Актуальные проблемы применения статьи 90 уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

Аннотация: Автор поднимает проблемы недостаточной нормативно-правовой регламентации института преюдиции, практического применения cm. 90 УПК РФ на досудебных и судебных стадиях уголовного процесса. В статье обосновывается необходимость комплексного теоретического исследования вопросов применения преюдиции в уголовном судопроизводстве.

Ключевые слова: преюдиция, уголовный процесс, гражданский процесс, арбитражный процесс, доказательства, решения, обстоятельства.

Действующий уголовно-процессуальный закон раскрывает преюдицию как обязательность для суда, прокурора, следователя, дознавателя признавать без дополнительной проверки обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, за исключением приговора, постановленного судом в соответствии со статьей 226.9, 316 или 317.7 УПК РФ, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства (ст.90 УПК РФ). При этом такие приговор или решение не могут предрешать виновность лиц, не участвующих ранее в рассматриваемом уголовном деле [1, С. 195].

Требование законодателя учитывать в уголовном судопроизводстве судебные решения, основанные на применении других отраслей права, придает рассматриваемой теме широкое межотраслевое значение.

Еще сто лет назад, выдающийся русский процессуалист В.К. Случевский высказывался об этой проблеме: «Разнообразие законодательной постановки преюдициальных вопросов, в связи с попытками судебной практики восполнить дефекты по этому предмету законодательных постановлений, свидетельствуют о том, что учение о преюдициальных вопросах принадлежит к числу трудных и еще поныне не установившихся учений.[2, С.227]

Надо признать, что вопросы, связанные с преюдицией в уголовном процессе, так и не получили научного разрешения и четкого нормативного воплощения, что создает проблемы в практическом применении данной правовой нормы.

Одним из главных вопросов является само понятие «преюдиции». Уголовно-процессуальный закон (ст.90 УПК) не содержит четкого определения рассматриваемого понятия, что порождает различную интерпретацию правила о преюдиции, создавая существенные сложности для участников судопроизводства.

Отсутствие однозначной правовой регламентации отражается и в многообразии научных подходов к данной проблеме. Так, О.В. Левченко определял преюдицию как правило доказывания, реализуемое в процессе рассмотрения юридических дел и принятия по ним решения; как взаимную обязанность участников, ведущих юридические процессы, рассматривали ее В.М. Семенов и П.Я. Трубников.; как правило, определяющее содержание, предмет и направленность доказывания раскрывала ее А.П. Гореликова; как результат последовательного применения презумпции истинности приговора в виде обязательности решений одного суда для другого - Е.Б. Тарбагаева и т.д. [3, С. 198]

Каждый исследователь подходил к определению преюдиции через призму собственного восприятия правовых понятий, исходя из актуальных для автора вопросов, и наиболее предпочтительной интерпретации терминов и правовых норм.

Анализ высказанных в науке суждений позволяет выделить единую тенденцию в определении рассматриваемого понятия: преюдиция - это правило. Суть правила заключается в безоговорочном применении уже установленных обстоятельств, не требующих проверки.

Неизбежно встает вопрос о том, как согласуется данное правило с фундаментальными положениями уголовного судопроизводства: принципами независимости судей и свободы оценки доказательств. Не исключено, что внутреннее убеждение судьи о доказанности обстоятельств уголовного дела, сложившееся на основе оценки непосредственно исследованных доказательств, будет противоречить выводам суда, отраженным в ранее принятом решении по иному делу. Однако правило преюдиции требует применить вступивший в силу судебный акт, не предусматривая механизма разрешения возможной коллизии.

Следует отметить, что согласно ст. 28 УПК РСФСР при рассмотрении уголовного дела решения судов по гражданским делам были обязательны для суда лишь в части устанавливающей обстоятельства, характеризующие событие преступления. При этом не предрешался вопрос о виновности лица в совершении преступления. [4] Предыдущая редакция ст.90 УПК РФ также не исключала права суда проверить факты, установленные иным приговором или решением по гражданскому делу, если они вызывали сомнения у суда.

По мнению автора, ранее действующая трактовка законодательства является наиболее предпочтительной, так как не устанавливает ограничений для суда в принятии собственного решения по уголовному делу.

Нельзя обойти вниманием и существенные различия процесса доказывания в разных видах судопроизводства.

Гражданский и арбитражный процессы построены на принципе диспозитивности, не предусматривают в числе основных положений презумпции невиновности. В силу этого доказательственная деятельность жесткой регламентации не имеет, а также предусмотрен открытый перечень доказательств, форма которых не требует строго определенного процессуального заверения. Так, арбитражным судом принимаются в качестве фактов, не требующих дальнейшего доказывания, обстоятельства, которые признаны сторонами в процессе в результате достигнутого ими соглашения (ч.2 ст.70 АПК РФ).

Очевидно, что такая процедура признания фактов в уголовнопроцессуальном судопроизводстве категорически неприемлема. Принятие к производству таких сведений будет приводить к тому, что при расследовании и рассмотрении уголовного дела в суде будут приниматься «факты», которые явились результатом консенсуса сторон, что не исключает появления юридических фикций.[3, С. 199]

Доказывание в уголовном процессе основано на относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, полученных в ходе этой деятельности. Так, признание обвиняемым своей вины в совершении преступления, предполагающее признание определенных фактов, о наличии которых утверждает обвинитель, может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по уголовному делу доказательств (ч.2 ст.77 УПК РФ). Такими доказательствами могут быть результаты очной ставки, проверки показаний на месте, следственного эксперимента и многих других следственных действий, которые позволяют утверждать, что именно этот гражданин является субъектом совершенного преступления, чтобы исключить привлечение к уголовной ответственности невиновного.

Однако, по смыслу ст.90 УПК РФ законодатель, несмотря на существенные отличия в процедурах доказывания и специфику вопросов, решаемых посредством разных видов судопроизводства, фактически уравнял познавательные результаты этих процессов. Такое решение представляется нецелесообразным, поскольку в арбитражном или гражданском процессе рассматриваются споры, как правило, из области частного права, а в уголовном процессе разрешаются вопросы, затрагивающие общественно значимые интересы. [5, С.69] В этой связи заслуживает внимания мнение Е.С. Ефимичева: «В уголовном судопроизводстве никакие предыдущие решения по уголовному делу не должны иметь преюдициального значения по вопросам вины или невиновности, предустановленности фактов. Все решается на основании доказательств, собранных и проверенных по данному делу. Преюдиции допустимы лишь в гражданском судопроизводстве.»[6, С.224]

Правило преюдиции порождает сложности и на досудебных стадиях уголовного процесса в случаях, когда содержание вступившего в законную силу решения суда по гражданскому делу, фактически исключает наличие прямого умысла в действиях лица, что не позволяет квалифицировать их по статьям УК РФ, предусматривающих именно такую форму вины.

Так, например, сложность возникает при привлечении к уголовной ответственности за преступление, предусмотренное ст. 159 УК РФ. Взыскание похищенных лицом денежных средств во исполнение вступившего в законную силу решения гражданского или арбитражного суда, формально не позволяет оценить его действия как совершенные с прямым умыслом, ибо обстоятельства, установленные решениями судов по гражданским, арбитражным делам, должны признаваться без дополнительной проверки в уголовном судопроизводстве.

Таким образом, судебные акты по гражданским или арбитражным делам могут стать препятствием для уголовного преследования, что существенно затрудняет задачу защиты прав потерпевших от преступлений.

Безусловно, с одной стороны, формулировка статьи освобождает стороны от фактического доказывания ранее установленных фактов, исключает возможность вынесения противоречивых судебных решений по одному и тому же событию, однако данная редакция может иметь и негативные последствия для правосудия.

Конституционный суд в своем постановлении от 21.12.2011г. указал, что доводы решений гражданских судов не предопределяют виновность лица по уголовному процессу, и обстоятельства обвинения подлежат тщательной проверке независимо от того, что они установлены решением гражданского суда [7]. Такая позиция, безусловно, соответствует необходимости защиты личности от незаконного и необоснованного привлечения к уголовной ответственности. Однако в случаях, когда преюдиция, препятствует уголовному преследованию лиц, совершивших преступление, остается нереализованной задача защиты прав потерпевших.

Не менее сложным является вопрос о процедуре установления обстоятельств, предусмотренных ст.90 УПК РФ, и о субъектах данной обязанности. Собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных УПК (ч. 1 ст. 86 УПК). Бремя доказывания возложено на сторону обвинения (ст.14 УПК РФ и ст.21 УПК РФ), однако и суд вправе по ходатайству сторон истребовать документы, назначать экспертизу, вызывать свидетелей. Более того, ст.196 УПК содержит перечень оснований обязательного назначения экспертизы, и если эти основания возникают в судебном заседании, то назначение экспертизы уже не только право, но и обязанность суда. Ст. 87 УПК возлагает на суд (наравне с прокурором и следователем) обязанность проверять доказательства, а проверка доказательств осуществляется, в том числе, путем производства следственных действий. Однако анализ указанных норм не позволяет однозначно ответить на вопрос обязан ли суд проверять наличие иных судебных решений в рамках рассматриваемого уголовного или заявить о наличии таких судебных актов должны стороны?

Даже если рассматривать представление судебных решений как обязанность только сторон уголовного процесса, то защитник не обязан сообщать об обстоятельствах, ставших ему известными в ходе оказания юридической помощи своему подзащитному, более того, адвокат не имеет права действовать по своему усмотрению, не согласовав линию защиты со своим доверителем. Таким образом, в будущем решения, о которых сторона защиты не заявила в процессе, могут привести к отмене приговора по уголовному делу в суде апелляционной инстанции. Так на каких участников процесса возложена функция поиска данных решений, и как обезопасить судебное решение, в случае недостатка информации? Каким образом, в принципе, можно будет найти и отнести состоявшееся судебное решение именно к рассматриваемому уголовному делу? На все эти важные для правоприменительной практики вопросы анализ действующего законодательства не позволяет дать исчерпывающего ответа.

Анализ сущности преюдиции и вопросов ее применения обусловливают необходимость дальнейшей теоретической разработки данного понятия в уголовном процессе. Только на основе научной концепции, учитывающей все межотраслевые аспекты этой проблемы, можно предлагать четкую правовую конструкцию данной нормы в УПК РФ. Действующая редакция закона, по мнению автора, может привести к принятию судом ошибочных решений при рассмотрении уголовных дел, нарушению законности и прав граждан, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства.

Библиографический список

1. Уголовный процесс: учебник / коллектив авторов; под ред.

B. А. Лазаревой. - М: ЮСТИЦИЯ, 2015. - 656 с.

  • 2. Случевский В.К. Учебник русского уголовного процесса. - Часть II: Судопроизводство / Случевский В.К.; под ред. В.А. Томсина. - М, 2008,- 488 с.
  • 3. Сибилева Ю.Е. Актуальные проблемы преюдиции в уголовном процессе // Вестник Нижегородской академии МВД России, 2012, №20. -

C. 197-200.

  • 4. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 27.10.1960 (ред. от 29.12.2001, с изм. от 26.11.2002) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.07.2002) (утратил силу с 01.01.1997) // СПС «КонсультантПлюс»
  • 5. Скобликов П.А. Преюдиция актов арбитражных судов в уголовном процессе: новое прочтение // Журнал российского права. 2009. №2,- С. 69-82.
  • 6. Теория уголовного процесса: презумпция и преюдиции: монография / Под ред.: Колоколова Н.А. - М.: Юрлитинформ, 2012. - 496 с.
  • 7. Постановление Конституционного суда РФ от 21 декабря 2011 г. №30- «По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В.Д. Власенко и Е.А. Власенко» // Российская газета - Федеральный выпуск №5675 от 11.01.2012

Isayeva К. V.,

undergraduate first year students, Samara University

Actual problems of application of article 90 of the criminal procedural code of the Russian Federation

Annotation: The author raises the problems of insufficient regulatory legal regulation of the institute of prejudice, practical application of art. 90 of the Code of Criminal Procedure at pre-tried and trial stages of criminal proceedings.

The article substantiates the need for a comprehensive theoretical study of questions of the use of prejudices in criminal proceedings.

Keywords: prejudice, criminal process, civil process, arbitration process, evidence, decisions, circumstances.

УДК 343.985.2

Кудачева Наталья Александровна,

магистрант второго года обучения, кафедра уголовного процесса и криминалистики, Самарский национальный исследовательский университет имени академика С.П. Корлева, e-mail: Этот адрес e-mail защищен от спам-ботов. Чтобы увидеть его, у Вас должен быть включен Java-Script

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >