Проблемы функционирования современной международной валютно-финансовой системы

Реформирование современной мировой валютно-финансовой системы означает в основном реформы МВС, направленные на регулирование последствий глобального кризиса международной валютной системы. Система антикризисных мер направлена на выравнивание трех глобальных дисбалансов МВС:

  • ? накоплений и потребления;
  • ? внешней задолженности;
  • ? наднационального регулирования МВС, которое не согласовано с национальными системами регулирования.

Первый блок дисбалансов современной международной валютной системы представляет собой накопившийся к 2016 г. дисбаланс сбережений и потребления на международном уровне. Длительный торговый дисбаланс в странах с профицитом торговли ведет к накоплению ими значительных финансовых активов, в то время как дефицит торговли является причиной образования огромных финансовых обязательств. Так, государственный долг США в июле 2016 г. вплотную приблизился к 20 трлн дол. При этом внешние государственные обязательства США на треть финансируются за счет накопленных валютных резервов других стран — членов МВФ, в первую очередь Китая.

Большая часть ресурсов полюса сбережений сосредоточена в международных резервах стран с формирующимися рынками — 5,7 трлн дол. Одним из факторов, поддерживающих глобальные дисбалансы, считается режим фиксированного валютного курса в Китае и в других странах с профицитом торгового баланса[1]. Основная доля резервных активов формирующихся рынков — 71,3% (4,1 трлн дол.) — аккумулируется в азиатском регионе. Самым крупным держателем международных резервов в группе является Китай — 56,6% (4,1 трлн дол. в июле 2016 г.).

Формирование глобального дисбаланса сбережений и потребления (инвестирования) в мировой финансовой архитектуре создает основной системный риск ее современного функционирования. Содержание данного риска состоит в том, что в любой момент инвесторы могут прекратить финансировать дефицит США и других развитых стран и трансграничные потоки капитала изменят направление своего движения, что «запустит» процесс беспорядочных корректировок платежных дисбалансов и приведет к очередному международному валютному кризису. Поэтому главным назначением современной МВС является создание эффективного механизма регулирования торговых дисбалансов (табл. 8.2)

Динамика среднего сальдо по счету текущих операций платежного баланса с 1996 по 2016 г. в регионах и странах мира,% к мировому ВВП

Таблица 8.2

Страны

1996— 2000 гг.

2001— 2004 гг.

2005— 2008 гг.

2009— 2016 гг.

США

-0,77

-1,37

-1,41

-1,28

Китай

0,07

0,11

0,52

0,57

Япония

0,33

0,35

0,34

0,27

Страны Европы с отрицательным сальдо

-0,14

-0,34

-0,73

-0,56

Страны Европы с положительным сальдо

0,18

0,43

0,69

0,65

Страны Азии с быстро растущей экономикой

0,13

0,25

0,27

0,32

Страны — экспортеры нефти (включая Россию)

0,18

0,36

0,94

0,69

Прочие

-0,26

-0,06

-0,27

-0,56

Источник. Рассчитано поданным МВФ. URL: http://www.imf.org

Второй блок современных дисбалансов МФА связан с формированием целым рядом развитых и развивающихся стран необоснованно масштабной внешней задолженности. Широкое привлечение заемных ресурсов на мировом финансовом рынке, а также использование сложных финансовых продуктов, построенных на долговых инструментах, стало отличительной чертой развития отдельных стран в период 1990—2017 гг. Вследствие этого сформировался второй глобальный дисбаланс мировой финансовой архитектуры: все страны мира разделены на два полюса — страны нетто-должники и страны нетто- кредиторы. Процесс формирования второго глобального дисбаланса МВС напрямую вытекает из первого глобального дисбаланса: внешнее финансирование с последующей реструктуризацией суверенных долгов стран нетто-должников в соответствии с концепцией регулирования мировой финансовой системы, применяемой международными финансовыми организациями, является основным методом абсорбирования излишней ликвидности с международного финансового рынка. Глобальный дисбаланс внешнего финансирования включает в себя не только внешние кредиты и займы, но и трансграничные потоки прямых и портфельных инвестиций. Международная практика, напротив, свидетельствует, что лишь относительно небольшому числу стран удалось добиться технологического прорыва за счет привлечения внешних инвестиций. Инвесторы не стремятся «делиться» технологическими новшествами, перенося на рынки стран-реципиентов лишь узкие участки производственных цепочек — сборку, производство отдельных видов комплектующих — и оставляя НИОКР в развитых странах. Страны-реципиенты используются, как правило, для удешевления конечной продукции за счет низкой стоимости рабочей силы, упрощенного порядка налогообложения, сокращения транспортных издержек, облегчения процесса доведения конечной продукции до потребителя[2].

Тем не менее, навязанный международными регуляторами дисбаланс внешних долгов в современной мировой валютной системе стал определяющим фактором экономического развития подавляющего большинства современных государств. Практически все национальные экономики и финансовые рынки находятся под воздействием такого синтетического показателя как долговая устойчивость национальной экономики финансового рынка. Национальная долговая устойчивость в контексте глобального дисбаланса внешних долгов предполагает способность страны-заемщика обслуживать свой иностранный долг без существенных корректировок базовых параметров экономического роста: темпов роста ВВП, текущего сальдо доходов и расходов, ценовых и курсовых соотношений (табл. 8.3).

Основным проявлением глобального дисбаланса внешней задолженности являются перманентные долговые кризисы, которые сопровождают и осложняют регулирование международных валютных кризисов. Конечным проявлением долгового кризиса является суверенный дефолт. Дефолт по внешнему долгу — это дефолт по выплатам кредиторам займа, взятого в соответствии с юрисдикцией другой страны, обычно (но не всегда) деноминированного в иностранной валюте, держателями которого обычно являются иностранные кредиторы. Существует понятие «серийный дефолт», которое включает в себя множественные дефолты по внешним и внутренним государственным долгам. К самым крупным в новейшей истории дефолтам относят реструктуризацию в Греции на сумму 200 млрд евро (2012 г.), дефолт Аргентины на сумму 95 млрд дол. (2001 г.), дефолт Бразилии по внутреннему долгу на сумму 62 млрд дол. (1990 г.) и дефолт России на сумму 39 млрд дол. (1998 г.). По данным американских экономистов К. Рейнхарта и К. Рогоффа, в период 1800—2009 гг. в мире было зафиксировано 250 случаев суверенного дефолта по внешнему долгу1

Критерии долговой нагрузки по версии Международного валютного фонда

Таблица 8.3

Критерии долговой нагрузки страны по версии МВФ

Высокая

Средняя

Слабая

Государственный долг, в% ВВП

>50

>30 и < 50

<30

Государственный долг, в% от экспорта

>275

>165 и <275

<165

Чистая приведенная стоимость государственного долга, в% ВВП

>80

>48 и < 80

<48

Чистая приведенная стоимость государственного долга, в% от экспорта

>220

>132 и <220

<132

Расходы на обслуживание долга, в% от экспорта

>30

>18 и < 30

<18

Процентные расходы в% от экспорта

>20

>12 и <20

<12

Источник. Debtand Reserve Related Indicators of External Vulnerability, IMF, 23.03.2000;

Guidelines for Public Debt Management, IMF and World Bank, 21.03.2001.

Масштабный отток капитала в период массовых долговых кризисов 1990-х гг. в развивающихся странах послужил причиной девальвации национальных валют в России, Мексике, Таиланде, Индонезии, Аргентине. Девальвация валют и переход в ряде стран к более гибким режимам курсообразования, в свою очередь, привели к существенному улучшению условий ценовой конкурентоспособности экспортной продукции этих стран и относительному снижению производственных затрат[3] [4], что вызвало существенную трансформацию мировой валютной системы, состоявшую в формировании и последующей эволюции ее глобальных дисбалансов. Глобальный дисбаланс внешних долгов стал, с одной стороны, фактором формирования основного современного дисбаланса МВС между полюсами сбережения и потребления (инвестирования), а с другой стороны, дисбаланс внешних долгов в современных посткризисных условиях развивается как следствие дисбаланса мировых накоплений и потребления. Мировой опыт выхода национальных экономик и финансовых рынков из долговых кризисов привел к резкому развороту трансграничных потоков капитала. Увеличивающийся разрыв между величиной валового сбережения и потребления в развивающихся странах обеспечил дешевыми финансовыми ресурсами развитые экономики. Поддерживая потребительский и инвестиционный спрос, масштабные поступления валютно-финансовых ресурсов из развивающихся стран привели к формированию «пузырей» на мировом финансовом рынке, что стало базовым фактором глобального кризиса 2008—2009 гг.

Третий блок глобальных дисбалансов МВС сформировался в посткризисный период и характеризуется противоречием между глобальным характером международной валютной системы и ее современных институтов и в основном национальным уровнем валютного регулирования. Основные противоречия между глобальным характером валютной системы и в основном национальным уровнем валютного регулирования проявляются в следующем:

  • 1) росте числа финансовых институтов и инноваций (ПФИ) при их недостаточном регулировании;
  • 2) проблеме системно значимых финансовых институтов (СЗФИ) и их государственной поддержки;
  • 3) формировании теневой банковской системы;
  • 4) деятельности рейтинговых агентств;
  • 5) функционировании налоговых убежищ (офшоров);
  • 6) операциях хедж-фондов.

Рост числа финансовых институтов и инноваций (ПФИ) при их недостаточном регулировании. Либерализация МВС в 1980— 1990х гг. сопровождалась развитием инноваций, связанных с разработкой комплексных производных финансовых инструментов (ПФИ). Валютные потоки постепенно приобрели характер автономности, т.е. их функционирование происходило в отрыве от реального сектора экономики. Растущее участие валютно-финансовых ресурсов в спекулятивных операциях ослабило мотивацию предприятий нефинансового сектора в повышении своей производительности, разработке новых технологий, долгосрочном корпоративном планировании, поскольку участие в образовании спекулятивных «пузырей» позволило им получать краткосрочные прибыли без реального процесса производства1, что обусловило финансиализацию глобальной экономики.

Системно значимые финансовые институты. В ноябре 2011 г. Совет по финансовой стабильности (СФС) опубликовал интегрированный набор политических мер по устранению системных рисков и рисков недобросовестного финансового поведения СЗФИ. Под категорию СЗФИ попадают финансовые институты, которые характеризуются значительными объемами и сложностью финансовых операций, а также системной взаимосвязанностью. Используя методологию, разработанную Базельским комитетом по банковскому надзору (БКБН) в 2011 г., СФС составил список глобальных системно значимых банков (ГСЗБ), обновляемый ежегодно на основе новых данных публикуемых СФС в ноябре каждого года. Согласно определению СФС к системно значимым финансовым институтам относятся такие кредитные и небанковские финансовые организации, чьи финансовые затруднения или банкротство, в силу размера, сложности и системных взаимосвязей, способны разбалансировать международную валютно-финансовую систему в целом. Для того чтобы избежать этого, денежные регуляторы вынуждены принимать меры к их санированию и государственной поддержке[5] [6].

Формирование теневой банковской системы. В наиболее общем понимании теневая банковская система характеризуется как посредническая кредитная деятельность, в которой участвуют институты МВС, а операции осуществляются за рамками традиционной банковской системы[7]. Несмотря на то что теневой банковский бизнес находится за рамками банковской системы, он тесно с ней связан. Так, до кризиса 2007—2009 гг. большинство структурированных инвестиционных компаний было создано коммерческими банками с целью выведения активов на забалансовые счета для создания видимости достаточности капитала.

Деятельность рейтинговых агентств. Специфика современной МВС состоит в том, что стоимость привлечения валютно-финансовых ресурсов отдельными заемщиками неодинакова и зависит от оценки суверенных рисков, которые определяются рейтинговыми агентствами, фактически подчиненными США. Три самых влиятельных мировых рейтинговых агентства являются американскими и контролируются частными компаниями: «Стандарт энд Пуаре» (Standard and Poor’s) — дочернее предприятие издательского дома «МакГроу-Хилл» (McGraw- Hill), «Фитч Рейтингз» (Fitch Ratings) — дочернее предприятие инвестиционной компании «Фималак» (Fimalac) (ее единственным акционером и председателем правления выступает миллиардер, член Биль- дербергского клуба Марк Лэчэрир); 12,72% капитала агентства «Мудиз» (Moody’s) контролируется инвестиционной компанией «Бэркшир Хэтэвэй» (Berkshire Hateway), главным совладельцем и председателем совета директоров которой является американец Уорен Баффет — по версии журнала «Форбс» (Forbes) второй самый богатый житель США.

Функционирование налоговых убежищ {офшоров). Из всех предоставляемых офшорами услуг наибольшим спросом пользуются зоны, относящиеся к так называемым «налоговым гаваням», в которых подоходный налог взимается по нулевой ставке (налог может отсутствовать как таковой) или существует режим преференциального налогообложения, что дает возможность нерезидентам уклоняться от уплаты налогов в странах их резидентства. По определению Международного валютного фонда подобные зоны имеют следующие характеристики:

  • ? зоны, обеспечивающие низкий или нулевой уровень налогообложения, мягкое финансовое регулирование, а также гарантии анонимности и защиты банковских данных;
  • ? юрисдикции, имеющие большое число финансовых институтов по обслуживанию бизнес-связей нерезидентов;
  • ? финансовая система с превалирующими внешними активами и обязательствами[8].

Операции хедж-фондов. Хедж-фонды представляют собой альтернативные инвестиционные фонды. Они, как правило, обладают высокой степенью гибкости в выборе своих инвестиционных стратегий в различных классах активов:

  • 1) могут специализироваться на торговле только одним классом активов;
  • 2) осуществлять сложные торговые стратегии, которые характеризуются высоким уровнем оборота;
  • 3) использовать повышенный уровень кредитного плеча.

Фактически хедж-фонды — это компании, которые создаются специально для инвестирования и проведения спекулятивных операций на товарных и финансовых рынках.

Три блока современных глобальных дисбалансов международной валютной системы, вследствие их взаимосвязанности и взаимообусловленности, представляют собой единый комплекс проблем, требующих глобального наднационального антикризисного регулирования и международного мониторинга, контроля и выработки актуальных направлений реформирования современной МВС. Основным институтом такого мониторинга глобальных дисбалансов и разработки актуальных направлений реформирования МВС на наднациональном уровне является Группа 20 (G-20). Задача этой неформальной группы стран-участниц международной валютной системы состоит в том, чтобы на постоянной основе (организационно это ежегодные саммиты стран Группы 20) выявлять новые аспекты глобальных дисбалансов и вырабатывать конкретные меры по их мониторингу, преодолению либо смягчению как на глобальном, так и на международном уровне. Первый саммит Группы 20 (Вашингтон, 2008 г.) был посвящен глобальному финансовому кризису как реализации всех накопленных к 2008 г. глобальных дисбалансов МВС и выработке ключевых направлений ее реформирования. Поскольку основная проблематика саммита сводилась к вопросам реформирования системы регулирования современной МВС, то были приняты следующие ключевые принципы реформы международной валютной системы:

  • ? повышение транспарентности и подотчетности институтов МВС, в том числе раскрытие информации о сложных финансовых продуктах и финансовых условиях частных финансовых институтов;
  • ? повышение качества регулирования международной валютной системы, т.е. контроль и управление рисками, контроль обращающихся валютно-финансовых продуктов, а также участников рынка, в том числе рейтинговых агентств;
  • ? обеспечение устойчивости функционирования МВС: защита инвесторов и потребителей, предотвращение конфликтов интересов, незаконных рыночных операций, мошенничества и злоупотреблений;
  • ? сотрудничество и координация национальных, региональных и наднациональных регулирующих органов, в том числе применительно к трансграничным перемещениям капитала, а также сотрудничество в регулировании и предотвращении всех видов валютно-финансовых кризисов;
  • ? реформирование международных валютно-финансовых организаций (МВФ и группы Всемирного банка, международных банков развития и др.).

Если на первом саммите Группы 20 в основном были выработаны меры по преодолению последствий глобального валютно-финансового кризиса 2008 г. и реформированию международной валютной системы, то на втором саммите (Лондон, 2009 г.) была разработана система реформ по преодолению дисбаланса между глобальным характером МВС и национальным уровнем валютного регулирования. Было предложено следующее:

  • 1) разработка согласованного порядка определения уровня достаточности капитала кредитных организаций (так называемые Базельские стандарты устойчивости кредитных организаций);
  • 2) ужесточение надзора за деятельностью хедж-фондов (обязательность регистрации и раскрытия информации надзорным и контролирующим органам);
  • 3) регулирование рынка деривативов;
  • 4) разработка и внедрение регулирующими институтами мер по усовершенствованию стандартов оценки ПФИ;
  • 5) регулирование и контроль выплат вознаграждений и компенсаций менеджменту в СЗФИ;
  • 6) установление надзора за рейтинговыми агентствами. Для координации работы национальных и международных валютно-финансовых регуляторов была создана новая международная финансовая организация — Совет по финансовой стабильности (СФС)[9].

В 2009—2010 годах на трех саммитах Группы 20 (Питтсбург, Торонто, Сеул) в основном вырабатывался последовательный комплекс мер по дальнейшей гармонизации системы реформ регулирования МВС как на национальном, так и на международном уровне. Условно можно объединить разработанные на этих саммитах меры в три группы: меры по дальнейшему реформированию системы регулирования МВС, меры поддержания кризисоустойчивости МВС, принципы проведения дальнейших реформ МВС. В рамках первой группы было предложено:

  • ? разработать стандарты регулирования и надзора в отношении теневой банковской системы и рынка деривативов на сырье;
  • ? усилить меры по защите прав потребителей валютно-финансовых продуктов и услуг;
  • ? разработать меры регулирования СЗФИ (в том числе трансграничных) и принять позицию, что ни один участник МВС не должен считаться слишком большим или слишком сложным, чтобы обанкротиться, а налогоплательщики не должны нести затраты по ликвидации таких институтов МФР.

В рамках второй группы мер (кризисоустойчивость МВС) было предложено:

  • 1) дальнейшее наращивание устойчивости кредитных организаций;
  • 2) реформа системы вознаграждения для поддержания финансовой стабильности и поддержка инициатив СФС в этой области;
  • 3) повышение стабильности рынков деривативов путем перевода всех стандартных торгуемых контрактов на расчеты через центральных контрагентов.

Третья группа решений этих саммитов содержала разработанные СФС принципы проведения реформ МВС:

  • ? создание глобальной системы регулирования МВС на базе разработанного Базельским комитетом банковского надзора (БКБН) нового глобального режима надзора за деятельностью хедж-фондов, рейтинговых агентств, внебиржевых рынков деривативов, а также усиления требований к устойчивости кредитных организаций;
  • ? проработка процедуры банкротства и решения проблем системно значимых финансовых институтов;
  • ? прозрачность международных оценок и обзоров.

На следующих саммитах Группы 20 (2011—2015 гг.) проблема реформирования системы регулирования МВС рассматривалась с позиций установления нормативов достаточности капитала и ликвидности для СЗФИ. Совет по финансовой стабильности опубликовал список таких глобально значимых институтов, было принято решение об усилении контроля их деятельности и принят новый международный стандарт урегулирования банкротств этих институтов; кроме того, с 2016 г. вводиться единая система дополнительных требований к объему собствен- ныхсредств СЗФИ (Канны, 2011 г.) В 2014—2015 гг. были подтверждены решения предыдущих саммитов в области модификации компенсационных схем для менеджмента, сокращения зависимости монетарных властей и национальных финансовых институтов от внешних кредитных рейтингов, усиления мониторинга реформы валютно-финансового регулирования, повышения уровня контроля над теневой банковской деятельностью, борьбы с офшорами и другими налоговыми убежищами.

Мониторинг исполнения принятых на саммитах Группы 20 решений осуществляет СФС. В 2012 г. СФС совместно с международными валютно-финансовыми организациями, ответственными за разработку стандартов устойчивости МФА (МВФ, БКБН и др.), подготовил Основы скоординированных действий по осуществлению мониторинга (Coordination Framework for Implementation Monitoring, CFIM). Меры контроля и мониторинга были дифференцированы в зависимости от сферы регулирования, а также их приоритетности (должны быть подвержены более интенсивному мониторингу) либо второстепенности. В списке приоритетных:

  • 1) разработка стандартов Базель III и Базель IV;
  • 2) регулирование внебиржевых рынков деривативов;
  • 3) реформирование системы компенсационных выплат;
  • 4) положение глобальных СЗФИ;
  • 5) теневые банковские системы.

Таким образом, в посткризисный период (2008—2017 гг.) была институционально оформлена наднациональная система контроля и мониторинга одного из трех основных глобальных дисбалансов МВС — глобальности организации и функционирования международной валютной системы и в основном национального уровня валютного регулирования. Что касается базового дисбаланса МФА — формирования полюсов сбережения и потребления — и взаимосвязанного с ним дисбаланса мировой внешней задолженности, то базовые направления преодоления этих двух глобальных дисбалансов были разработаны на саммите Группы 20 в Питсбурге (2009 г.) в рамочном соглашении по обеспечению устойчивого и сбалансированного экономического роста.

На саммите Группы 20 были разработаны конкретные меры по отдельным странам, направленные на сокращение глобальных дисбалансов сбережения и потребления, а также глобальной внешней задолженности. В рамках этих мер:

  • ? США должны сократить дефицит текущего счета и принять меры по стимулированию частных сбережений;
  • ? Россия и Китай должны повысить гибкость курсов национальных валют и воздержаться от снижения курсов в целях получения конкурентных преимуществ;
  • ? страны с формирующимися рынками должны изменить структуру спроса, в том числе за счет либерализации процентных ставок (Китай), повышения уровня инвестиций (Бразилия) и нормы сбережения (Турция);
  • ? развитые страны с профицитом или относительно слабым внутренним спросом должны проводить политику расширения внутреннего спроса (Германия, Япония, Корея), стимулирования инвестиций (Германия) и создания новых отраслей и рынков за счет инноваций в таких областях, как экология и здравоохранение (Япония);
  • ? странам-экспортерам нефти следует продолжить осуществлять эффективные государственные расходы, направленные на стимулирование частных инвестиций для создания позитивных национальных и региональных эффектов и обеспечения бюджетной устойчивости.

Традиционно, в рамках проблемы дисбаланса потребления и сбережения, обсуждается необходимость перехода к рыночной системе формирования валютных курсов и отказа от конкурентной девальвации валют. Страны с развитой экономикой не должны допускать чрезмерную волатильность курсов своих валют, а МВФ взял на себя обязательство проводить мониторинг стабильности и устойчивости функционирования МВС.

Таким образом, современный этап функционирования международной валютной системы и организации мировой финансовой архитектуры характеризуется наличием глобальных дисбалансов, которые, действуя одновременно, стали основным дестабилизирующим фактором дальнейшего развития мировой экономики и мировых финансов. Реальная угроза полной разбалансировки мировой валютно-финансовой системы вынуждает международные и национальные регуляторы, страны и группы стран разрабатывать новые подходы к реформированию МВС и выходу из кризиса. Однако состояние мировых финансов остается неустойчивым, а последствия глобального финансового кризиса до сих пор не преодолены.

Вопросы для самопроверки

  • 1. Вследствие каких факторов формируются кризисы на мировом финансовом рынке?
  • 2. Каковы основные признаки проявления кризисов на мировом финансовом рынке?
  • 3. Что такое асимметрия рыночной информации и как она воздействует на формирование кризисов на финансовом рынке?
  • 4. Каковы экономические последствия мировых финансовых кризисов?
  • 5. Как можно классифицировать кризисы на мировом финансовом рынке?
  • 6. В каких случаях наступает банковский кризис?
  • 7. В чем состоят основные проявления валютного кризиса?
  • 8. Чем долговой кризис отличается от фондового?
  • 9. Какова эволюция кризисов мирового финансового рынка?
  • 10. Каковы основные инструменты и методы антикризисного регулирования?

  • [1] Итоговая декларация Группы двадцати, 2012 г. Лос-Кабос. Мексика.
  • [2] Международные валютные, кредитные, финансовые отношения / под ред. Л. H. Красавиной.М.: Юрайт, 2015.
  • [3] Рейнхарт К. М., Рогофф К. С. На этот раз все будет иначе. Восемь столетий финансового без-рассудства: пер. с англ. Д. Стороженко. М.: Карьера Пресс, 2011. С. 43.
  • [4] Замарев Б.Л. Национальное хозяйство России на рубеже XX—XXI вв.: изменения и перспективы развития. М., 2006.
  • [5] Левина И. Г. Природа финансового сектора и спекулятивных пузырей в современной эконо-мике // Экономическая теория в XXI в. / под ред. Ю. М. Осипова, Е. С. Зотовой. М.: ТЕИС,2007. С. 230-231.
  • [6] Policy Measures to Address Systemically Important Financial Institutions // Financial Stability Board.2011. 4 Nov.
  • [7] К теневому банковскому сектору относят следующие финансовые институты: независимые(не аффилированные с коммерческими) инвестиционные банки, инвестиционные подразделения крупных банковских холдинговых компаний, хедж-фонды и другие финансовыефонды, функционирующие на МФР, ипотечные дилеры, специализирующиеся на отдельныхвидах бумаг (например, Countrywide или IndyMac), финансовые институты, учитывающиеитоги своих операций на забалансовых счетах, включая фонды структурированного инвестирования (SIV) и посредников по операциям с коммерческими векселями, выпускаемымипод запасы определенных активов, другие кредитные посредники, действующие за рамкамитрадиционной банковской системы.
  • [8] Offshore Financial Centers. IMF Background Paper. June 23, 2000 URL: https://www.imf.org/external/np/mae/oshore/2000/eng/back.htm
  • [9] Совет по финансовой стабильности был создан на базе действовавшего ранее Форума пофинансовой стабильности (ФФС).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >