Реакция ребенка на насилие.

Чаще всего дети сами не рассказывают о домогательствах, насилии или о попытке насилия. Нередко они стыдятся того, что с ними произошло, чувствуют себя виноватыми и/или бояться, что их обвинят, опасаются последствий откровенного разговора с другими (к примеру, мести насильника (ов) и того, что окружающие их осудят и обвинят). Если сексуальное насилие произошло в семье, дети боятся разрушить семью. Часто жертвы подают вербальные и невербальные сигналы, которые могут послужить поводом к тому, чтобы родители расспросили ребенка о возможном насилии. При этом родители должны понимать трудности, с которыми сталкивается ребенок в подобной ситуации. Они определяются рядом факторов, в том числе и отношениями, в которых находятся жертва и насильник.

К основным трудностям и причинам их возникновения относят следующие.

1. Секретность. Ни один ребенок не готов к возможным сексуальным домогательствам со стороны взрослого, тем более, если он ему доверяет. Именно насильник говорит ребенку, как нужно понимать и интерпретировать его действия. Секретность становится для ребенка источником страха и обещанием безопасности одновременно. Если взрослые никогда не говорили с ребенком о насилии и никогда не обсуждали с ним возможность подобной ситуации, то чаще всего ребенок надеется, что все будет хорошо, если никому об этом не рассказывать. Кроме того, насильник может запугать ребенка: «Никому не говори, тебе все равно никто не поверит», «Я тебя убью»; «Расскажешь, и тебя отправят в детский дом» и пр.

Как правило, ребенок никогда напрямую не спросит других взрослых о сексуальном насилии и никогда не расскажет о пережитом насилии прямо. Страх того, что его во всем обвинят, что ему не поверят, или страх, связанный с конкретными угрозами насильника, гарантирует молчание детей. Родители, если видят изменения в поведении своего ребенка, подозревают возможность ситуации, связанной с сексуальным насилием, должны исходить из предположения, что ребенку угрожали. Поэтому он нуждается в защите, необходимости поделиться своим секретом и получить поддерживающий и безопасный совет и помощь.

2. Беспомощность. Родители могут научить ребенка не разговаривать и избегать знаков внимания незнакомцев. Однако от ребенка требуют повиноваться и проявлять уважение к любому взрослому. Поэтому нежелание ребенка общаться со взрослыми родители могут принять за капризы и грубости, что ребенком нередко расценивается как поддержка и одобрение поведения взрослого. Ни у одного ребенка нет равной власти с родителями, и ни один ребенок не может знать, к каким последствиям могут привести сексуальные отношения со взрослым человеком. При этом надо иметь в виду, что потеря любви и безопасности семьи может быть более страшной для ребенка, чем угроза насилия. Нужно знать, что насильник всегда несет полную ответственность за любые сексуальные действия, совершенные с ребенком.

Взрослым может казаться, что в случае насилия ребенок будет активно сопротивляться, звать на помощь, однако это большая редкость. Более распространенная и типичная реакция - притворяться спящим, попытаться представить, что ты где-то еще, страдать молча. Дети не кричат и не применяют силу, когда испытывают сильнейшее замешательство и страх в своей жизни.

Дети начинают быстро стыдиться и бояться как из-за своей беспомощности, так и из-за своей неспособности выразить свои чувства ничего не понимающим взрослым. Детям нужен «переводчик», который сможет передать мир ребенка на языке взрослых. Этот переводчик должен признавать, что в любых обстоятельствах у ребенка не было выбора, кроме как тихо подчиниться и сохранять все в тайне.

  • 3. Загнанность в ловушку и аккомодация. По причинам, указанным выше, раннее вмешательство крайне маловероятно, а потому ребенок продолжает страдать от сексуального насилия и адаптируется к новой реальности своей жизни. Перед ним стоит задача придать насилию хоть какой-то смысл, и он может убедить себя, что это он сам каким-то образом спровоцировал взрослого или заслужил насилие. Тем не менее, гнев и ярость в ответ на насилие требуют выхода, и, как правило, таким выходом становится саморазрушительное поведение. Такое поведение, в свою очередь, еще больше усиливает ненависть к себе. Когда ребенок учится жить с сексуальным насилием, это разрушает его способность доверять, любить и развиваться. Работа с ребенком, который страдает от последствий насилия, показывает, что для него единственная безопасность - это негативные ожидания и ненависть к себе. Поэтому очень просто отвергнуть такого ребенка.
  • 4. Отложенное, противоречивое и неубедительное раскрытие правды. Большая часть продолжающегося сексуального насилия никогда не раскрывается, по крайней мере, вне семьи. Если семейный конфликт провоцирует раскрытие правды, то, как правило, это происходит лишь спустя некоторое время (вплоть до нескольких лет) после начала насилия. Ребенок может раскрыть свою страшную тайну в разгар особенно бурной семейной ссоры, противостояния авторитету родителей. В этом случае это выглядит так, что он обращается за пониманием и помощью в наименее удачный момент. Взрослые могут приписать эти слова обычной злости. Может сложиться впечатление, что ребенок все выдумал в качестве мести родителям или для того, чтобы получить какие-то выгоды. Родители, также как и среднестатистический взрослый, в том числе учитель, врач, социальный работник, и т.д. не может поверить, что нормальный и честный ребенок может терпеть сексуальное насилие и не сообщать о нем. Если ребенок любого возраста жалуется на продолжающееся сексуальное насилие, то он сталкивается с неверием окружающих. Однако если речь идет о подростке, которого уже заклеймили «трудным» и «проблемным» ребенком, то чаще всего его ждет не просто недоверие, а унижение и наказание.
  • 5. Отречение. Что бы ребенок ни говорил о сексуальном насилии, нередко случается, что через какое-то время он отрекается от своих слов. Если это семейное сексуальное насилие, то семья разрушается, ребенка бесконечно допрашивают, а насильник может оставаться в доме или рядом с ним все это время. И снова на ребенка ложится тяжелое бремя - сохранить или разрушить семью. «Плохое» решение - рассказать правду, «хорошее» решение - капитулировать, снова начать лгать и спасти семью. Если ребенок не получает специальную поддержку и не происходит немедленного вмешательства, которое призывает насильника к ответу, то ребенок отказывается от своих слов. Мать (близкие) в такой ситуации тоже нуждаются в срочной психологической помощи. Им нужна возможность выразить свой шок, горе и злость. Только в этом случае они будут лучше подготовлены к тому, чтобы оказать поддержку своему ребенку и сохранить основание семьи. Если подобная помощь недоступна и ребенок отказывается от своего заявления, то это лишь подтверждает убеждение окружающих в том, что ребенку нельзя доверять. В свою очередь, он получает наглядное подтверждение своей веры в то, что ему никто не поможет и в дальнейшем становится еще менее вероятно, что ребенок посмеет снова рассказать правду.

Реакция ребенка на изнасилование проходит несколько этапов. В первый день ребенок находится в состоянии шока, он не понимает, где находится и что происходит. Затем наступает фаза отрицания, он не верит, что это произошло с ним. На 3-4-й день возникает депрессия, ребенок не хочет жить, не хочет ничего делать. Этот период может длиться до 10 дней, иногда дольше. Затем ребенка охватывает гнев, который может быть обращен на насильника, на себя, на родителей или других людей. Следующий этап - принятие решения. Решения могут быть разными: ребенок может рассказать кому-то о том, что произошло или принимает решение молчать. Он может обратиться к кому- то за помощью или попытаться что-то сделать самому, чтобы избавиться от тяжелого состояния. Если ребенку вовремя не оказать психологическую помощь, то у него развивается посттравматическое стрессовое расстройство.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >