Становление и развитие промышленного законодательства России XVIII -начала XX вв. и проблемы охраны водных фондов и иных природных объектов (ресурсов) досоветской России

Природоохранительное законодательство стало предметом рассмотрения в ранних правоведческих трудах, в которых преимущественное внимание обращалось на изложение истории управления социально-экономическими процессами, направленными на разумное потребление природных ресурсов". Изучению промышленной политики России XIX в. посвящена монография Н.С.Киняпиной (1968 г.). [1] [2]

Эта работа - важный вклад в изучение и развитие промышленного законодательства1, направленного на охрану природы от промышленных загрязнений.

«Правовая деятельность России в рассматриваемый период была отражена в «Полном собрании законов Российской империи», «Своде законов Российской империи», «Уложении о наказаниях уголовных и исправительных», отраслевых и региональных сводках. Многие из них непосредственно регулировали вопросы использования природных ресурсов и охраны окружающей среды в целом, в том числе водных фондов» .

Задача настоящей работы - дальнейший комплексный источниковедческий анализ промышленного и сельскохозяйственного законодательства, конкретных законодательных актов об использовании природных ресурсов и охране окружающей природной среды Российского государства. В силу значительности общего объема нормативных источников, появившихся в России за рассматриваемый период, в данной работе более глубоко исследованы водное, промышленное, лесное, и сельскохозяйственное законодательства; Свод постановлений о благоустройстве в городах и селениях и некоторые другие нормативные акты. Значимость названных и других правовых документов (нормативных актов) заключается в том, что при их применении «вплотную» происходил процесс воздействия на рациональное использование природных ресурсов и реально разрешались проблемы разумного сохранения водных ондов и окружающей природной среды в целом.

Взяв в настоящей статье в качестве объекта источниковедческого изучения промышленное законодательство и проблемы охраны природы России, мы, прежде всего, хотим отметить условность начальной даты этого периода. Развитие капитализма в России, так же как и в Европе, привнесло новые черты в правовое регулирование отношений в сфере «общество - природа». Однако сохранилась и определенная преемственность.

Законодательство - «это многоплановый источник, представляющий интерес для изучения развития различных форм промышленности, сельского хозяйства и, прежде всего, вопросов регулирования сохранения флоры и фауны, взаимодействия общества и природной среды. В исследовании законодательства дореформенной и пореформенной России многие уставы, манифесты, указы, положения, приня- [3] [4]

тые правительством на протяжении XVIII - XIX вв., привлекли внимание историков и правоведов с точки зрения охраны природы и ресурсопотребления» .

Процесс развития капиталистических отношений в России способствовал резкому усилению эксплуатации растительных, минеральных и биологических ресурсов государства. Рост производительных сил выражался, прежде всего, в строительстве и функционировании предприятий, связанных с топливной технологией (металлургическое, керамическое, стеклодувное, поташное, винокуренное, солеваренное и другие производства).

Эти предприятия не только поглощали источники энергии (древесину, уголь, торф), но и засоряли отходами и вредными выбросами воздушное пространство, землю и водоемы, что приводило к постепенному уничтожению лесов, изменению ландшафтов, истреблению фауны, ухудшению здоровья населения от потребления грязной воды". Лесозаготовки, торфоразработки, промыслы (охота и рыболовство и т.д.) способствовали истощению природных ресурсов и нарушению восстановительного баланса, о чем свидетельствуют материалы нашего исследования.

Европейский Север издавна имел большое практическое и важное теоретическое значение. Во-первых, богатство природных ресурсов. В районах Севера сосредоточены разнообразные природные ресурсы, необходимые для развития народного хозяйства: апатиты, никель, золото, олово, алмазы, значительная часть каменного угля, гид- ро - и лесоресурсы. «На всем земном шаре, вероятно, найдется лишь немного таких богатых лесом областей, как Архангельская губерния. В Европе, по крайней мере, по величине лесной площади, эта губерния занимает первое место по лесистости (44%), уступая лишь Вологодской и Пермской губерния1. «Площадь лесов Архангельской губернии колоссальна. По данным 1913 года она исчислялась в 31 890 000 десятин, из которых на долю казны приходилось 30 385 289 десятин». «Архангельские леса дали возможность вывезти в 1909 году лесных материалов на 20 232 000 рублей»[5] [6] [7].

По условиям своего развития, экономико-географического положения, эта территория более благоприятна и доступна для экономических центров страны и зарубежных государств. Это способствовало более интенсивному вовлечению Севера в территориальное, международное разделение труда, что, несомненно, стимулировало более полное использование природных богатств.

Развитие товарного производства требовало преобразования транспорта. В дореформенной России главными видами транспорта были водный и гужевой. «Основными водными путями были Волго- Камский, Сухоно-Двинский, Западно-Двинский, Днепровский и Донской. Действовали каналы Вышневолоцкий, Мариинский и Тихвинский, соединяющие бассейн Каспийского моря с Балтийским, Берез- нинский, Огинский и Днепрово-Бугский - соединявшие Черное море с Балтийским, и другие, общей протяженностью 300 км. Водным транспортом осуществлялся основной подвоз на экспорт - хлеба, леса, железа, пеньки, льна - к Петербургу, Риге, Одессе, Таганрогу, Астрахани, Архангельску» .

Водные пути стимулировали темпы роста различных отраслей промышленности - судостроения, лесообработки, канатнопрядильного производства, и тех населенных пунктов, которые были тесно связаны с судоходством и сплавом. Неблагоустройство речных путей обусловливало господство сплавного судоходства. Это, в свою очередь, не могло не оказывать влияния на чистоту воды и природной среды в целом. Вовлечение России в систему капиталистического производства, рост перевозок, их темпов и объема требовали коренного преобразования водного транспорта, его механизации, технического перевооружения2.

Первые годы XIX века были периодом интенсивного развития внешней торговли России. Если в 1801-1805 гг. среднегодовой вывоз товаров из России составлял 75 млн. руб., то в 1846 - 1850 гг. он возрос до 152 млн. руб., ввоз за эти же годы увеличился с 53 до 132 млн. руб. В составе экспортируемых из России товаров преобладали лен, пенька, лес, хлеб, сало, т.е., главным образом, продовольственные товары и сырье, составлявшие 80 - 90% русского вывоза . Из-за границы ввози- [8] [9] [10]

лись преимущественно сахар (50% импорта), вина, фрукты, табак, ткани, красители и другие мануфактурные изделия.

По объему коммерческих оборотов в 1800 г. Архангельский порт был третьим после Петербурга и Риги (3 547 145 руб.). Внутренний торговый оборот Архангельского порта в начале XIX века составлял 800000- 1000000 руб. и представлял собой 1/4- 1/5 его внешнеторгового оборот1.

Европейский Север представлял собой один из крупнейших экспортных районов страны, вывозивший лес, пиломатериалы. Если в 1893 году в Архангельской губернии было 15 лесопильных заводов, выпускавших продукции на 4.303.560 руб., то в 1913 году таких заводов было 44 с выпускаемой продукцией на 28002006 руб.

В конце XIX века в Архангельской губернии насчитывалось 42 небольших лесохимических завода, в Олонецкой - 2 картонно- бумажные фабрики , крупный целлюлозно-бумажный комбинат в г. Соколе Вологодской губернии[11] [12] [13] [14]. Из фабрично-заводской промышленности значительными для Севера оставались металлургические предприятия. Крупнейшим предприятием являлся Александровский снарядолитейный завод в Петрозаводске, на котором в 1904 г. насчитывалось 1132 рабочих и который после реконструкции 1903 - 1904 гг. уд- воил производство .

Из отраслей легкой и пищевой промышленности относительно быстрое развитие получило льнопрядильное производство и масло- дельно-сыроваренное (Вологодская губерния). Уже к концу XIX в. там насчитывалось 236 крупных маслодельно-сыроваренных заводов. Архангельск в начале века лидирует в российском экспорте смолы и пека. В 1912 г. через Архангельск вывозилось 85% экспортируемой смолы[14].

Для экономики Севера России было характерно множество мелких промыслов и предприятий: кожевенные, меховые, скорняжные, кирпичные, гончарные, медеплавильные, красочные, мыловаренные, смолокуренные, ремонтные мастерские, прянично-булочные, мукомольные и др. Достаточно сказать, что только в одной Архангельской губернии в 1901 году подобных предприятий было 4773, на которых работало 9783 рабочих1.

О пристальном внимании к северному краю, его несметным богатствам могут свидетельствовать многочисленные экспедиции, проводившиеся на протяжении многих столетий. Нельзя не вспомнить крылатые слова прославленного помора М.В.Ломоносова, который говорил, что «Российское могущество прирастать будет Сибирью и Северным океаном»[16] [17] [18].

Фрагментарно и в сжатом виде приведем наиболее интересные из проведенных экспедиций на Европейском Севере в прошлых веках. В 1785 - 1822 годах велось строительство Екатерининского канала для соединения бассейнов Вычегды и Камы. Проводились исследователь- ские работы по соединению реки Печоры с Вычегдой , Печоры с Вычегдой через Двину[19]. В 1862 году академик К.М.Бэр и Н.П. Даниловский в своих работах уделили внимание рыбному промыслу Усть- Цилемского района[20] [21]. «В 1867 году Чубинский П.П. в составе экспедиции, организованной ИРГО, изучал проблемы льноводства, хлебного

производства и торговли по маршруту Устюг - Усть-Сысольск - Чер- дынь» .

В конце 60-х годов Х1Хв. начались знаменитые экспедиции Академии наук России, возглавляемые академиками С.Г. Емелиным, П.П. Лепехиным, П.С.Палласом, П.П. Фальком. Результаты этих экспедиций трудно переоценить, так как они дали богатый материал о местах распространения и среде обитания животных в рассматриапемый период. Дополнительные сведения о фауне давали ответы на запросы Академии наук по географии различных местностей, распространенные в начале 80-х годов XIX века. Из разных уездов поступали сведения о том, какие звери, птицы и рыбы там водились, какой ущерб причиняли медведи и саранча.

В 1867 году Ф.Д. Белинский провел географические исследования и привел сведения из истории Сереговского солеваренного завода1. Рыбным и звериным промыслам Мезенского и Печорского краев посвящена работа Г.И.Танфильева2. П.П. Матафтин в 1912 году подробно описал выходы угля на притоках Усы-Косью, Нече, Инте, Адзьве, Сыне. Отобрал образцы пород для Геологического музея Академии наук.

В 1908 - 1909 годах была организована экспедиция ветеринарного врача С.В.Керцелли, изучавшего условия оленеводства, географические и этнографические особенности, промыслы . Собрал материалы по оленеводству, быту самоедов, почвам, исследований северного края, связанная с периодом рудоискателей, первых и последующих экспедиций, попыток проводить разведки на нефть. Этот период охватывает более двухсот лет. Она открывается выдержкой из книги голландского ученого Н.К.Витсена, датированной 1692 годом: «Небольшая речка Ухта с ее притоками Чибью и Манидой отстает от Печоры на одни сутки. На этой реке на расстоянии полутора миль от волока есть мелкое место, где из воды выделяется жир, представляющий черную нефть. Здесь находится доманик, который горит как свеча и испускает черный дым»4. Петр Великий в 1697 году образцы этого доманика отправлял уже в Голландию для исследования5. В связи с обнаружением нефти по указу Петра I было предписано Берг-коллегии «невтяной ключ в Пустозерском уезде по Ухта речке велеть свидетельствовать и учинить из него пробу»1.

В 1745 году архангелогородец Федор Прядунов в этом месте основал нефтяной завод; собрал нефть с речной поверхности в количест- ве 655 килограммов, которую в 1748 году доставил в Москву . В 1868 году началось промышленное освоение ухтинских месторождений нефти. Получен «благонадежный для продолжения работ результат: нефть начала выступать с глубины скважины в 30 футов густая, черно-бурого цвета» . Д.И.Менделеев, исследовав представленную с Печоры нефть, считал возможным получать из нее смазочные масла - веретенное и машинное .

Кроме ряда изысканий по лесному хозяйству и водным путям, необходимо положительно отметить экспедицию Горного департамен- [22] [23] [24] [25]

5

та, работавшую на Ухте под руководством известного профессора горного института Н.Н. Яковлева. Работы в нефтяном районе вел даровитый горный инженер А.Н. Замятин. Он окончательно выяснил положение нефтеносной антиклинали, исследовал район распространения нефти, собрал интереснейшую геологическую коллекцию ископаемых. Геологические изыскания имели конечной целью основания для выбора мест для глубокого разведочного бурения средствами казны.

Однако работы на Ухте вновь приостановились. «Лишь при условии введения в край необходимой культуры, государство может ожидать для себя пользы. Необходимо неотложное улучшение путей сообщения, упорядочение местных земельных отношений и колонизации, улучшение лесного и горного надзора. Чем скорее и полнее будет освещен вопрос о судьбе Ухты, тем больше возможности предотвратить грядущий кризис и тем ближе мы будем у цели»5. С пониманием относился к исследованию и культуре Севера председатель Совета министров России П.А. Столыпин. По поводу же значения Ухтинского нефтеносного района на междуведомственном заседании 14 и 17 ноября 1907 года директор геологического комитета академик О.Н.Чернышев высказал мнение «о малой пригодности этого края по климатическим и почвенным условиям» .

Реформы, производимые в системе центральных органов власти и управления, сопровождались развернутой кодификацией действовавшего законодательства. Основные направления работы, начатой Петром I, были продолжены Екатериной II. В 1796 г. были собраны действовавшие законы из области уголовного, гражданского и государственного (административного) права для сводного Уложения. Комиссия подготовила 17 глав по судопроизводству, 9 - вотчинного права и 13 глав по уголовному праву2. «В 1813 г. подготовлен проект уголовного Уложения, в 1814г.- Торговое Уложение. В 1814 г. все три части гражданского Уложения вновь были представлены в Государственный совет, который в 1815г. постановил составить систематический свод действующих законов, не утвердив представленного проекта. Последний следовало согласовать с подготавливаемым сводом»3. [26] [27] [28]

Николай I направил деятельность разработчиков на создание Свода законов, образцом для которого стал кодекс Юстиниана. Параллельно с работой над Сводом проходила подготовка хронологического собрания законов. Предполагалось весь правовой материал разделить на два этапа: первый - от Соборного Уложения 1649 г. до 12 декабря 1825 г. (манифеста Николая I), второй - от 12 декабря 1825 г. до текущего момента. Создание Полного собрания законов было необходимо для работы над составлением Свода законов и стало подготовительным этапом к его изданию. Кроме того, для работы над каждой частью (отраслью) Свода подготавливалась своя историческая справка. В Собрание вошло более 330 тысяч актов.

10 января 1832 г. Государственный совет рассмотрел подготовленные 15 томов Свода и 56 томов Полного собрания законов. Было принято решение ввести в действие Свод законов Российской Империи с 1 января 1835 г. Первое издание Свода законов было произведено в 1832 г., за ним - два полных (1842, 1857 гг.) и шесть неполных (1876, 1883, 1885, 1886, 1887, 1889 гг.) изданий.

Но уже в 1836 г. была начата работа по созданию нового Уложения о наказаниях уголовных и исправительных, которое было принято в 1845 г. В рассматриваемый период впервые сложились основные отрасли права: государственное, гражданское, административное, уголовное, процессуальное.

В этом нормативном акте была установлена уголовная ответственность и за посягательства против собственности, лесонарушения, водные и другие природные объекты. Проведенные нами исследования свидетельствуют о том, что в структуре судимости нарушения Устава о лесах носили распространенный характер и составляли более 10% от числа всех преступлений. Каждое седьмое-восьмое преступление было связано с лесонарушениями (нарушение Устава о казенных лесах, противопожарных правил и др.).

Исключительно важным документом судебной реформы явилось принятие Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. 30 сентября 1864 года Устав был рассмотрен на заседании Государственного совета, а 20 ноября того же года утвержден императором[29]. Большое место в Уставе отводилось защите природных объектов от посягательств. Так, «была установлена уголовная ответственность: за деяния против народного здравия (борьба с эпидемиями: холера, тиф, тифозная горячка, оспа и т.д.); загрязнением воздуха, водоемов, почв; за нарушение противопожарных правил; о самовольном пользовании чужим имуществом, посягательстве на природную фауну (самовольная охота, рыбная ловля, потрава чужих угодий при самовольной пастьбе скота; о похищении и повреждении чужого леса путем самовольной порубки и т.д.»1.

Таким образом, экономическое обновление России нашло отражение и в хозяйственно-экономической деятельности Архангельской губернии и всего Европейского Севера страны: растет значение лесоэкспорта, быстрыми темпами увеличиваются поставки хлеба за рубеж, растет доля сырьевых материалов в структуре импорта, увеличивается в целом объем внешнеторговых операций, налаживаются связи с новыми государствами - все это, в свою очередь, способствовало внутреннему развитию северного региона. С развитием промышленного и сельскохозяйственного производства, транспорта, водных артерий возрастала нагрузка на водные фонды и в целом на природную среду Северного региона.

Требовалась разработка и принятие действенного правового механизма ресурсопользования и ресурсосбережения природных богатств Севера России в целом. «Такое положение вызывало озабоченность государства, наметился переход от практики случайных и локальных мероприятий по правовой защите природы к изданию целенаправленных общероссийских актов. Разнообразие природно-климатических условий на огромной территории Российской империи, специфика традиционных промысловых занятий населения требовали для ряда регионов отдельных нормативных актов, по которым регулировался бы порядок природопользования и предусматривалась охрана природных биологических богатств»[30] [31].

«Законодательство второй четверти XIX в. затрагивало вопрос о размещении фабрик и заводов, «О переведении из городов заведений, смрад и нечистоту производящих»; это требование распространялось уже на все города России. Устанавливался десятилетний срок для переноса из городов заведений, на которые распространялись ограничения. Но в центре внимания этого законодательства оставалось ограничение учреждения фабрично-заводских предприятий в Петербурге и Москве. 22 сентября 1833 г. было принято положение «О размещении и устройстве частных заводов, мануфактурных, фабричных и других заведений в Санкт-Петербурге»1.

В нём предприятия столицы разделялись на три разряда. К первому были отнесены заведения, «кои по безвредности своей могут быть допущены во всех частях города беспрепятственно» (воскобе- лильни, кожевенные из обработанных кож, лаковые, не действовавшие «парами» лесопильные, металлические «без особых плавильных печей», камфорные, зеркальные, позументные, прядильные и ткацкие, сургучные, табачные, уксусные, шляпные, экипажные и др.).

Ко второму разряду причислялись заведения, которые «могут состоять в населённых частях города с соблюдением особых предосторожностей при устройстве их» (водочные, волосяные «из приготовленных волос», селитряные, свинцово-плавильные, купоросные, сахарорафинадные и т. п.).

Третий разряд включал заведения, которые «ни под какими условиями в населённых частях города допускаемы быть не могут» (производства аммиачных солей из животных продуктов, писчей бумаги, белильное, дегтярное, дроболитейное, канатное, кирпичное, клеевое, клеёночное, обработку сыромятных кож, крахмальное, маслобойное, мыловаренное, салотопенное, ситцевое, стеклянно-хрустальное, фарфорово-фаянсовое и др.). Введение каких-либо технических улучшений и усовершенствований позволяло владельцам ставить вопрос о переводе их промышленных заведений из одного разряда в другой. Закон определял обязанности столичного генерал-губернатора, местной полиции, Мануфактурного совета в наблюдении за его соблюдением»[32].

В разделе Свода законов «О правах и обязанностях, с учреждением и содержанием заведений фабричной и заводской промышленности сопряженных» (ст.ст. 22-79) закреплён правовой статус различных заведений, порядок их открытия и содержания с учетом антропогенного воздействия на окружающую природную среду.

Законодатель оставил за правительством право определения круга казённых отраслей и предприятий, в числе которых находились пушечные, оружейные, селитренные, пороховые, суконные, фарфоровые и стеклянные заведения; причём степень монополизации казной различных отраслей оговаривалась особо.

Некоторые ограничения касались также открытия фабрик и заводов в Петербургской и Московской губерниях, в казённых горных округах Урала и Алтая. В последних запрещалось строить новые заводы, в которых «все производство главнейше основывается на огненном действии, требующем дров и угля, а также лесопильные мельницы»

(статья 26). Отмечалось, что на открытие мануфактур, фабрик и заводов в казённых горных округах требовалось разрешение «горного начальства» (статья 33).

Проведенный нами анализ нормативных актов свидетельствует о том, что среди нарушений в открытии новых фабрик и заводов различалось: заведение предприятия без права владельца на это; с наличием такого права, но без торгового свидетельства; со свидетельством, но без разрешения на открытие «надлежащего начальства». «Первое из этих нарушений наказывалось более строго (штрафом до 500 руб. и обязательством в течение шести месяцев передать заведение тому, кто имел право его содержать). За устройство предприятия в части города, где это запрещалось, или на близком расстоянии от других строений владелец мог быть оштрафован на сумму от 30 до 100 руб., а его предприятие закрывалось»[33] [34].

Особо оговаривалось несоблюдение законов в открытии предприятий по производству искусственных вин, пушечных, оружейных и пороховых заводов, карточных фабрик, подделке иностранных вин. Суровостью отличались наказания за подделку клейм или знаков на изделиях. Виновный должен был возместить материальный ущерб предпринимателю, лишался «всех особенных прав и преимуществ», ссылался на жительство в отдалённую губернию, «кроме сибирских», а также мог подвергнуться тюремному заключению от трёх до шести месяцев, отдаче в работный дом на срок от шести месяцев до одного года.

Согласно Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., если кто-либо построит признанные по закону вредными для чистоты воздуха или воды фабрику, мануфактуру или завод в городе или хотя и вне города, но выше онаго по течению реки или протоки, то сии заведения уничтожаются на счет виновного и он подвергается аресту на время от семи дней до трех месяцев или денежному взысканию не свыше трехсот рублей.

Таким образом, в первой половине XIX в. было принято несколько законов об ограничении открытия фабрик и заводов в городах, особенно в Москве и Петербурге. Но нереальность их выполнения из- за различного рода проблем, неизбежно возникавших при удалении из городов отдельных предприятий, делали это законодательство не жизненным[34].

В 60-е годы XIX в. велась активная работа по созданию проекта Промышленного устава. В числе задач названного Устава стояла настоятельная потребность в законодательном закреплении порядка открытия и функционирования промышленных предприятий, исключающих или значительно уменьшающих причинение вреда окружающей природной среде и населению. Новизной постановки задач отличалась глава проекта, освещавшая порядок открытия заведений. «Основным источником для изучения проектов нового устава являются «Труды комиссии, учреждённой для пересмотра уставов фабричного и ремесленного» (СПб. 1863 - 1865 ч. I- V). В фондах Министерства юстиции сохранился вариант 1865 г. - наиболее поздний из проектов Промышленного устава, рассматриваемых в настоящей главе» .

«В 1892 году был принят Устав о промышленности, однако, по справедливому замечанию проф. Г.Ф. Шершеневича, он складывался без всякой системы, обращение с ним затруднительно даже для специалистов. Далеко не все вопросы практического развития фабрично- заводской промышленности находили разрешение в законе, состояние промышленного законодательства не удовлетворяло нужды разросшейся и усложнившейся промышленности (ни по содержанию, ни по систематизации законодательного материала)» .

Вместе с тем принятый Устав о промышленности был действенным регулятором охраны чистоты воды, воздуха и почвы от недобросовестных промышленников. В частности, закон давал понятие вредного производства: Вредным для народного здравия и общественной безопасности заведениями должны быть признаны не только заведения, которые не могут быть возведены в местностях, где это воспрещено, но и такие, которые окажутся без технических приспособлений, устраняющих вредность производства для окружающего населения.

Однако для устранения вреда в санитарно-гигиеническом отношении ещё недостаточно фильтрации отработанных вод, необходимо ещё и химическое очищение». (Указ Сената 23.07.1896 г. №7297). Отмечено, что «сам по себе факт, что по берегам реки уже построены (функционируют) заводы с нарушением технической очистки воды, не даёт основания строить новый завод, заведомо вредный в санитарном отношении (Указ Совета Министров 1904 г. №8727). [36]

Закон (ст. 53 ч. 2 Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями) запрещал спуск грязных вод в реки и каналы лишь посредством устройства подземных труб; очищенные же воды могут спускаться в реки открыто. (Указ Совета Министров 03.06.1908 г. №6821 и 6822).

«Содержащееся в статье 165 Устава Строительного воспрещение устройства в городах фабрик и заводов, вредных чистоте воздуха, может быть применяемо лишь к тем фабрикам и заводам, способность коих причинять вред чистоте воздуха не может быть устранена с помощью тех или иных приспособлений (Указ Сената 19.09.1909 г., №575). Поэтому, безусловно воспрещены к устройству в городах лишь некоторые, особо указанные заведения, как, например, пороховые заводы, капсюльные заведения, бойни и прочие. Остальные же промышленные заведения могут быть устраиваемы в городах условно (ст. ст. 268 и 276 Устава Промышленного, изд. 1892 г. и 408 Строительного изд. 1857 г., ст. 165 Устава Строительного изд. 1900 г.), т.е. при условии принятия мер, обеспечивающих безвредность таковых заведений для окружающего населения в гигиеническом и санитарном отношении (Указ Совета Министров, 1806 г., 1904 г. №7206)»

Признаны незаконными устройство свечного завода в подвале каменного дома, в котором находятся жилые помещения, и без разрешения на то губернского начальства, эти действия преследовались по статьям 1347, 1705 Уложения о наказаниях (Указ Совета Министров №76/176). Устройство заведения для приготовления олифы в городах признавалось нарушением закона, ибо зловонные газы, выделяемые из кипяченого масла, могли портить воздух и вредно влиять на дыхательные органы человека (Указание 1 Департамента Сената от 11.02.1892 г. №1509).

Производство шведских и обыкновенных фосфорных спичек допускалось лишь за чертой города, вдали от жилых помещений (Центральный Хозяйственный департамент, 15.01.1890 г.).

Строительство кожевенных заводов допускалось при соблюдении технических правил, приспособлений, которые должны устранить вредность производства для окружающего населения в санитарном отношении (Указ Совета Министров по 1 департаменту от 23.08.1893 г. №9261, 27.09.1906 г. №9934, 15.10.1909 г. №10310). В целях предупреждения какой-либо опасности в санитарном отношении должны быть выполнены следующие условия:

«1) в отделениях завода, в которых производится приемка сырых кож, сбивка волоса, мездрение кож должны быть устроены непрони- [37]

цаемые для воды полы с отводными стоками, обеспечивающие почву и источники питьевой воды от загрязнения;

  • 2) на завод допускаются кожи, полученные только от здоровых животных;
  • 3) для спуска отбросов при выделке кож должен быть устроен непроницаемый и соразмерный с потребностями закрытый цементированный резервуар, содержимое которого должно быть своевременно удаляемо на места, указанные медико-полицейским надзором, при точном выполнении условий, предписанных сим надзором;
  • 4) размачивание и промывка кож, а также сбитой шерсти и других побочных продуктов кожевенного производства должно совершаться в особом отделении завода с соответствующей вентиляцией и надлежащими стоками отработанных вод;
  • 5) все помещения на заводе должны быть снабжены водопроводными кранами для обильной и повсеместной промывки в них полов;
  • 6) промывные воды из мастерских должны быть обезврежены...;
  • 7) завод должен быть обнесен достаточной высоты забором...;
  • 9) мездра, сало и другие животные отбросы в сыром виде могут быть хранимы при заводе не иначе как в закрытых, с надлежащей вентиляцией помещениях и лишь до появления признаков разложения;
  • 10) независимо от вышеприведенных указаний: ...открытие работ на кожевенном заводе должно произойти лишь после предварительного осмотра его местным врачебно-санитарным надзором при участии техника и при удостоверении, что все необходимые технические условия в точности выполнены. (Определение 1 департамента Сената от 30.03.1899 г. №3064, Журнал Мед. Сов.: 9.06.1899 г., №365)»*.

Закон о золотопромышленности, вступивший в действие с 1.01.1904 года, также утверждал общественный характер пользования проточными водами. На основании статьи 88 Закона «на приисках, достаточно обеспеченных водою, владелец отвода, прилегающего к водовместилищу или протоку, не вправе препятствовать соседним владельцам в безвозмездном пользовании отработанной и ненужной водой. На таких приисках водою пользовались владельцы как приречных, так и заширотных отводов, причем с приречного в верхней части долины вода могла быть отводнена на соседние заширотные отводы вплоть до водораздела»[38] [39].

В статье 89 Закона регулировалось право пользования отводами:

  • 1. Преимущественное право принадлежало владельцам отводов, прилегавших к водовместилищу или протоку, если отводы расположены по речке или ручью, право на воду принадлежало владельцу верхнего отвода, затем следующего по течению и т.д.
  • 2. Предусматривалась возможность проводить через чужой отвод необходимую или излишнюю воду «сплотками, желобами, трубами и канавами, вырытыми по поверхностному пласту...».
  • 3. Водопроводные устройства на чужом отводе, надобность в которых отпадала, должны быть немедленно убраны по требованию владельца отвода. Согласно статье 94 «вред или ущерб, причиняемый владельцу отвода водопроводами и другим гидротехническими устройствами и сооружениями, должен быть вознагражден»3.

В статье 390 Горного Устава закреплено положение, что «Владелец отвода обязан за соответственное вознаграждение дозволять владельцам смежных рудников проводить в пределахъ его отвода дороги (железные и другие), канавы, водоотливные штольни и друпие устройства для спуска воды. В тех случаяхъ, когда правительственные должностные лица надзирали за разработкой, это признавалось необходимым для других смежных рудников незатрудняющих добычу ископаемых в первом отводе»[40] [41].

В тех случаях, когда одинъ из соседних рудниковъ, осушался водоотливными работами другого, лежащего ниже, владелец первого обязан был вознаграждать владельца последнего за пользование стоком воды для производства своих работ. Горнопромышленникъ был не вправе препятствовать соседнему горнопромышленнику пользоваться водою, протекавшею по отводам обоих. Убытки, наносимые одним горнопромышленником другому, должны быть вознаграждаемы. Размер вознаграждения в указанныхъ в статьях 326—328, определялся по добровольному соглашению сторон, а при отсутствии соглашения— местными горным управлением.

Отметим, что добыча золота уже к концу первого десятилетия составила за год 63,6 т и достигла максимума, который в дореволюционной России не был превзойден. Из общего количества добытого золота 20% составляло рудное и 80% россыпное. Только 5% россыпного золота добыто механизированным способом. В тот период Россия по добыче желтого металла занимала четвертое место в мире после Южной Африки, Америки и Австралии, где в связи с открытием новых золотоносных районов добыча золота значительно возросла.

Во многих статистических отчетах важной датой считается 1913 г. - канун Первой мировой войны. В это время в России насчитывалось 1517 золотых приисков и 257 рудников (в основном мелких). Общая добыча золота за год составила 61,8 т. Драгоценный металл добывали с помощью 54 драг и 75 гидравлических установок. 59% золота было добыто вручную старателями, на Урале - 49,8%, в Западной Сибири - 33%, в Восточной Сибири-62,7%. Удельный вес обработки руд цианированием составил 31%. Золотодобывающая промышленность в 1913г. по объему товарной продукции занимала третье место среди горнодобывающих отраслей России и второе место по числу рабочих (84тыс. человек). Доходы казны от золотодобывающей промышленности составили за год около 4 млн руб. Доля иностранных капиталовложений в отрасль достигала 55%.

Сказанное дает основание утверждать, что принцип общественного пользования водой диктовался потребностью всех членов данной общественной группы, это условие их существования. Не надо лишь упускать из виду, что общественное пользование водой не должно выражаться в формах, которые делали бы невозможным ее использование для хозяйственных целей.

Над принципом пользования стоит принцип возможно широкого применения воды для всех нужд социальной жизни. Водные магистрали использовались как пути сообщения, природная сила воды служила для производства электроэнергии и т.д. Народное хозяйство требовало от водного права обеспечить извлечение возможно большей выгоды из наличных в пределах государства вод и возможно более совершенный порядок их использования. Такова социальная основа водного права, которая ни кем, в сущности, не оспариваемая, но не вполне выдерживаемая юридически в действовавшем законодательстве.

Подводя итог сказанному, подчеркнем важность комплексного изучения всей совокупности сохранившихся источников о фабрично- заводском и ремесленном законодательстве в их взаимосвязи и взаимозависимости. Сопоставимое рассмотрение Свода законов и Полного собрания законов выявляет источники, использованные в статьях Свода, характер отбора отдельных узаконений раскрывает общее состояние законодательства в деле охраны природы и сбережения водных фондов.

Правовое регулирование природопользования формировалось под воздействием специфических для Руси, России факторов: природных (огромные пространства неосвоенной земли, лесов, рек и т.п.), экономических (торговля медом, воском, мехами и иными продуктами природы; частная собственность как основа земельных отношений в сочетании с абсолютизмом и др.), культурных (слабость и невыражен- ность культуры мысли в Московском царстве, пробуждение которой происходит лишь в России петровской; сильный природный элемент в душе русского народа, связанный с безграничностью русской равнины и др.).

Отмечается, что с развитием мануфактур в XIX в. негативное воздействие человека оказывалось не только на возобновляемые природные ресурсы, но и на воздух и воды. В XX в. технические возможности человека по изменению природной среды стремительно возросли, достигнув своей высшей точки в эпоху научно-технической революции. Человек становился все менее зависимым от природы, подчиняя ее своему влиянию, преображая в соответствии со своими целями. Однако все чаще люди начинали задумываться об экологических последствиях своей деятельности.

Использование природы в целях обогащения привело, с одной стороны, к развитию человеческой цивилизации, с другой, - к значительному нарушению баланса в отношениях между природой и обществом. Примерно с этого момента (развитие мануфактур и связанное с этим негативное воздействие - загрязнение воздуха и вод, увеличение лесозаготовок и добычи угля, рудных материалов, появление отвалов пустой горной породы, свалок и пр.) природа начинает в значительной степени терять способность к самовосстановлению.

  • [1] К проекту Закона о судоходстве и сплаве на внутренних водных путях. Министерство путейсообщения. Управление водных путей и шоссейных дорог. СПб. 25.11.1906. № 10721. С. 167.
  • [2] Андреевский И.Е. Полицейское право. 2-е изд. СПб. 1876. T. 2; Нисселович Л.М. Историязаводско-фабричного законодательства Российской империи. СПб. 1883-1884. Ч. 1-П; Туган-Барановский М.И. Русская фабрика в прошлом и настоящем. 3-е изд. СПб. 1907. Т. 1. С. 4;Казанцев Б.Н. Разработка законодательных предположений о наемном промышленном трудев России в 40-60-е гг. XIX в. //В кн.: Вопросы социально-экономической истории и источниковедения периода феодализма в России. М. 1961; его же. Источники по разработке законов онаемном промышленном труде в крепостной России (30-е- начало 60-х гг. XIX в. // В кн.:Проблемы источниковедения. М. 1963. T. XI. С. 80-112; его же. Рабочие Москвы и Московской губернии в середине XIX в. М. 1976. С. 114-133.
  • [3] Киняпина Н.С. Политика русского самодержавия в области промышленности (20 - 50-е гг.XIX в.). М. 1968.
  • [4] Молчанов Б.А. Человек и природа в традиционном правосознании народов Северной России. Монография Архангельск. 1998. 215 с. С. 8.
  • [5] 1 Молчанов Б.А. Человек и природа в традиционном правосознании народов Северной России. Архангельск. Изд. Поморского ун-та. 215 с. Монография. 1998. С. 6-7. 2 Булгаков М.Б., Ялбулганов А.А. Российское природоохранное законодательство Х1-началаXX веков. Изд. «ЛЕГАТ». М. 1997. С. 24-25.
  • [6] Битрих А.А. О лесах Кемского края (Известия Архангельского общества изучения РусскогоСевера). 1916. Т. 1.С.155.
  • [7] См. по: Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера РоссииXVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 42.
  • [8] Подр.см. по: Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского СевераРоссии XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 43.
  • [9] Истомина Э.Г. Водные пути России во второй половине XVLU-начале XIX вв. М. С. 260-270.
  • [10] Покровский С.А. Внешняя торговля и внешняя торговая политика России. М. 1947. С.247;Небольсин Г. Статистическое обозрение внешней торговли России. Спб. 1850. Ч. 1-2. С. 247;Хромов П.А. Экономическое развитие России в XIX-XX вв. М. 1950. С. 97; РГИА.ф.19 д.доп. 19, л. л 11 об-14 об.
  • [11] Огородников С.Ф. Очерк истории города Архангельска в торгово-промышленном отношении. СПб. 1890. С. 252.
  • [12] Ковальченко И.Д., Сахаров А.Н. Итоги и задачи изучения аграрной истории России в современной советской историографии. Кишинев, 1977. С. 79.
  • [13] Суздалев А. Союз шенкурских крестьян. (Из истории крестьянского движения в Шенкурском уезде Архангельской губернии в 1905-1906 гг.) //Красная летопись. 1924 г., № 4. С. 175.
  • [14] Потолицын А.И. Крестьянское революционное движение на Севере в 1905-1907 гг. Архангельск. 1930. С. 53.
  • [15] Потолицын А.И. Крестьянское революционное движение на Севере в 1905-1907 гг. Архангельск. 1930. С. 53.
  • [16] Маслов П. Аграрный вопрос в России. М. 1924. Т. 2. С. 56.
  • [17] Ломоносов М.В. Поли. собр. соч. М. 1934. Т. 6.
  • [18] Сидоров М.К. Картины из деяний Петра Великого на Севере. СПб. 1872. С. 175.
  • [19] Сидоров М.К. Картины из деяний...С. 175.
  • [20] Исследования о состоянии рыболовства в России. СПб. 1862. T. 4.
  • [21] Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера России XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 45. 1 Белинский Ф.Д. Путь из Архангельска в Ижму через Сольвычегодск // Архангельские губернские ведомости. 1867, № 55, 57 - 58.
  • [22] 2 Танфильев Г.И. О рыбных и звериных промыслах в водах Мезенского и Печорского края //Вестник рыбпрома. 1886. № 2, 3. 3 Керцелли С.В. По Большеземельской тундре с кочевниками. Архангельск. 1911. С. 116. 4 Витсен Н.К. Северная и Восточная Татария. Амстердам. 1692. С. 595 (Перевод со староголландского). 5 Меленковец А.М. Ухтинская нефть //Архангельские губернские ведомости. 1913. С. 2.
  • [23] ЦГАДА, ф. 271, он. 1, д. 90, л. 249, об. 250.
  • [24] ЦГАДА, ф. 271, on. 1, д. 934, л. 75; Трошин А.К. История нефтяной техники в России (ХУПв - вторая половина XIX в.). М.: Гостоптехиздат, 1958. С. 79.
  • [25] ЛОА АН, ф. 270, он. 1,д. 1011, л. 1-2, об. 3.
  • [26] Экспедиция для исследования Печорского края Вологодской губернии // Известия Архангельского Общества изучения русского Севера. Т. 2. С. 55-60.
  • [27] Исаев И.А. История государства и права России. М.: Юристъ. 1996. С. 175.
  • [28] .См. подробнее: Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского СевераРоссии XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 48.
  • [29] Российское законодательство Х-ХХ вв. М. Юрид. лит. 1991.
  • [30] Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера России XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 49-50.
  • [31] Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера России XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 50. 1 Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера России XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 53-54.
  • [32] Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера России XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 54.
  • [33] 1 Подр. см.: Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера России XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 55.
  • [34] Найденов Н.А. Воспоминания о виденном, слышанном и испытанном. М. 1903. Т. 1. С. 93-94.
  • [35] Найденов Н.А. Воспоминания о виденном, слышанном и испытанном. М. 1903. Т. 1. С. 93-94.
  • [36] Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера России XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 56.
  • [37] Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера России XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 57.
  • [38] Молчанов Б.А. Законодательство об охране природы Европейского Севера России XVIII-начала XX вв. Дис. докт. юрид. наук. Саратов. 2002. 301 с. С. 58-59.
  • [39] Новый Закон о золотопромышленности. Иркутск. Тип. П. Макушина и В. Пасохина. 1907 г.
  • [40] 3 Новый Закон о золотопромышленности. Иркутск. Тип. П. Макушина и В. Пасохина. 1907г. 1. с. 56.
  • [41] Клексор Д. «Действующее законодательство по водному праву». Издание третье, исправленное и дополненное. СПб. Литейный проспект, 53..Юридический книжный магазинИ.И.Зубкова. 1912 //Устав Горный. Том XII издания 1893 года по продлению 1909 года.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >