Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политика arrow Международно-правовые аспекты деятельности ОБСЕ по предотвращению конфликтов и урегулированию кризисных ситуаций
Посмотреть оригинал

Заключение

На основании проведенного в данной работе исследования международно-правового статуса ОБСЕ можно сформулировать следующие выводы.

В современной литературе ОБСЕ рассматривается преимущественно как международная межправительственная организация, не обладающая правосубъектностью. Впрочем, встречаются и другие позиции, в соответствии с которыми ОБСЕ рассматривается в качестве полноценной международной межправительственной организации

В поддержку этой позиции в доктрине международного права выработаны альтернативные подходы к вопросу об источнике правосубъектности международных организаций: так, норвежский ученый Ф. Сейерстед утверждает, что если какая-либо из созданных на межгосударственном уровне структур функционально возвышается над самими государствами, то это свидетельствует об «объективной правоспособности» такой структуры.

Тем не менее, сегодня даже официальная позиция ОБСЕ относительно собственного статуса состоит в том, что данная структура не является полноценной международной организацией, поскольку, в отличие от ООН, Совета Европы или НАТО, не обладает международно признанной правосубъектностью.

В связи с этим, проблемы правосубъектности ОБСЕ активно дискутируются не только в доктрине, но и внутри самой организации. Сторонники необходимости принятия актов, которые хотят утвердить за ОБСЕ статус международной организации, считают, что это позволит решить множество проблемных моментов, основным из которых считаются риски безопасности представителей ОБСЕ, работающих в полевых условиях: ввиду отсутствия дипломатического иммунитета они остаются незащищенными.

Выделяются и другие риски и препятствия к эффективной реализации ОБСЕ своих полномочий, к которым относятся, например, трудности, связанные с отсутствием у структур ОБСЕ статуса юридического лица (сложности с открытием счета в банке, кредитным финансированием), а также риски привлечения к гражданской ответственности лиц, отвечающих за конкретные проекты ОБСЕ - поскольку такие лица могут быть признаны действующими в частных интересах. Кроме того, сотрудники миссий ОБСЕ не обладают дипломатическим иммунитетом, и потому подвергаются значительному числу рисков даже при осуществлении деятельности в странах-участниках ОБСЕ.

Впрочем, есть и сторонники сохранения текущего статуса, поскольку считают, что трансформация ОБСЕ в полноценную международную организацию лишит ее своего основного преимущества - оперативности реагирования на возникающие региональные и локальные конфликты, поскольку признание правосубъектности потребует множества институциональных и нормативных преобразований, что повлечет за собой риск бюрократизма и «неповоротливости».

Таким образом, на сегодняшний день вопрос о правосубъектности ОБСЕ не урегулирован ни в доктрине, ни на практике, несмотря на то, что его актуальность не вызывает сомнений. Проблема «юридической личности» ОБСЕ сохраняется не только в силу объективных сложностей (которые также нельзя отрицать), но также из-за отсутствия консенсуса внутри самой организации относительно ее функций и места в системе международных институтов.

Вместе с тем стоит отметить, что ОБСЕ принимает активное участие в урегулировании различных международных конфликтов. К сожалению, очень часто решения ОБСЕ направлены не на обеспечение мира и разрешения противоречий, а на соблюдение интересов НАТО. К тому же, несмотря на то, что сотрудники миссий ОБСЕ формально действуют в рамках установленных инструкций и правил, сами миссии, как правило, не имеют особенной эффективности в деле урегулирования вооруженных конфликтов. Конечно, можно предположить, что само наличие сотрудников миссии в зонах международных конфликтов оказывает некий стабилизирующий эффект. Но, с другой стороны, одной из целей ОБСЕ является именно урегулирование подобных конфликтов. Деятельность же данной организации в настоящий момент никаких успехов не принесла.

Проведенный анализ участия ОБСЕ в разрешении наиболее значимых конфликтов на европейском континенте продемонстрировал, что, несмотря на высокую степень активности этой организации, ее «включенность» во многие процессы, связанные как с безопасностью, так и с военным и человеческим измерениями, эффективность действий ОБСЕ все чаще вызывает вопросы. В связи с этим, возникает ряд проблем относительно ее перспектив в будущем. Если НАТО стремительно расширяется на Восток, а Европейский Союз, несмотря на некоторые сложности, все же остается перспективным направлением интеграции для многих сопредельных государств, то дальнейшее развитие ОБСЕ крайне туманно для прогнозирования.

Поскольку ОБСЕ по своей сути является скорее посреднической миротворческой организацией, не обладающей собственными вооружениями и иными средствами силового воздействия, ее миротворческая деятельность, а также выполнение превентивных функций зависят от ресурсов, которыми она не обладает. В этой связи, ОБСЕ вынуждена прибегать к помощи иных организаций, в первую очередь по вопросам предоставления вооруженных сил, логистики и проч. (НАТО, ЕС, СНГ).

Что касается мер установления доверия и безопасности в рамках ОБСЕ, то в данной сферы можно выделить три группы мероприятий:

  • • меры транспарентности, которые позволяют сделать взаимодействие более предсказуемым;
  • • межгосударственные консультации, которые направлены на совместное обсуждение угроз и выработку рекомендаций по борьбе с ними;
  • • меры добровольного ограничения деятельности, то есть добровольное принятие странами на себя конкретных обязательств относительно отказа от тех или иных действий, которые могут рассматриваться как недружественные или даже опасные.

Стоит также отметить, что вся дискуссия, в основном, проходит не вокруг того, что включать в меры доверия, нужны они или не нужны, а вокруг того, как реализовывать эти меры и где заканчивается доверие и начинается верификация.

Меры доверия и безопасности, в том числе и в информационной сфере, по своей природе затрагивают весьма чувствительные вопросы, требующие всестороннего рассмотрения в контексте государственной и общественной безопасности. Формально существующие международные документы не ограничивают список вооружений, к действиям с применением которых могут быть отнесены меры доверия и безопасности. Поэтому появление в начале нынешнего десятилетия в ОБСЕ идеи распространить этот механизм на информационное оружие, в качестве которого могут рассматриваться информационно-коммуникационные технологии, нельзя считать неправильным решением.

Последний пакет мер укрепления доверия в сфере ИКТ, одобренный в феврале 2016 года в рамках ОБСЕ, затрагивает, вероятно, самый скользкий момент - критическую инфраструктуру. Обмен информацией об инцидентах на объектах критической инфраструктуры - это предоставление сведений о средствах, которыми была осуществлена акция, о мерах, которые были приняты для защиты объекта, о результате применения средств защиты на объекте, о последствиях атаки для функционирования объекта. Однако как ответы на эти вопросы, крайне чувствительные для национальной безопасности, соотносятся с интересами безопасности государств, на территории которых находятся или которым принадлежат упомянутые инфраструктуры. Потенциальные противники, спецслужбы и военные структуры были бы готовы дорого заплатить за такую информацию. Гораздо больше она заинтересовала бы террористические организации, поскольку в результате раскрытия информации о рассматриваемых объектах, террористы получили бы доступ к информации о том, как защищены критические инфраструктуры и какие средства нападения наиболее успешны.

Также хочется еще раз обратить внимание на то, что меры доверия и безопасности в любой области предотвращения конфликтов и обеспечения мирного сосуществования государств не могут быть мерами принуждения и должны основываться на учете национальных интересов, суверенитета и равноправия всех государств.

Одна из основных системных проблем сотрудничества России и ОБСЕ кроется даже не в непосредственном взаимодействии указанных субъектов международных отношений, а в определенном кризисе ОБСЕ как организации. Начиная с 90-х годов достаточно часто предпринимались попытки реформирования этого института с целью исключения «дублирующих полномочий». Определенные трансформации должны быть произведены также и по причине того, что ОБСЕ изначально создавалась как инструмент координации европейских стран в сфере безопасности в условиях биполярного мира, когда Европа, по сути, была расколота на два крупных военно-политических блока. Как и многие другие международные организации, созданные в эпоху Холодной войны (включая, например, НАТО), ОБСЕ требует реформирования, адаптирующего ее цели, функции и принципы деятельности к новым условиям глобального мира. В этом смысле Россия, как весьма значимый член Организации, может сыграть позитивную роль в данных эволюционных процессах, что, может способствовать не только повышению эффективности деятельности самой ОБСЕ по вопросам европейской безопасности, но и улучшению отношений по линии «Россия-ОБСЕ».

Кроме того, важно понимать, что еще одной причиной системного кризиса в отношениях «Россия-ОБСЕ» является тот факт, что большинство стран-участниц данной организации в силу участия в других международных организациях и объединениях (в первую очередь, речь идет о Европейском Союзе и НАТО) обладают определенными обязательствами в отношении этих организаций. В условиях, когда в адрес России постоянно звучат упреки и обвинения со стороны ЕС и НАТО, весьма маловероятно, что ОБСЕ сможет предложить альтернативный подход к взаимодействию с Россией.

Что же касается отдельных аспектов взаимодействия, по которым Россия и представители ОБСЕ не всегда могут прийти к компромиссу, то здесь разумно предложить два варианта развития ситуации: сохранение текущих полномочий и сферы мандата ОБСЕ при повышении уровня договороспособности государств-членов, либо ослабление зависимости ОБСЕ от уровня договороспособности ее государств- участников за счет наделения ее исполнительных органов функциями независимых структур, способных предпринимать соответствующие оперативные действия в рамках четко очерченного мандата. Представляется, что оба пути имеют примерно одинаковые шансы реализоваться в среднесрочной перспективе, необходимым условием здесь должна являться исключительно добрая воля всех заинтересованных сторон.

 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы