Исторические основания для развития традиции социального служения в России

Анализ литературы и источников позволяет дать объективную оценку состоянию разработанности в исторической науке проблемы социального служения Русской Православной Церкви с её рождения до наших дней и о введении в 1995 г. в историческую науку этого понятия.

Главной целью социального служения церкви является утверждение в общественном сознании достоинства и ценности человеческой личности как сотворенной по образу и подобию Бога и раскрытие христианской любви и доброты. Церковь имеет богатый опыт социального служения, понимаемого ею не только как благотворительность одних, имущих, по отношению к другим, неимущим, но и как кропотливый труд по избавлению человека от власти присущего ему зла и воссозданию в нем Божьего образа и подобия, как помощь в реализации каждым человеком его личностного потенциала.

Социальное служение церкви строится на принципе социальной справедливости, которая предусматривает предоставление каждому человеку принадлежащего ему права. Оно дано человеку Богом и соответствует признанию достоинства человеческой личности и всеобщего предназначения земных благ. Церковь в своем социальном служении выступает последовательным защитником всякого рода справедливости, тем более, социальной. Однако социальное служение церкви не ограничивается только восстановлением справедливости там, где она была попрана, но включает и борьбу за достоинство человеческой личности.

Средства этой борьбы — милосердие и любовь. Христианское милосердие и любовь простираются за пределы человеческой справедливости — они не противоречат ей, но вступают в силу там, где справедливость бессильна. Справедливость может требовать наказания виновному, но исправить его она не в силах, любовь же и милосердие не перестают бороться за согрешившего и оступившегося человека, стремясь восстановить его поруганное им же самим достоинство.

Традиции милосердия складывались в Церкви Христовой столетиями, имея твердое основание в той деятельности, источниками которой являются заповеди Христа Спасителя о любви к Богу и ближним. Первый опыт диаконического служения Древней церкви запечатлен на страницах Священного Писания: уже в первых христианских общинах формируется система призрения, а у первых христиан имелось ярко выраженное стремление оказывать помощь бедным, дряхлым, хворым и неимущим.

Языческая древность не имела снисходительного отношения к слабым, сострадания к угнетенным, заботы об убогих и бедных, попечения о преступниках — это все было чуждо язычеству. Только принятие христианства в корне изменило нравственные понятия людей, внесло в жизнь новый идеал, совершенно противоположный прежним понятиям.

С крещением Руси, со строительством храмов сразу же началось обустройство при них учреждений призрения. Так, еще в 1091 году епископ Переяславский Ефрем приказывает строить больницы «для безвозмездного врачевания всех приходских».

Накапливание исторического опыта и складывание традиции государственно-церковных отношений в сфере социального служения Православной церкви с самого начала было неотъемлемой частью церковной жизни в древней Киевской Руси.

В связи с принятием христианства на Руси получила свое развитие благотворительность как непременное следствие проникнутого христианским учением духа, в основу которого положен завет Христа «Любите ближнего как самого себя». Евангельское учение о милостыне, слова Христа об отношении к ближнему: «блаженни милостивые, яко тии помилованы будут», «продайте имения ваша и дадите нищим» — вот тот фундамент, на котором создавалась русская благотворительность, в основе которой идея помощи ближнему «как брату во Христе».

Именно православная церковь впервые обратилась к проповеди любви и милосердия, сострадания. Святая равноапостольная Великая княгиня Ольга (945—957 гг.) помогала нищим, вдовам, сиротам и другим нуждающимся. По уставу Святого равноапостольного князя Владимира (980—1015) православная церковь взяла под свое покровительство бедных и убогих. В его Уставе при исчислении предметов, подлежащих ведению епископа, говорилось о больницах, о странноприимцах, гостиницах, богадельнях, о слепцах, хромых, калеках, вдовицах, питающихся от Церкви Божией[1].

Церковное имущество провозглашалось достоянием бедных, а священнослужители — лишь распорядителями этого имущества в интересах нуждающихся. Это обеспечило Православной Церкви на долгое время ведущую роль в организации благотворительной деятельности[2].

В оставленном Владимиром Мономахом (1113—1125) завещании сыновьям говорится о том, чтобы они не забывали о нищих и поддерживали их по мере возможностей, подавали сиротам, защищали вдов и не давали сильным губить слабых.

В период после монголо-татарского ига благотворительность большей частью оставалась в монастырях. Организованная общественная помощь отсутствовала. Копеечная раздача милостыни, совершаемая в монастырях, была самой легкой и доступной формой благотворения и считалась добрым, богоугодным делом. К ней прибегали купцы, бояре, воеводы и другие представители различных сословий. Духовенство постоянно поддерживало взгляд в народе и князьях на благость милостыни в пользу нуждающихся. Распространены были государственные и частные пожертвования разных размеров и форм монастырям и их братии. Монастыри и их настоятели часть доходов и пожертвований выделяли на приют и прокормление странников, бездомных, нищих и убогих. Например, известно, что митрополит Фотий «закреплял за собою доходы, пошлины, земли, воды, села и волости на прокормление убогих и нищих»[3]. В 1505 г., во время княжения Василия Ивановича, некоторые монастыри, например Корнилиев в Вологодской губернии, Печерский в Пскове, учредили больницы и богадельни для нищих и странствующих.

Иоанн IV Грозный сразу после вступления на престол в 1547 г. созвал в Москву духовенство, бояр, думных дьяков для того, чтобы составить новые законы, в том числе и касающиеся общественного призрения. Для духовенства было принято решение отделить действительно нуждающихся от профессиональных нищих; устроить мужские и женские богадельни под началом священников.

Еще более активизировалось социальное служение церкви с учреждением и развитием монастырей. Вся отечественная медицина вышла именно из монастырей. И первыми врачами на Руси были именно монахи. Первый же государственный акт относится к 1551 г., когда в царствование Иоанна Грозного при составлении судебника была выработана статья о необходимости попечения о нищих и больных.

На соборе 1681 г. царь Федор Алексеевич отдал распоряжение об открытии в епархиях богаделен и пристанищ нищим. Троице - Сергиева Лавра, Белозерский Кириллов монастырь и другие монастыри учредили больницы и богадельни нуждающимся.

Во время голода, особенно постигшего Москву в период правления Б. Годунова, все монастыри, архиереи, бояре и дворяне, жившие в деревнях, должны были весь излишек своего хлеба продавать царю за половинную цену для раздачи бедным. После его смерти наступила еще более тяжелая пора для России. В эпоху В. Шуйского и Междуцарствия духовенство оказалось на высоте своего призвания и протянуло руку помощи народу. Особенно отличался благотворительностью московский Троице-Сергиев монастырь: при долговременной безуспешной осаде его польским главнокомандующим К.Л. Сапегой, он имел на своем попечении около 15 тысяч осажденных с женами и детьми. После снятия осады поляками монастырь продолжал служить единственным пристанищем для большого количества бедных и немощных людей. Призрение и пособие предоставлялось всякому безвозмездно. За монастырем были построены особые дома и больницы для оказания помощи раненым на войне и больным свирепствовавшей в стране моровой язвой.

В 1613 году Управление делами общественного призрения и благотворительности было поручено Патриаршему приказу. В его распоряжении находились остатки от патриарших и монастырских доходов и различные сборы. Приказ заведовал больницами, богадельнями, сиротскими домами и прочими благотворительными учреждениями. Впоследствии был основан аптекарский приказ, в ведении которого были заботы о призрении больных и немощных.

В эпоху царствования Михаила Федоровича размаху социального служения Русской Православной Церкви способствовало то обстоятельство, что ближайшим сотрудником царя в вопросах благотворения был его отец — патриарх Филарет Никитич, который от себя лично учреждал различные благотворительные заведения. Сошлемся на такой факт: в 1626 г. он основал в Москве особый больничный монастырь во имя св. Феодора. В эпоху царствования Алексея Михайловича (1645—1676) дело благотворения получило дальнейшее развитие. Так, в 1656 г., был возведен Кондинский мужской монастырь для призрения старых, увечных, безродных и беспомощных, также для вотяков, обращавшихся в христианство. Ближайшим сотрудником и помощником в делах общественного призрения царь избрал архимандрита Никона, который все свое влияние и возможности употребил на пользу бедных и больных, вдов и сирот. Именно на него царь возложил обязанность принимать прошения от «обиженных и бедностью угнетаемых» и делать ему соответствующие доклады.

Таким образом, митрополит Никон сделался ходатаем и заступником за беспомощных, вдов и сирот перед царем. Все обиженные судьбою толпами стекались к архимандриту и получали удовлетворение в своих нуждах. Социальное служение митрополит Никон продолжил и после назначения митрополитом в Новгороде. При его непосредственном участии в Новгороде было открыто четыре дома для призрения бедных, вдов, сирот и престарелых. Средства на их содержание были выделены царем. Митрополит Никон лично посещал богадельни и тюрьмы, где охотно выслушивал все жалобы. У него были специальные суммы денег, ежедневно выдаваемые бедным. Во время голода в Новгороде он кормил из своих житниц ежедневно по несколько сот человек и старался никого не оставить без помощи. В 1652 г. Митрополит Никон был посвящен в патриархи, где также проявил себя ревностным и усердным благотворителем. Его эффективная социальная деятельность была особенно полезна в эпоху моровой язвы, свирепствовавшей в 1653 и 1656 гг.

В царствование Алексея Михайловича социальная активность распространилась не только на материальные стороны жизни общества, обращалось внимание на духовно-нравственное состояние жизни, повышение уровня грамотности и образованности. Было учреждено училище при Андреевском монастыре. Из малороссийских монастырей туда переехало 30 монахов, которые учили славянской и греческой грамматике, риторике и философии и переводили книги. В училище воспитывались и призревались преимущественно дети неимущих классов населения.

Эпоха Петра I во многом изменила, усовершенствовала механизмы социального служения. Так, при нем открытие и содержание богаделен и больниц входило в обязанности приказов, сначала Патриаршего, затем, с 1701 г., Монастырского, а с 1721 г. это дело было поручено Святейшему Синоду и Камер-Конторе. В регламенте Духовной Коллегии от 25 января 1721 г., Петр Великий высказал неудовлетворенность деятельностью Церкви в вопросах призрения бедных и поручил Синоду разработать указы, чтобы согласовать чувство христианского милосердия с необходимостью предупреждения опасностей, возникающих для общества из-за масштабности количества нищих в России5. [4]

В 1722 г. к обязанности монастырского приказа был отнесен целый ряд благотворительных попечений о бедных военных чинах. Например, в 1723 г. Петр I приказал переписать, сколько находится в мужских монастырях монахов, а в девичьих — монахинь. После переписи был издан указ, запрещающий постригать в монахи: на свободные места предлагалось определять отставных солдат. Этим распоряжением Петр Великий хотел успокоить старых и раненых военных чинов, не имеющих средств к существованию и неуверенных в правительственной помощи. Приказывая помещать престарелых, увечных и больных в богадельни, монастыри и больницы, Петр I предпринял систематическую и упорную борьбу с нищенским промыслом. Факт, запрещающий давать милостыню, нашел себе подтверждение в Указе 16 ноября 1720 г.: «Ежели кто дает милостыню нищему, будет с того взят штраф пять рублей»1.

Когда при Петре I встал вопрос запрещения подавать и просить милостыню, в защиту своих прав выступили частные благотворители: «Нынешний Указ о нищих учинен не весьма здраво, потому: велено штрафовать тех, кто милостыню подает. Бог положил предел, то есть закон, что давать милости, а судьи наши за то штрафуют»[5] [6].

Одним из главных сподвижников Петра I в деле общественного призрения и благотворительности был Иов, митрополит Новгородский, отличавшийся конкретной практической деятельностью. В 1698 г. он учредил больницу и церковь в Новгородском Антониевом монастыре на средства, пожертвованные воеводой П.М. Апраксиным и другими новгородскими жителями.

Он же в 1706 г. за архиерейский счет открыл в Колмове монастырь, недалеко от Новгорода, а также больницы для инвалидов и дом для призрения сирот и незаконнорожденных.

Следующие шаги в деле развития социального служения Русской Православной Церкви были сделаны в XVIII в. во время царствования трех императриц: Анны (1730—1740), Елизаветы (1711—1762) и Екатерины II (1762—1796). Несмотря на то, что Императрица Елизавета повелела конфисковать большую часть монастырских земель, а ее преемница, императрица Екатерина издала указ, закрывающий больше половины всех монастырей, лишив церковь доходов, в монастырях продолжали учреждаться приюты и школы для сирот, госпитали и богадельни для больных, престарелых и увечных. При Екатерине II дело общественного призрения получило общую организацию в рамках макродимен- циональной диаконии (в 1763 г. открыты воспитательные дома, введены в 1773 г. в состав губернских установлений особые приказы общественного призрения).

В России XVIII-XIX веков церковной благотворительностью были охвачены практически все нуждающиеся в ней. Помощь оказывалась и жертвам войн — солдатам, раненым, семьям военнослужащих, недужным, престарелым. Получали ее и нищие, безграмотные, сироты, безработные, погорельцы. Значительная помощь оказывалась и морально оступившимся людям — алкоголикам, осужденным. В рамках благотворительной деятельности организовывались лазареты, больницы. Божии дома (приюты), где тяжелобольных, инвалидов, сирот и бездомных обслуживали сестры и братья милосердия из числа мирян-доброхотов или послушники монастырей. Открывались столовые, чайные, в которых все нуждающиеся могли получить питание по существенно сниженным ценам либо бесплатно. Создавались также производственные мастерские и церковно-приходские школы, в которых бесплатно обучали грамоте всех, кому это было нужно. Вместе с тем православная церковь проводила большую работу по воспитанию прихожан в духе милосердия и побуждала их к личной благотворительности.

Немало способствовала Русская Православная Церковь победе в самой кровопролитной в её истории войне не только духовным окормлением, но и материальной помощью.

Несмотря на непрекращающуюся деятельность РПЦ, её социальную поддержку согражданам в суровом для неё XX веке, о роли и социальном служении Церкви не разрешалось даже упоминать. Ни одной диссертации, ни одной монографии в годы забвения не было опубликовано. Лишь в середине 90-х годов стали появляться работы о деятельности Русской Православной Церкви.

Социальное служение церкви — одно из основных направлений жизнедеятельности православной церкви — той основы, на которой строится ее социальная деятельность. Тема эта вызвана прежде всего решением юбилейного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви 2000 г., принявшего документ «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви». Этот документ — первый в истории православия по данной тематике, и он вызвал большой резонанс в самых широких церковных и общественных кругах, как в России, так и за рубежом. Проблемы, поднятые в нем, касаются многих актуальных сторон социальной жизни, и авторитетное заявление по ним Собора имеет большое пастырско-каноническое значение.

Сегодня как никогда актуально стоят вопросы налаживания соработнической деятельности государства и Русской Православной Церкви (РПЦ) в различных сферах общественной жизни.

  • [1] Голубинский Е.Е. История русской церкви.— Б.И.— Т. 1, перв. пол.— С. 534.
  • [2] Благотворительная Россия, — СПб., 1901.— Т. 2.— Ч. 1,— С. 53—106.
  • [3] Там же,— Т. 1,— Ч. 1,— С. 15. Церковное богатство считалось богатством нищих.
  • [4] Полное собрание законов.— T.VI.— № 3718 (ч. 3, п. 12).
  • [5] 1-е Полное собрание законов.— T.VI.— № 3718 (ч. 3, п. 12).
  • [6] Кудрявцев А.Н. Сравнит, очерк разных видов христианской благотворительности. — СПб., 1884,-С. 16
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >