Из истории социального служения

Православие как первооснова отечественного социального служения

Очевидно, что первоосновой социального служения в России испокон веков была православная вера. Из христианских заповедей милосердия вырастали и частные благотворительные организации и государственные филантропические заведения. Это было делом совести, искуплением греха и стремлением к покаянию, осознанием невозможности жить сыто, когда кругом голодные.

Девизом христианского социального служения можно поставить слова заповеди апостола Павла: «Не забывайте благотворения и общения, ибо таковые жертвы благоугодны Богу»[1] и слова св. Иоанна Богослова: «Любовь познали мы в том, что Он (сын Божий Иисус Христос) за нас душу свою положил: и мы должны полагать души свои за братьев своих»[2].

Социальное служение, которое осуществляют «миряне» (общество) под влиянием христианского вероучения, мы называем макродименциональной диаконией. В этих рамках социальное служение могут осуществлять как первые лица государства, так и любые другие представители общества.

Рассмотрим, как в Российской империи, в которой православие было государственной религией, осуществлялось социальное служение церкви.

По данным, собранным ведомством учреждений Императрицы Марии в 1896 г.[3], общая картина характера и объема благотворительности в России, которую мы рассматриваем как одну из форм социального служения, представлена в конце столетия в следующем виде:

Таблица № 1

Место нахождения

Благотворительные

учреждения

общества

1

Санкт-Петербург

638

334

2

Москва

453

164

3

Остальные города России

2464

906

4

Всего в России

3555

1404

По состоянию на 1896 г., духовное ведомство занимало 3-е место по количеству благотворительных обществ и заведений. К 1898 г. их стало значительно больше: число открытых попечительством в различных пунктах России домов трудолюбия составило 173, кроме того, в ближайшем будущем планировалось учредить еще 63. Число благотворительных обществ и заведений Ведомства православного исповедания и Военно-духовного ведомства равнялось 3338. Это самое большое количество благотворительных организаций после Министерства внутренних дел, число обществ и заведений которого составляло 6835. На остальные 10 министерств и ведомств оставалось лишь 2125 благотворительных организаций[4].

Государственная система социальных мероприятий в XIX веке предусматривала материальное обеспечение различных категорий населения в старости, при инвалидности, болезни, в случае потери кормильца, устройство на работу лиц, частично утративших трудоспособность; производственное обучение; помещение инвалидов, престарелых, нуждающихся в уходе в интернаты и специальные дома на полное обеспечение; помещение детей-инвалидов и детей, оставшихся без родителей, в специальные детские дома.

Опекунские советы воспитательных домов занимались не только решением самых насущных бытовых проблем своих воспитанников. Среди решаемых ими задач было нравственное воспитание, обучение грамоте и профессиональным знаниям и навыкам. В качестве примера приведем архивный документ из Государственного архива РФ, из Фонда № 663 «Предписание» императрицы Марии Федоровны Петербургскому и Московскому опекунским советам воспитательных домов по вопросам их деятельности: «Впредь не отдавать питомцев в учение к вольным мастерам, где они лишены надлежащего нравственного надзора. Увеличить классы воспитанниц, под названием французских, ... следовательно, умножить число выпускаемых наставниц. Сверх того полагаю я учредить два особенных отделения, одно — воспитанниц, подготавливаемых к званию учительниц музыки и рисования и всяких женских рукоделий, а другое — воспитанников, назначаемых в учителя рисования, чистописания и музыки..., да особенный класс для обучения некоторого числа воспитанников архитектуре и каменных дел мастерству».

Помимо воспитательных домов для детей существовали детские приюты; общества призрения детей, просящих милостыню; общество вспоможения бедным ученикам гимназий; ремесленное училище князя Долгорукого. Различные заведения для детей занимались также вопросами подготовки воспитанников к военной службе, поиском родственников и желающих усыновить ребенка и т.д. Причем масштабы этого вида социального служения исчислялись сотнями и тысячами человек. Для примера обратимся к отчету о деятельности воспитательных домов в 1828 г.: в двух московских домах состояло 32 939 питомцев обоего полу. В течение года поступило — 9638, итого — 42377 человек. Из них по разным причинам выбыло: смерть — 6639; отдано родственникам — 136; замужество — 210; выпуск с увольнительным свидетельством — 304; усыновлено и отдано на военную службу — 94. Итого: 7 403[5].

К 1829 г. осталось 33174 человек (наличное число 1829 г. превышает 1828 г. на 2233 человек). На содержание и воспитание питомцев употреблено в 1828 г. 1998132 руб. 21 ^2 коп. На воспитание по деревням — 1436674 руб. 73 коп[6].

В царствование Императора Александра I в 1802 г. было учреждено Императорское человеколюбивое общество, в состав которого входили лечебные заведения, 4 богадельни, 7 учебных заведений, Общество поощрения трудолюбия, объединявшее 4 женские ремесленные школы, Комитет оказания помощи пострадавшим от народных бедствий, Троицкая больница для неизлечимых, ремесленный приют для девочек, попечительство об ученицах консерватории, дом воспитания сирот убитых воинов, убежище для увечных воинов, городской исправительный приют для мальчиков, комиссия бесплатного снабжения топливом бедных, общество снабжения неимущих квартирами. К концу столетия в обеих столицах и в 25 регионах империи функционировало 210 благотворительных заведений. В некоторых губерниях относительно призрения неимущих вводились особые порядки, отвечающие местным условиям. Существовали и отдельные учреждения такие как: духовные попечительства о бедных духовного звания, Положение о которых было разработано в 1823 г.

В 30 -е гг. XIX в. в Москве был открыт 1-й «работный дом», куда в принудительном порядке помещались нищие, обязанные работать без всякой оплаты труда, за одно пропитание. Позднее были открыты «дома трудолюбия», где проживали не имевшие средств к существованию нищие и старики.

Распространены были богадельные дома. Один из самых известных — матросская богадельня (Екатерининская — другое ее название), располагавшаяся в помещениях парусинной фабрики и состоявшая из разнородных по составу учреждений: дом инвалидов, богадельня для престарелых, сиротский приют, дом неизлечимо больных, дом умалишенных и смирительный дом с фабрикой[7].

В 1817 г. на пожертвованные средства князем и княгиней Долгоруковыми в 100 тыс. рублей в богадельне было открыто 2 отделения для содержания 20 инвалидов нижних чинов и 60 престарелых и увечных воспитанников воспитательного дома.

Впоследствии большая часть обитателей этого отделения была переведена в Странноприимный дом Ахлебаева, располагавшийся в Теплом переулке (ныне ул. Тимура Фрунзе, дом 3).

В 1809 г. на территории той же парусинной фабрики в Москве была построена 1-я больница для умалишенных, получившая название Преображенской.

В 1843 г. в соседнем здании Екатерининской богадельни было открыто дополнительное отделение больницы для лиц старческого возраста с соматическими заболеваниями. Жертвенный благотворительный поступок совершила супруга московского городского головы Алексеева Александра Владимировна, передав больнице купленный ею дом напротив больницы для 80 пациентов одного из отделений, получившего название «Алексеевское».

В пореформенный период в России активнее других формировалась такая форма социального служения, как попечительства о разного рода нуждающихся под покровительством государственных властей. Например, Дамское попечительство о бедных с 23-ю отделениями, Попечительный о тюрьмах комитет, Попечительство о неизлечимо больных женщинах, попечительный Совет заведений общественного призрения с 19-ю больницами (в том числе глазная, 3 детские, тюремная, 4 для чернорабочих, полицейская). Ежегодно только Московское городское попечительство о бедных раздавало на нужды 66 тыс. руб. за счет прямого обложения налогами работающих людей. Руководство к взиманию налогов с имущих в пользу бедных было следующим: если происхождение брошенного ребенка, немощного старика или вдовы известно, то им должна помогать его община, если неизвестно — государство. Налогообложение воспринималось работающими людьми в контексте Священного Писания, которое свидетельствует о двух нравственных побуждениях к труду: «трудиться, чтобы питаться самому, никого не отягощая» и «подавать нуждающимся: немощным, больным, пришельцам (беженцам), сиротам и вдовам»[8].

За примерами обратимся к деятельности некоторых благотворительных организаций. Комитет «Христианская помощь» был создан в 1877 г. В период Русско-Турецкой войны, взяв на себя заботу об армии, Комитетом осуществлялись следующие мероприятия: транспортировка раненых и больных воинов; подготовка санитаров; снабжение пищей в поездах, не имеющих кухонь. Уставом общества Попечения о раненых и больных воинах предписывалось, что и после войны члены комитета не должны были оставлять заботу о нуждающихся. Этим занималась созданная при комитете Община сестер милосердия. В 1878 г. был основан приют на 20 кроватей для призрения неизлечимо раненых и больных нижних чинов с семействами. Статистические данные отчета комитета «Христианская помощь» свидетельствуют о масштабах его деятельности: в первые два года существования комитета (во время Русско-Турецкой войны) его участниками перевезено раненых воинов 15109 человек; после войны вплоть до 1887 г. в 2-х приютах комитета призревалось 352 человека; в бесплатной лечебнице им. князя В.А. Долгорукого оказана консультативная помощь 151579 человекам, произведено операций больших — 200, малых — более 3200; отпущено лекарств бесплатно по 112930 рецептам на сумму 53372 руб. 92 коп.; организован приют для неизлечимо больных и калек всех сословий в память 25-летая благополучного и славного Царствования Государя Императора Александра II; построена домашняя церковь в Александровском приюте для инвалидов; за 10 лет существования комитета различными видами благотворительной деятельности комитета «Христианская помощь» воспользовались 174 тыс. человек70.

В 1895 г. было учреждено Императрицей Александрой Федоровной Попечительство о домах трудолюбия и работных домах, имевших целью организацию предоставления оплачиваемого труда. В 1898 г. число открытых попечительством в различных губерниях и волостях России таких домов составило 175.

Призрение неимущих и неспособных к труду крестьян составляло мирскую повинность крестьянских обществ. Принятый в 1892 г. Устав общественного призрения крестьян вменял обществу в обязанность «призрение престарелых, дряхлых и увечных членов, не могущих трудом приобретать пропитание и не имеющих родственников или родственников только бедных»; обязательную мирскую повинность составляло и «призрение круглых крестьянских сирот»11. Аналогичная обязанность была возложена законом и на прочие сословные общества.

Замена в 1884 г. приказов земствами способствовала росту числа благотворительных учреждений: в среднем на 1 губернию, имеющую приказы, приходилось 9,6 благотворительных заведений, в то время как на 1 земскую губернию — 41,1. За 30 лет (1860—1890 гг.) численность благотворительных заведений возросла на 567[9] [10] [11]. Более наглядно об этом говорят данные приводимой таблицы:

Таблица № 2

Название благотворительных заведений

В нам.1860-х гг. в 55 губерний, имеющих приказы, состояло:

В начале 1890-х гг. состояло

в 16 губ., имеющих приказы

в 28 земск. губерниях

Больниц и их отделений

534

111

745

Домов умалишенных и их отделений

39

9

55

Богаделен и инвалидных домов

111

28

276

Сиротских и

воспитательных домов и их отделений

45

6

56

Всего

719

154

1132

За 20 лет (1870—1890 гг.) расходы земств на народное здравоохранение возросли в 4,9 раза, на общественное призрение — более чем в 5,5 раз. В приведенные цифры не вошли пособия переселенцам и некоторые другие значительные расходы, которые также могут быть отнесены к области благотворительности (содержание приютов и колоний для малолетних преступников, пособия пострадавшим от наводнения, выдача стипендий и т.п.). Наконец, сама постановка земско-медицинского дела была таковой, что отделить его от общественного призрения было практически невозможно (содержание хроников при больницах, лечебницы для душевнобольных).

Отдельно скажем о состоянии социального служения в губернских и уездных городах. В каждом из губернских городов и градоначальств имелся детский приют, состоящий в ведении IV отделения собственной Его Императорского Величества канцелярии; во многих из них (Вильне, Воронеже, Гродно, Казани, Калуге, Киеве, Костроме, Минске) существовали общества оказания помощи в различных нуждах города, а также учреждения Императорского человеколюбивого общества.

Например, в Воронеже: попечительный комитет, школа для детей воинов, 2 квартиры для бедных гимназистов; женская богадельня, швейная мастерская и дом для дешевых квартир; в Казани: попечительный комитет, школа для малолетних детей, 2 хозяйственно-рукодельных заведения, дом дешевых квартир и мастерская при нем; в Калуге — дом трудолюбия для девиц; в Пензе — мастерская школа для девиц; в Уфе — приют для рожениц.

Но главное, что по преимуществу составляло привилегию губернских городов — это заведения и учреждения бывших приказов, обществ призрения, учрежденных Императрицей Екатериной II и переданных впоследствии земским и городским учреждениям.

В уездных городах картина государственного благотворения была неудовлетворительной[12]. Исключение составляли: Вольск, Динабург, Елабуга, Красноярск, Липецк, Новомосковск, Острожек, Ростов-на-Дону, Старобельск, Трубчевск, Углич, Скопин, Слуцк. В этих городах существовали только богадельни, в других же уездных городах «ничего не было для противодействия нищенству и бедности»[13].

Из документов XIX столетия особый интерес представляют отчеты об израсходовании пожертвований, сборов, а также отчеты об участии в благотворительных акциях. Например, ниже приведенные таблицы № 3,4 говорят о «прозрачности» благотворительных акций, о целевых расходах денежных пожертвований на устройство церквей при приютах и на разного рода благотворительные мероприятия.

Отчет по устройству церкви при Александровском приюте за 1881, 1884 гг15.

Таблица № 3

Приходы

Руб.

Коп.

Выдано:

Каменщику

Силуанову

20

Подрядчику Н.П. Хрулеву в счет работ по церкви:

Деньгами

2 000

-

Облигациями Московского Городского Кредитного Общества

3 000

-

Додано за разницу по курсу 95 за 100

100

-

Подрядчику Н.Н. Быскову за малярные работы облигациями того же Общества

365

60

Додано за разницу по курсу 93 за 100

21

-

15 См.: Отчеты комитета «Христианская помощь» больным и раненым воинам.— М., 1877—1910.

Академику Г-ну Быковскому за написание икон

100

-

По разным счетам по церкви за работы

280

23

На покупку дров для отопления церкви

112

-

Смотрителю Депло- вичу за присмотр за работами по церкви

12

33

Продана Облигация

Кредитного

Общества

100

-

Итого:

6 111

18

Осталось к Бому января 1882 г.

3637

41

Баланс:

9748

39

Таблица № 4

Приходы

Руб.

Коп.

Денежные пожертвования по подписным листам:

от О.Б. Смирновой

30

-

П.Д. Войникова

10

-

Через В.А. Злобина

31

83

Ф.П. Беляева

50

-

М.Н. Андриянова

275

-

М.А. Смагина

15

50

Н.Я. Теснова

155

-

И.М. Воронина

73

-

И.Ф. Андреева

30

-

И.Г. Рунина

20

-

В.В. Санкина

5

-

А.Н. Вишневского, пожертвованные от И. и С.Т...

50

-

Неизвестного на

поминовение

Иакова

10

-

Получено:

На серии %%

3

24

От неизвестного

2000

-

Из канцелярии Г-на Московского Генерал-Губернатора пожертвованные В.П.Усачевым 20 облигаций Московского Городского Кредитного Общества по номинальной цене

6000

-

От Г-жи А.А. Прохоровой на обеспечение духовенства при церкви две квитанции конторы Г-на Волкова на купленные Государственные 4% непрерывно-доход- ные

билеты:

- на поминовение об упокоении Иоанна

550

-

- на поминовение об упокоении Любови

350

-

Получено от продажи одной Облигации

90

-

Итого:

9748

59

Подобные обстоятельные, подробнейшие отчеты благотворительных организаций, скрупулезно учитывающие расход каждой копейки, — это характерная черта отчетности по социальной деятельности в позапрошлом веке.

Важнейшее условие успешной деятельности благотворительных заведений в XIX веке заключалось в соблюдении ими экономиче- [14]

ских законов. Неприкосновенный капитал, который являлся их основой, никогда не расходовался и давал возможность существовать.

Обобщая сказанное о макродименциональном диаконическом служении РПЦ, отметим, что с течением времени правительство издавало все больше указов и распоряжений, касающихся социальных вопросов: в 1896 г.— 85, 1897 г.— 68, 1898 г.— 69, 1899 г.- 70.

Социальное служение важных государственных персон и прочих частных лиц в XIX веке осуществлялось, бесспорно, под влиянием православной церкви, носило сословный характер, осуществлялось неравномерно и в значительной степени бессистемно, но ярко и значительно для государственно-церковной жизни этого периода.

Таким образом, приоритетными видами социального служения РПЦ, осуществляемыми через её чад, независимо от их ранга и статуса («макродименциональная диакония»), являлись испокон веков в России следующие: благотворительность; организация социальной помощи и поддержки малоимущих; призрение нищих, немощных и сирот; материальная помощь и предоставление возможности работать как спасение от безработицы; оказание медицинской помощи; забота о повышении грамотности народа.

Данные виды социального служения РПЦ осуществлялись в следующих формах: забота о раненых воинах; выплата пособий военным инвалидам; открытие на благотворительные средства домов для призрения нуждающихся, сирот, немощных и престарелых и проч.

  • [1] Послание Святого ап. Павла к евреям // Новый Завет Господа нашего Иисуса Христа, — М.,1993,-Гл. 13 (16).-С. 222.
  • [2] Первое Соборное Послание св. апостола Иоанна Богослова // Новый Завет. Псалтирь, — Гл. 3(16-18).-С. 150.
  • [3] Сборник сведений о благотворительности в России. — СПб., 1899.— С. 1207.
  • [4] Благотворительные учреждения Российской Империи.— СПб., 1900.— Т. 1,— С. 5.
  • [5] ГАРФ, ф. 663, on. 1, д. 136, л. 11.
  • [6] ГАРФ, ф. 123, оп.1, д. 136, л. 11.
  • [7] Власов Г. Обитель милосердия,— М., 1991,— С. 88.
  • [8] Общественные общероссийские чтения Основ социальной концепции Русской ПравославнойЦеркви // Инф. бюлл. № 1,— Апр. 2001,— С. 52.
  • [9] Отчеты комитета «Христианская помощь» больным и раненым воинам.— М., 1877—1910.— С. 90
  • [10] Уставы общественного призрения. 1892 г. — Т. XIII.— Ст. 580
  • [11] Сборник сведений по общественной благотворительности. — Т. VI.— С. 90.
  • [12] Сборник сведений по общественной благотворительности,— Т. VI,— С. 90—93.
  • [13] Благотворительная Россия,— СПб., 1901,— Т. 1,— Ч. 1,— С. 13.
  • [14] Отчет Костромского общества «Помощь детям» за 1908 год.— Кострома, 1909,— С. 24—25.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >