба законопроектов начала XX века. СПб., 2001; СафоновА.А.. Правовой статус религиозных конфессий в Российской империи на рубежеXIX-XX вв. Тамбов, 2006 и другие.
  • [8] Международное право: Учебник / отв. ред. Ю.М. Колосов, Э.С. Кривчи-кова. М., 2001.С.501.
  • [9] Ловинюков А.С. Свобода совести (анализ, практика, выводы) // Государство и право. 1995. № 1. С.24.
  • [10] Абрамов Д.Б. Светское государство и религиозный радикализм: политические аспекты (на примере Индии конца XX - начала XXI вв.). Авторефератдиссертации на соискание учёной степени кандидата политических наук. М.,2008. С.З.
  • [11] Устав Организации Объединённых Наций от 26 июня 1945 г. // Международное публичное право. Сборник документов / Сост. К.А Бекяшев, Д.К. Бекя-шев. М.: Проспект, 2009. С. 397.
  • [12] Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 г. // Международное публичное право. Сборник документов / Сост. К.А Бекяшев, Д.К. Бекя-шев. М.: Проспект, 2009. С. 221-224.
  • [13] Мухаметзянова Р. Свобода совести в международном праве и российскомзаконодательстве 1990-1997 гг. // Свободомыслие и свобода совести в мировойистории. Материалы ежегодной научной сессии. Уфа: Издание Башкирскогоуниверситета, 2001. С. 83.
  • [14] Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 г. // Международное публичное право. Сборник документов / Сост. К.А Бекяшев, Д.К. Бекяшев. М.: Проспект, 2009. С. 228.
  • [15] Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. // Международное публичное право. Сборник документов / Сост. К.АБекяшев, Д.К. Бекяшев. М.: Проспект, 2009. С. 235-237.
  • [16] Декларация о ликвидации всех форм нетерпимости и дискриминации наоснове религии или убеждений от 25 ноября 1981 г. // Религиозные объединения. Свобода совести и вероисповеданий. Нормативные акты. Судебная практика / Сост. А.В. Пчелинцев, В.В. Ряховский. М.: Юриспруденция, 2001. С. 23-25.
  • [17] Декларация о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам от 18 декабря 1992 г. // Религиозные объединения. Свобода совести и вероисповеданий. Нормативные акты.Судебная практика / Сост. А.В. Пчелинцев, В.В. Ряховский. М.: Юриспруденция, 2001. С. 26-27.
  • [18] Мингазов Л.Х. Универсализм прав человека и культурное многообразиемира // Российский ежегодник международного права. 2007. СПб., 2008. С.280.
  • [19] Конвенция Совета Европы о защите прав человека и основных свобод от4 ноября 1950 г. // Религиозные объединения. Свобода совести и вероисповеданий. Нормативные акты. Судебная практика / Сост. А.В. Пчелинцев, В.В. Ряхов-ский. М.: Юриспруденция, 2001. С. 35-36.
  • [20] Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 1 августа 1975 г. // Религиозные объединения. Свобода совести и вероисповеданий. Нормативные акты. Судебная практика / Сост. А.В. Пчелинцев,В.В. Ряховский. М.: Юриспруденция, 2001. С. 28.
  • [21] Хартия Европейского Союза об основных правах 2000 г. // http://eu-law.ru/about/%d0%bf%d1%80%d0%b0%d0%b2%d0%be- %d0%b5 %d0%b2%d 1 %80%d0%be%d0%bf%d0%b5%d0%b9%d 1 %81 %d0%ba%d0%be%d0%b3%d0%be- %d 1 %81 %d0%be%d 1 %8e%dO%b7%dO%bO/%d 1 %85%d0%b0%d 1 %80%d 1 %82%d0%b8%dl%8f/
  • [22] Американская конвенция о правах человека от 22 ноября 1969 г. // Международное публичное право. Сборник документов: В 2 ч. / Сост. К.А. Бекяшев,Д.К. Бекяшев. М.: ТК Велби, Издательство Проспект, 2006. 4.1. С. 525.
  • [23] Африканская хартия прав человека и народов от июня 1981 г. // Международное публичное право. Сборник документов: В 2 ч. / Сост. К.А. Бекяшев,Д.К. Бекяшев. М.: ТК Велби, Издательство Проспект, 2006. 4.1. С. 539.
  • [24] Всеобщая исламская декларация прав человека от 19 сентября 1981 г. //http://www.imamat- news.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=l 1807&catid=34:Reportaj&Itemid=485
  • [25] Международное право: Учебник / отв. ред. Ю.М. Колосов, Э.С. Кривчи-кова. М.: Международные отношения, 2001. С.518-519.
  • [26] Глухарева Л.И. Исламская концепция прав человека // Права человека:энциклопедический словарь / отв. ред. С.С. Алексеев. М.: Норма, 2009. С. 124.
  • [27] Валеев Р.М. Международная защита прав человека на свободу совести ирелигии // Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева. 2012. № 2(76).С. 123.
  • [28] 11)4 Агаджанян А. С. Постсекуляризм: контуры новой гуманитарной парадигмы // Гуманитарные чтения РГГУ-2011. Сборник материалов. М., 2012. С. 155.
  • [29] Володина Н.В. Государственно-конфессиональные отношения: теоретико-правовой анализ. М.: Издательство «Щит-М», 2005. С.54.
  • [30] |()6 Акопян Г.А. Свобода совести: философско-антропологическое измерение. Автореферат диссертации ... к.филос.н. Ставрополь, 2009. С.З.
  • [31] Рудинский Ф.М. Свобода мысли, совести, религии и убеждений в контексте глобализации // Глобализация, права человека и право. Сборник материалов Международной научно-практической конференции 27 апреля 2006 г. / подред. В.А. Северухина. М., 2007. С.39.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >