Государственный строй во Франции в период абсолютной монархии (XVI—XVIII вв.)

С середины XVI в. наступает новый подъем королевской власти. Существенным фактором этого процесса была постепенная победа принципа наследственности над принципом избирательности в порядке передачи королевской короны. Со времени Гуго Капета, избранного на престол в 987 г., королевская корона из избирательной превратилась в наследственную. Естественно, избиравшие его феодальные сеньоры отнюдь не собирались сами отказываться от права выбирать себе королей и впредь, но благодаря целой совокупности обстоятельств делать им этого больше не пришлось; эти обстоятельства суть следующие: 1) непрерывность мужской линии Капетингов в течение трех с половиной столетий (987—1328); 2) общая тенденция к наследственности всякого рода государственных должностей; 3) дальновидная политика самих капетингских королей, которые искусно умели пользоваться обоими отмеченными обстоятельствами в целях упрочения положения своей династии. Благодаря окончательно утвердившемуся принципу наследственности короны, с одной стороны, и благодаря территориальному усилению короля — с другой, при Филиппе II Августе французская монархия делает решительный шаг к фактическому отделению королевской власти от ее первоначальных феодально-правовых основ.

Дальнейшее укрепление королевской власти связано с деятельностью Генриха IV. уже по вступлении на престол он не счел нужным созывать Генеральные штаты, а ограничился лишь созывом именитых граждан в Руане в 1596 г. для простого «совещания»; не церемонился Генрих и с муниципальными вольностями городов, замещая при случае выборные городские должности по своему усмотрению; при случае он активно лично вмешивался в дело правосудия — что, впрочем, не противоречило тогдашним правовым понятиям, по которым король выступал главным судьей в королевстве; не особенно считался монарх и с вольностями церкви, назначая, где нужно, епископов по своему усмотрению, игнорируя канонические правила. Во всем Генрих IV ведет себя как абсолютный государь и на протяжении своего царствования ни разу не созывает Генеральных штатов. Единственная ограниченность королевского абсолютизма в это время заключается в личной умеренности и такте самого короля, считавшего, что «король не должен делать всего, что может».

В такой его интерпретации абсолютизм был слишком тесно связан с личностью самого монарха и с конкретными условиями исторического момента, ему по-прежнему недоставало сколько-нибудь прочной организации: у королевской власти не было постоянных и послушных органов. Выполнение этой задачи во французской истории связано, главным образом, с двумя именами: кардинала Ришелье и короля Людовика XIV.

Для кардинала Ришелье1, у которого на первом плане стояли государственные интересы, заключавшиеся в водворении внутреннего порядка, важно было реформировать дворянство, поскольку оно являлось противогосударственной силой. Поэтому первой задачей Ришелье после того, как он в 1524 г. стал первым министром короля, было сломить господствовавший в дворянстве дух своеволия и приучить его к повиновению государственной власти. В этих целях последовал ряд суровых мер: несколько мятежных магнатов были казнены, другие оказались вынуждены доживать свой век в мрачных казематах Бастилии. В 1626 году по его инициативе вышел королевский эдикт, предписывавший «сравнять с землей все укрепленные замки, не находящиеся вблизи границ». Разрушение замков имело значение не столько фактического, сколько символического сокрушения прежнего могущества феодальной знати. По инициативе Ришелье был издан указ короля, под страхом смертной казни запрещающий дуэли. Такие поединки, бывшие массовыми, носили все признаки частной войны, в которой ежедневно гибли десятки дворян. Однако запрещенная дуэль приобрела лишь новую привлекательность из-за связанного с ней риска, поэтому указ желаемого результата не принес[1] [2].

Ришелье сузил компетенцию и снизил роль Парижского парламента. Парламенту было указано, что его полномочия исчерпываются вопросами правосудия; на этом основании парламенту от имени короля предписывалось все эдикты, касающиеся правительства и администрации, вписывать в свои реестры без дальнейших формальностей. Таким образом, с первой половины XVII в. Парижский парламент, ставший фактически единственной преградой к установлению абсолютизма, был значительно ограничен в своих действиях.

Своей весьма эффективной внутренней политикой Ришелье удалось сломить или парализовать силы, противодействующие абсолютизму центральной власти: дворянство, протестантов, парламенты и остатки сословно-представительных учреждений. Он также создал то, чего до сих пор не хватало королевской власти — соответствующую административную организацию. Еще до Ришелье возросла роль королевского совета; все важнейшие законодательные и административные акты подготавливаются советом, и большая часть актов монаршей воли издается от имени «короля в своем совете». Этот орган становится воплощением высшей правительственной власти. Ришелье сделал совет более послушным орудием королевской власти, сократив число его независимых членов, заседавших там в силу привилегии сана или по праву рождения, и увеличив количество советников по назначению короны. Изменилась и роль органов королевского совета — статс- секретарей, которые в то время являлись простыми канцелярскими посредниками и между советом и прочими административными учреждениями. При Ришелье статс-секретари были поставлены в ближайшую зависимость от первого министра; после Ришелье значение статс-секретарей постоянно росло, и уже при Людовике XIV их величали монсеньорами — титулом, бывшим до тех пор исключительной привилегией принцев крови и высших коронных чинов.

Должность генерал-губернатора Ришелье превратил в почетную и доходную синекуру для придворной знати — в пышный титул без всяких действительных функций, а военное командование постепенно перешло в руки главнокомандующих в провинциях. Как правило, это были незнатные и небогатые дворяне, что заставляло их дорожить своей должностью и не противоречить государственным интересам. Финансовые присутствия Ришелье реформировать даже не пытался, поскольку для этого понадобилось бы за колоссальные суммы выкупить у казначеев их благоприобретенные должности, на что у правительства не было денег. Поэтому кардинал параллельно со старыми учреждениями создал новое — интендантство, которое даже не было оформлено законодательно, а появилось и развивалось постепенно, путем правительственной практики. Из числа королевских комиссаров и интендантов Ришелье создал провинциальные интендантства, ставшие важным элементом разветвленного бюрократического аппарата французского абсолютистского государства. Чиновники получили свои особые привилегии идо середины XVII в. назывались «людьми мантии». С учреждением главнокомандующих в провинциях и провинциальных интендантов было положено начало той административной централизации, которая составила характерную черту классического абсолютизма во Франции.

Продолжателями политики кардинала Ришелье стали король Людовик XIV (1643—1715), царствование которого стало завершающим шагом в деле упрочения и закрепления абсолютизма во Французском королевстве, и его первый министр кардинал Мазарини.

В сентябре 1661 г. король объявил, что отныне только он будет впредь подписывать приказы казначейству о любых выплатах. Для помощи королю в исполнении этой функции был создан Королевский совет финансов, в котором главную роль стал играть Кольбер; а через четыре года, в 1665 г. он, став генеральным контролером, взял на себя управление финансами официально. Вскоре была создана Палата правосудия для суда над финансистами. Кроме ведения судебных дел Палата правосудия издала ряд постановлений о ликвидации или выкупе по пониженной ставке многих государственных долговых обязательств. В июле 1665 г. был издан эдикт об амнистии финансистам, прямо признававший невозможность эффективных судебных расследований и заменивший их выплатами больших штрафов. В 1664—1666 годах в Оверни была проведена выездная сессия Парижского парламента; дворянство было лишено прав сеньориального суда. Были предприняты также шаги к унификации королевского законодательства — именно королевского законодательства, а не французского права вообще.

В русле утверждения абсолютизма происходит дальнейшее ограничение сословного представительства. В последний раз Генеральные штаты были созваны в 1614—1615 гг., в царствование Людовика XIV остатки представительных учреждений продолжают жить лишь в провинциальных штатах Лангедока, Бретани, Прованса, Бургони и нескольких маленьких областей. Но и в отношении сохранившихся провинциальных штатов были приняты все меры к тому, чтобы они как можно меньше служили помехой для центральной власти и ее областных органов.

Городское и сельское местное самоуправление оставалось до Людовика XIV практически нетронутым. Это не укладывалось в рамки государственной политики, потому королевским эдиктом 1692 г. все городские должности, бывшие ранее выборными, объявлялись продажными в пользу королевской казны. Значительно увеличивается число прямых и косвенных налогов; денежный сбор устанавливается даже с таких актов, как крещение, бракосочетание и погребение. Общая совокупность лежащих на крестьянах повинностей — в пользу казны, церкви и сеньоров — часто поглощала весь доход земледельца, вследствие чего запашки сокращались, и прежде пахотные земли превращались в пустыри. Сбор подати редко проходил без вмешательства вооруженной силы и напоминал действия победителей в поверженной неприятельской стране. Кроме того, были введены монополии различного рода, частью государственные, частью отдаваемые на откуп компаниям капиталистов, — винная, соляная и др. Несмотря на увеличение налогового бремени, далеко опережающее прогресс экономики, возрастание государственных доходов не поспевало за быстро растущими расходами. Красноречивей всего говорит об этом та сумма долгов, которую Людовик завещал своему преемнику: по вычислениям статистика Ловассера, сумма эта составляла до 3,5 млрд лир, что в 20 раз превышало годовой бюджет государства. Причинами этого явления стали три фактора — быстрый рост административного аппарата, расходы на установление культа королевской власти и щедрые выплаты придворным и, наконец, внешняя политика, результатом которой были многочисленные войны, которые с незначительными перерывами тянулись через все продолжительное царствование Людовика XIV. По приблизительным подсчетам, эти войны поглотили по меньшей мере полный доход государства за десять лет; кроме того, они повлекли за собой гибель до 1,5 млн человек взрослого мужского населения, что было ощутимой потерей для страны1.

По словам герцога де Сен-Симона, Людовик XIV «на обоготворение своей власти потратил все свое царствование», считая, что «нация целиком заключается в особе короля»[3] [4]. Это положение, заключающее в себе ту мысль, которая прозвучала в приписываемом Людовику XIV изречении «государство это — я», отмечает собой принципиально важный поворот в эволюции абсолютной монархии во Франции. Если Генрих IV и Ришелье ставили во главу угла государство и его интересы, то Людовик поставил в центр особу короля. Именно с этой поры направление французского абсолютизма резко разошлось с курсом просвещенного абсолютизма, девиз которого провозгласил Фридрих II Прусский: «Государь есть первый слуга государства»[5]. Вместе с тем исследователями отмечается ошибочность вульгарных представлений о Людовике XIV просто как о капризном, себялюбивом и бездушном монархе — он был человеком долга. Людовик знал свои слабости и не претендовал на святость, но он никогда не допускал, чтобы эти слабости влияли на добросовестность исполнения им его королевского ремесла, которое в его представлении было связано с постоянным трудом, с необходимостью церемониальной дисциплины, сдержанности в публичном проявлении чувств, строгого самоконтроля; даже развлечения его были во многом государственным делом, их пышность работала на престиж монарха1.

Логическим следствием учения о божественности королевской власти было проникновение последней католицизмом. Со времени Людовика XIV французская монархия порывает с традициями, завещанными Генрихом IV и Ришелье, в глазах которых «хороший француз важнее хорошего католика», и делает решительный шаг назад, возвращаясь к изжившим себя традициям Филиппа II Испанского, чьим правнуком был Людовик XIV. В 1685 году вышел королевский указ, которым отменялся Нантский эдикт 1589 г., предоставлявший протестантам свободу вероисповедания. Король в качестве «старшего сына католической церкви» не желал более терпеть еретиков в своем государстве. Началась настоящая травля протестантов. Несмотря на запрещение, они целыми толпами бежали из страны. За 65 лет после отмены Нантского эдикта Францию покинули более 400 тыс. человек, в том числе немало коммерсантов, предпринимателей и заводских рабочих, что значительно затянуло развитие капиталистических отношений[6] [7].

Царствование Людовика XIV, блестящее во внешних своих проявлениях, по содержанию было, вероятно, самым тяжелым из всех пережитых Францией, заложив глубинные предпосылки Великой французской буржуазной революции 1789 г., поставившей точку в эволюции абсолютизма во Франции.

  • [1] Арман Жан дю Плессй, герцог де Ришелье (фр. Armand-Jean du Plessis, due deRichelieu; 9 сентября 1585 г. — 4 декабря 1642 г.) — французский кардинал, аристократи государственный деятель. С 1616 года кардинал Ришелье был государственным секретарем, с 1624 г. и до своей смерти — главой правительства (первым министром короля).
  • [2] Новоселов В.Р. Последний довод чести. Дуэль во Франции в XVI — начале XVIIстолетия. СПб., 2005. С. 75.
  • [3] URL: http://delarina.info/encyclopaedia/history/absolut/ — 22.12.2009
  • [4] Сен-Симон. Мемуары: полные и дополнительные воспоминания герцога де Сен-Симона о веке Людовика XIV и Регентстве: в 2 кн. / пер. с фр. Ю.Б. Корнеева; предисл.А.Д. Михайлова; сост. и коммент. А.П. Бондарева. Кн. 1. М.: Прогресс, 1991. С. 217.
  • [5] Хетиелл Н. Миф абсолютизма: Перемены и преемственность в развитии западноевропейской монархии раннего Нового времени / пер. с англ. А.А. Паламарчук приучастии Л.А. Цурик, Ю.А. Малахова; отв. ред. С.Е. Федоров. СПб.: Алетейя, 2003. С. 258.
  • [6] Малов В.Н. Людовик XIV: опыт психологической характеристики // Новаяи новейшая история. 1996. № 6. URL : http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/HISTORY/LOUIQUAT.HTM - 24.11.2009
  • [7] Савин А.И. Век Людовика XIV. М.: Гос. изд-во, 1930. С. 211.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >