XV в.

XV в. - время распада Улуса Джучи. Нумизматические материалы ярко отражают процесс дробления зон монетного обращения. Территория Волжской Болгарии в XV в. предстает по монетным находкам достаточно замкнутой зоной (монеты Болгара почти не выходят за пределы Волжской Болгарии, однако в Среднее Поволжье поступают монеты из других регионов). В начале XV в. возобновляется чеканка монет в Болгаре (а затем и в Болгаре ал-Джедид). Чекан Болгара (Болгара ал-Джедид) доминирует среди монетных находок Среднего Поволжья. Второе место занимают монеты нижневолжской чеканки. Среди иноземных монет наибольшее место в монетном обращении занимает чекан русских княжеств. Встречаются также монеты крымских эмиссий (Джучиды, Гиреи) и чекан точно не локализованных джучид- ских монетных дворов. Резко сокращается количество медных монет в обращении. Серебряные монеты образуют не только клады, но и практически все комплексы единичных находок. Монетное обращение становится почти полностью монометаллическим. Клады с монетами XV в., как правило, велики по размеру. Монеты XIV в. в кладах этого столетия практически не встречаются. Денежная реформа 802 г.х. (1399— 1400 гг.) на территории Волжской Болгарии в значительной степени

S4 Насколько мне известно, это самая восточная находка центральноевропейской монеты этого времени. Чаще встречаются пражские гроши в западных районах Улуса Джучи.

вытеснила из обращения серебряные монеты более раннего времени. В 802 г.х. возобновляется чеканка серебряных монет в Волгаре (Федоров- Давыдов Г.А., 1960, №197, 201).

На территории Республики Татарстан отдельные монеты XV в. зафиксированы на 24 памятниках (т.е. в XV в. количество памятников по сравнению с предыдущим периодом увеличивается). В XV в. монетное обращение возникает на новых памятниках.[1] Топография находок монет XV в. отличается от топографии XIV в. Монеты XV в. очень редки среди находок на Болгарском городище. Другой значительный памятник - Камаевское городище - представляет практически только монеты XV в. Очевидно, наиболее развитые товарно-денежные отношения существовали в XV в. на Камаевском, Рождественском городищах, на Балынгузском (Торецком) III селище, а также, вероятно, на Старокуйбышевском (Огородном) I на Богородском I селищах. В конце XIV в. исчезают монетные находки на селищах у Больших Ат- ряс, Русского Урмата, на Сюкеевском II селище (урочище «Татарское жилище»). Находки монет, надежно датированных XV в., на городищах Ага-Базар и Болгар единичны.

На Билярском городище в XIX - начале XX в. в разное время были найдены 50 монет XV в. Этот факт мог бы позволить предполагать наличие достаточно развитых товарно-денежных отношений на этом памятнике в XV в. Однако многолетние археологические исследования Билярского городища не дали монет XV в. и показали чрезвычайную редкость на памятнике джучидских монет (надежно документированы находки только двух экз. монет с именем халифа ан-Насир лид-Дина). Возможно, что на Билярском городище были найдены следы разрушенного (распаханного?) монетного клада XV в. (который мог быть сокрыт много позже времени существования памятника), возможно также, что в действительности монеты XV в. были найдены не на Билярском городище, а на соседнем памятнике - Балынгузском (Торецком) III селище. Такое предположение выглядит вполне вероятным, если учесть, что, во-первых, в XIX - начале XX в. любые находки, сделанные в окрестностях Билярска, могли связывать с Билярским городищем (наиболее значительным памятником в округе), а во-вторых, раскопки последних лет на Балынгузском (Торецком) III селище дали богатые нумизматические материалы XV в. На основании монетных находок высказывается аргументированная точка зрения, что «гибель поселения произошла, вероятнее всего, не ранее середины XV в.» (Фахретдинов А.И., 2003, с. 74).

Наибольшее количество находок монет XV в. приходится в Татарстане на первую треть столетия (вероятно, в 1430-е гг. окончательно прекращается чеканка монет на территории Волжской Болгарии). В дальнейшем количество монет неуклонно снижается. Среди единичных находок на вторую половину XV в. приходятся только несколько монет из Билярского, Болгарского, Именьковского городищ и из Богородского I селища. В последней трети XV в. последние джучидские монеты выходят из обращения, а в XVI в. на территории Казанского ханства в монетном обращении остаются русские монеты. К.А. Руденко отмечает, что ряд поселений Волжской Болгарии прекращает свое существование в результате военных нападений в 1430-1440-е гг. (например, Балынгузское (Торецкое) III селище)(Руденко К.А., 2004, с. 116). В это время затухает монетное обращение на Камаевском и на Рождественском городищах. Монет, относящихся к последующим десятилетиям, на территории Татарстана, мало. Сокращение объемов монетного обращения может свидетельствовать об ослаблении товарно- денежных отношений.

XV в. характеризуется упадком городской жизни в Улусе Джучи. Так, Ибн Арабшах, повествуя о событиях XV в., сообщает: «Обитатели Дешта дошли до оскуднения и разорения, до разъединения и безлюдст- ва... Они дошли до того, что если бы кто поехал по Дешту без вожака и руководителя, то он вследствие опустошения его (края) непременно погиб бы при переездах своих... вся земля (Дешта) пустынна и жилища его безлюдны, привалы и водопои покинуты, пути его ... губительны и недоступны» (Тизенгаузен В.Г., 1884, с. 470-471). Этот же автор, сравнивая время расцвета Улуса Джучи в XIV в., и положение государства в современное ему время, отмечает: «(раньше) выезжают караваны из Хорезма и едут себе на телегах спокойно, без страха и опаски, вдоль до (самого) Крыма... Караваны не возили с собой ни продовольствия, ни корму для лошадей, и не брали с собою проводника, вследствие многочисленности (тамошних) народов, да обилия безопасности... Ныне же в тех местностях, от Хорезма до Крыма, никто из тех народов и людей не движется и не живет, и нет там другого общества кроме газелей и верблюдов» (Тизенгаузен В.Г., 1884, с. 460). Помимо вооруженных конфликтов в это время происходили и стихийные бедствия. Сильная засуха и моровая язва «в землях Сарайских и Дештских и в степях Кипчакских» отмечаются арабским автором в конце первой четверти XV в. (Тизенгаузен В.Г., 1884, с. 442).

Однако указанные процессы отмечаются для конца первой четверти XV в. В самом же начале XV в., судя по монетному обращению, на территории Среднего Поволжья происходили положительные изменения в экономике - возродилась монетная чеканка, началось монетное обращение на некоторых новых памятниках.

Монеты Болгара, чеканенные в XV в. биты, вероятно, не на месте Болгарского городища, т.к. среди многочисленных монетных находок на памятнике датированные монеты этого времени очень редки. В связи с этим версия о чеканке монет в XV в. не на Болгарском городище, а на Камаевском городище, выглядит вполне убедительной. Точка зрения Н.Ф. Калинина, что два соседних памятника - Камаевское городище (цитадель, административный центр) и Русско-Урматское селище (ремесленный посад) - существовали единовременно, в настоящее время может быть оставлена. Результаты новейших исследований показывают, что селище существовало с конца XII до XIV в., а городище возникло не ранее конца XIV в. (Хузин Ф.Ш., 19956, с. 41-43; 2001а, с. 194). Данные нумизматики подтверждают такую датировку.[2] [3]

Многочисленные эмиссии болгарских монет первой четверти XV в. крайне редко встречаются на Болгарском городище. Вместе с тем и в самой новейшей литературе отмечается, что город на месте Болгарского городища был уничтожен в 1431 г. Федором Пестрым (Баранов В.С., 2001а, с. 4; 20016, с. 75; Кавеев М.М., 1995а, с. 100-103; Кавеев М.М., Полубояринова М.Д., Старостин П.Н., Хлебникова Т.А., Шарифуллин Р.Ф., 1988, с. 58-71; Кокорина Н.А., Мадуров Д.Ф., 2001, с. 66; Полубояринова М.Д., 2003, с. 105; Хлебникова Т.А., 1987, с. 61, 69, 71-72 и другие работы). Это мнение основывается на летописном сообщении: «Тое же весны князь велики Василий Васильевич посылал ратью на Болгары Волжскиа и Камскиа князя Федора Давидовича Пестрого; он же шед, воева их и всю землю их плени ...» (ПСРЛ, 1965, XII, с. 9). В качестве аргумента существования Болгара в XV в. на месте Болгарского городища приводятся надчеканенные пулы и медные монеты с именем Али, найденные на этом памятнике (Мухаметшин Д.Г., 2004а, с. 129, 131). Как было показано ранее (см. раздел 3.1), монеты с именем Али и пулы с надчеканкой находят на памятниках, где нет монет, надежно датированных XV в.

В начале XV в. на серебряных монетах Болгара появляется эпитет «ал-Джедид» («Новый»)(Савельев П.С., 1858, №550; Марков А.К., 1896, №1420-1422). Учитывая отсутствие монет XV в. на Болгарском городище, а также появление эпитета «Новый» на монетах Болгара, была высказана версия о переносе в начале XV в. Болгара на Камаев- ское городище, где часты находки монет XV в. (в том числе Болгара и Болгара ал-Джедид)(Калинин Н.Ф., 1956, с. 9; Федоров-Давыдов Г.А., 1960, с. 188; 19876, с. 184; Фахрутдинов Р.Г., 1975, с. 71; 19846, с. 144; Беркутов В.М., 1987, с. 43; Пачкалов А.В., 2001, с. 61-62).

В историографии имеется мнение о том, что монеты Болгара и (или) Болгара ал-Джедид чеканились в XV в. не на территории Камаев- ского городища, а в Казани (Адилов М., 1999, с. 262; Давлетшин Г.М., 2003, с. 59; Кобищанов Ю.М., 2002, с. 503). Однако Камаевское городище, на мой взгляд, имеет преимущества перед Казанью. Во- первых, несмотря на многолетние исследования в Казани до настоящего времени не найдено ни одной монеты 1400-1410-х гг. (есть джучидские монеты более раннего или более позднего времени), а на Камаевском городище находки монет этого времени особенно многочисленны (Пачкалов А.В., 2004ж, с. 113-117), во-вторых, на Камаевском городище были найдены заготовки для чеканки монет (Фахрутдинов Р.Г., 1986, с. 144). Выдающимся исследователем восточной нумизматики, А.Г. Мухамадиевым, еще в работе 1966 г. было показано, что монеты Болгара в XV в. чеканились на Камаевском городище (Мухамадиев А.Г., 1966, с. 262).

Интересно, что на Камаевском городище самые последние монеты относятся к 1420 гг. Учитывая небольшую мощность культурного слоя, можно предполагать, что примерно в это время памятник прекратил свое существование. Возможно, что разрушение города было связано с походом Федора Пестрого в 1431 г. на Волжскую Болгарию (ПСРЛ, 1965, XII, с. 9).

В настоящее время на территории Республики Татарстан зафиксировано не менее двадцати монетных кладов, надежно датируемых XV в. (22,2% от числа датированных кладов XIII-XV вв.).[4] Возможно, два клада монет из Шангута, являются частями одного клада (найдены с небольшим временным интервалом (1963 и 1970 г.) и сходны по составу - содержат монеты как XIV в., так и XV в.).

Клады из Елантово, Карашама, Малых Атряс 1954 г., иногда датируемые началом XV в., были сокрыты в конце XIV в. Клад из Елантово состоял исключительно из монет XIV в. (младшая монета 764 г.х.)(1362-1363 гг.), за исключением нескольких монет, отнесенных к Дервишу (1410-е гг.). Отнесение их к хану, правившему почти через шестьдесят лет после основной массы монет клада, вызывает сомнения. Возможно, что за монету Дервиша была принята монета хана Уруса (1360-1370-е гг.). В арабской графике имена Дервиш и Урус пишутся чрезвычайно сходно. К сожалению, проверить представленное предположение невозможно, т.к. клад из Елантово, поступивший в Имп. Эрмитаж, был позднее утерян или расформирован. В первой публикации кладов из Карашама и Малых Атряс 1954 г. указывалось, что в этих комплексах содержались монеты Пулада (первое десятилетие XV в.)(Калинин Н.Ф., Халиков А.Х., 1954, с. 117-120), однако в последующей, более подробной публикации было указано, что монет XV в. в кладе из Карашама не было (Федоров-Давыдов Г.А., 1960, с. 158-159, №№148, 150). В кладе из Малых Атряс 1954 г. были монеты хана Бек- Пулада (1390-е гг.), которые, ошибочно при первом определении, были отнесены к чекану Пулада.

К XV в. могут относиться также и два клада, полный состав которых остался неизвестным (Свияжский у. 1717 г., Казань 1837 г.). В этих комплексах были также и русские монеты. Однако, определить, были ли сокрыты эти клады в конце XIV или в XV в., представляется невозможным. Клады в настоящее время утеряны.

Все клады XV в. из Волжской Болгарии состоят исключительно из серебряных монет. Кладов медных монет, которых можно было бы отнести к этому времени, неизвестно. Вещей в кладах XV в. нет. Клады из Христофоровки и Измерей 19626 содержались в сосудах. Клад из Югана был сокрыт в деревянном ящике(?), залитом воском. Сведений о таре, в которой были бы сокрыты другие клады, не сохранилось.

По количеству монет клады распределяются следующим образом:

  • - менее 100 экз. - 2;
  • - 100-500 экз. - 2;
  • - 500-1000 экз.-3;
  • - 1000-6000 экз. - 6;
  • - количество неизвестно - 7.

Обращает на себя внимание то, что в XV в. преобладают крупные клады (числом более 500 экз.). В этом заключается отличие от предыдущего периода, когда клады числом монет до 500 экз. составляли основную массу комплексов. Возможно, явление связано с сохранением товарно-денежных отношений в этот период главным образом в среде купцов.

Вероятно, крупнейшим кладом XV в. не только на территории Среднего Поволжья, но и на территории всего Улуса Джучи, в настоящее время является клад из Рыбной Слободы, найденный в 2003 г. Клад, найденный случайно, попал в руки коллекционеров. В кладе было не менее 6000 монет XV в. Однако, рыбнослободский клад остается потерянным для изучения. Вторым по величине кладом XV в. можно считать клад из Югана, полностью также не сохранившийся. Насколько можно судить по общему весу клада, по количеству экземпляров он, вероятно, почти не уступал кладу из Рыбной Слободы. Вместе с тем, крупнейшие клады XV в. далеко не достигают величины крупных кладов времени Токтамыша (10000-30000 экз.).

По месту находки клады XV в. распределяются так:

Западное Закамье - 8,

Западное Предкамье - 8,

Предволжье - 4.

Г.А. Федоров-Давыдов отмечал изменение топографии находок кладов с монетами XV в. По его данным, наибольшее число монет XV в. встречается на территории северных районов Волжской Болгарии, в области, тяготеющей к Камаевскому городищу, к югу же от Камы монет этого времени почти нет (Федоров-Давыдов Г.А., 1960, с. 120). Это замечание нуждается в уточнении. Вывод Г.А. Федорова-Давыдова опирался на данные, известные к 1960 г. В настоящее время, на мой взгляд, топография находок монет XV в. не свидетельствует о смещении зоны монетного обращения к северу от Камы. Как видно из приведенных данных, в Предкамье было найдено менее половины кладов XV в., количество кладов в Предкамье не больше, чем в Закамье.

Наибольшее число кладов (три) встречено на Камаевском городище, которое в XV в. в Волжской Болгарии являлось памятником с наиболее развитыми товарно-денежными отношениями.

802 г.х. (1399-1400 гг.) - время проведения в Золотой Орде монетной реформы (Федоров-Давыдов Г.А., 1960). Реформа сопровождалась сменой старых монет XIV в. монетами креатур Едигея. Смена монет в обращении Среднего Поволжья, как показывают клады, была неполной. Большинство кладов с монетами XV в. на территории Татарстана состоит только из монет этого столетия, однако в шести кладах содержались монеты и XIV в. В одном из кладов (Верхне-Алькеевка) содержались монеты Бориса Годунова и Петра I, вероятно, примешанные к кладу позднее.

Монеты XIV в. резко доминируют над монетами XV в. в кладах из Верхне-Алькеевки (из 430 монет только шесть относятся к XV в.) и

Тетюш (из 1515 монет началом XV в. датируется только восемь экз.). Много монет XIV в. и в кладах из Сосновки и Христофоровки. Примесь монет XIV в. отмечается в двух кладах из Шангута.[5]

Из девятнадцати кладов, сокрытых в XV в., точная датировка нескольких кладов неизвестна (имеются сведения лишь о нескольких монетах).

К первому десятилетию XV в. относится компактный в хронологическом отношении клад из Чуллы, ко времени правления Пулада - клады из Тетюш и Христофоровки, временем хана Тимура может датироваться клад из Хайриби (полный состав этого комплекса неясен). Последний клад в хронологическом отношении также очень компактен, а в кладах из Тетюш и Христофоровки имеется много монет XIV в. Вероятно, роль монет XIV в. в монетном обращении сильно сократилась именно в конце первого десятилетия XV в.

Ко второму десятилетию XV в. относятся клады из Сосновки (младшая монета - Кибек), и, вероятно, из Шангута 1963 г. (младшая монета - Керим-Берди).

Вскоре после 826 г.х. (1422-1423 гг) был сокрыт крупный клад - Рыбнослободский (младшая монета - 826 г.х., Мухаммад). 1420 гг. или началом 1430-х гг. датируется небольшой компактный клад с монетами Мухаммада из Войкино. К этому же времени может относиться клад из Югана с монетами Мухаммада, но от этого клада известны атрибуции лишь нескольких экземепляров. Вероятно, в это десятилетие был сокрыт клад из Горки (до 2004 г.) и клады из Измерей 19626, Караульной Горы (младшие монеты- Мухаммад, Давлет-Бирди, Василий II).[6] Время сокрытия одного из кладов с Камаевского городища неясно. Два других клада с этого памятника, найденные в 1850 и в 1856 гг., также относятся к 1420 или 1430 гг.[7]

Обращает на себя внимание, что наибольшее число кладов XV в. из Татарстана относится к 1420-1430 гг. (восемь комплексов). Именно в это время окончательно прекратилась чеканка джучидских монет на территории Волжской Болгарии. Последние массовые эмиссии Болгара выпущены от имени хана Мухаммада в 831 г.х. (1427-1428 гг.)(Марков А.К., 1896, №1513). Вероятно, именно это время было наиболее разрушительным в истории Волжской Болгарии в XV в. Для Нижнего Поволжья 1420-1430-е гг. не являются столь переломным временем. Монетная чеканка в Нижнем Поволжье продолжала существовать и в последующие десятилетия, пик кладов XV в. в Нижнем Поволжье приходится на более позднее время - на середину XV в.

XV в. был временем постоянных военных конфликтов в Улусе Джучи. Очевидно, что неспокойная обстановка и войны являлись факторами, способствовавшими сокрытию кладов. Первая четверть XV в. прошла под знаком военных конфликтов Едигея с сыновьями Токта- мыша. Современник тех событий отмечал: «раз тот одержит верх над этим, а другой раз этот над тем. Дела племен Дештских стали ухудшаться да расстраиваться и, вследствие малочисленности убежищ и крепостей, подверглись разъединению и розни...» (Тизенгаузен В.Г., 1884, с. 470). В ходе этих столкновений территория Волжской Болгарии также испытывала воздействия. Иоганн Шильтбергер, например, упоминает завоевание Едигеем Волжской Болгарии. В 1409 г. в летописях отмечается поход новгородского посадника Анфала на Болгар (ПСРЛ, 1965, XI, с. 211).

Возможно, что наиболее разрушительным среди военных конфликтов в Волжской Болгарии в XV в. был успешный поход в 1431 г. в Болгар Федора Пестрого по приказу Василия II («воеваша и всю землю их пле- ниша»)(ПСРЛ, 1965, XII, с. 9). Именно в начале 1430-х гг. затухает монетное обращение на Камаевском[8] [9] и на Рождественском городищах.

На территории Татарстана были найдены только три клада с джучидскими монетами, сокрытые после 1430-х гг. Находки, относящиеся к этому времени, связаны уже со временем существования Казанского ханства. Очевидно, небольшое количество кладов связано не столько со стабилизацией обстановки в регионе, сколько с упадком монетного дела. Эмиссии второй половины XV в. немногочисленны. Редкостью становятся и отдельные находки монет.

Судя по наличию в кладе из Верхнего Алькеево монет Мустафы беи Гийяс ад-Дина и Мухаммада беи Тимура, этот комплекс был сокрыт в период 1440-1450 гг. или позже.

Самые поздние клады с джучидскими монетами на территории Волжской Болгарии - клады из Большого Шикши-Олуяза и Казани 1893 г.. Младшие монеты кладов чеканены от имени последних джу- чидских султанов Махмуда и Сайид-Ахмада (Большой Шикши-Олуяз), Ахмада и Мухаммада бен Сайид-Ахмада (Казань). Вероятно, оба клада были сокрыты в 1480-е гг или еще позже. Интересно, что в этих кладах почти нет обильных эмиссий начала XV в. Видимо, к концу XV в. монеты султанов первой четверти XV в. практически вышли из обращения (в Казанском кладе только одна монета Шадибека, а в кладе из Большого Шикши Олуяза - только древнейшая монета относится к 1427-1428 гг.).[10]

XV в. был временем усиления децентрализации Улуса Джучи, происходило и дробление зон монетного обращения. Однако в первой четверти XV в. политический распад государства был приостановлен энергичной деятельностью эмира Едигея. При креатурах Едигея в начале XV в. в Бол rape возрождается чеканка серебряных монет, которая была приостановлена еще при Узбеке. В Сарае в XV в. монет чеканилось значительно меньше, чем на других монетных дворах.

В статье, вышедешей в 1960 г., Г.А. Федоров-Давыдов предполагал, что в Нижнем Поволжье уже во второй четверти XV в. денежное обращение прекратилось полностью. По мнению исследователя, «вся продукция денежного двора в Хаджи-Тархане уходила в те районы, где денежное обращение было сохранено, не оседая в Нижнем Поволжье» (Федоров-Давыдов Г.А., 1960, с. 120). Новые находки монет позволяют считать, что в Нижнем Поволжье денежное обращение сохранялось и в более позднее время. Представительный комплекс монет с городища Каменный Бугор (Астраханская обл.) является наиболее ярким тому подтверждением (Лебедев В.П., Клоков В.Б., 2001, с. 22-52).

В кладах с большой долей монет XIV в. самое заметное место занимают монеты нижневолжской чеканки. В кладах с преобладанием эмиссий первой половины XV в. монет местного, болгарского чекана обычно больше, чем монет из других регионов, т.к. в начале XV в. в Болгаре возобновляется чеканка монет. Болгарские же монеты XV в., как справедливо отметил Г.А. Федоров-Давыдов еще в 1960 г., почти не проникали вниз по Волге (Федоров-Давыдов Г.А., 1960, с. 120).

Среди кладов первой половины XV в. с преобладанием монет этого столетия монеты средневолжской чеканки доминировали в кладе из Измерей 19626, Камаева 1856 г., Сосновки, Чуллы, а также, вероятно, в кладах из Войкино, Горки (до 2004 г.), Христофоровки. В кладе из Караульной Горы с преобладанием болгарских монет содержалось много монет нижневолжской чеканки. Эта же особенность характерна для клада из Рыбной Слободы (2/3 комплекса составляют монеты болгарской чеканки, а 1/3 - монеты, выпущенные в южных районах Улуса). Особняком стоит клад из Христофоровки, где преобладают монеты с юга (Хорезм, Хаджи-Тархан, Азак, крымские эмиссии). Болгарских монет в кладе всего три экз. Вероятно, этот клад был сформирован большей частью где-то в южном регионе. Сходны с этим кладом оба комплекса из Шангута, однако они сохранились не в полном составе.

В кладах второй половины XV в. (Большой Шикши Олуяз, Казань 1893 г.) преобладают эмиссии южных центров Улуса Джучи (Хаджи-Тархан, Орда-Базар, Бик-Базар и другие), т.к. в Болгаре в это время чеканки монеты уже не велось.

Помимо монет Болгара встречаются немногочисленные эмиссии Болгара ал-Джедид (клады из Измерей 19626, Сосновки, Хайриби, отдельные находки на Камаевском городище).

Среди неясных монетных дворов XV в., чья продукция встречается в Волжской Болгарии (клады из Сосновки, Измерей 19626, отдельные находки на Рождественском городище), надо отметить Рад- жан, выделенный еще Х.М. Френом. Известны только серебряные монеты Пулада 810 г.х. (1407-1408 гг.) и (или) 815 г.х. (1412-1413 гг.). Исследователь сомневался в правильности чтения: Раджар, Рахар, Раджан - только некоторые из вариантов (Fraehn Ch.M., 1826, р. 371; Френ Х.М., 1832, с. 46, №296). Вслед за Х.М. Френом монетный двор Раджан (Раджар, Рахан, Дахар) упоминали и другие известные нумизматы-ориенталисты Х1Х-ХХ вв., но местоположения его не указывали (Erdmann F., 1834, р. 530-531; Krehl L., 1856, р. 39; Савельев П.С., 1858, с. 312; Марков А.К., 1896, №№1403-1404; Codrington О., 1904, р. 158; Мухамадиев А.Г., 1983, с. 120). Г.А. Федоров-Давыдов первоначально также выделял Раджан, отмечая, что локализация двора неизвестна (Федоров-Давыдов Г.А., 1960, с. 189). В дальнейшем исследователь изменил точку зрения, посчитав, что «Рачан» - искаженное слово «Болгар» (Мухамадиев А.Г., 1983, с. 121 примеч. 25).[11] В.И. Лебедевым был проведен поштемпельный анализ серебряных монет Пулада. Было установлено, что осмотренные штемпели типа "Раджан" входят в единую сетку с болгарскими штемпелями, что свидетельствует в пользу отождествления Раджана и Болгара (Лебедев В.П., 1994, с. 60). По Ф.Б. Шармуа Раджан - искаженное Маджар (Charmoy F.B., 1837, р. 269). С палеографической точки зрения эта версия оправдана, но, если учесть, что на Северном Кавказе в начале XV в. монетное обращение угасло, то отождествление Раджана с Маджаром выглядит маловероятным. Раджан монетных легенд считали Рязанью как востоковеды (Soret F., 1868, р. ПО), так и руссисты (Ильин А.А., 1924, с. 21). В настоящее время вопрос о Раджане остается открытым (Пачкалов А.В., 2004в, с. 178-179).

Монетный двор Биналихан(?)(ханский дворец) был выделен А.Г. Мухамадиевым на серебряных монетах ханов Кибека и Чекре из Из- мерского клада 19626 (Мухамадиев А.Г., 1983, с. 121-123). Возможно, это искаженное слово «Болгар». На такой версии настаивал Г.А. Федоров-Давыдов (Мухамадиев А.Г., 1983, с. 121, примеч. 25).

Серебряные монеты Сарая (Сарая ал-Джедид) и Хаджи-Тархана не редки в кладах XV в. и среди отдельных находок в Среднем Поволжье. Вместе с этим медные монеты этих монетных дворов, выпущенные в первой четверти XV в., в Среднем Поволжье совершенно не фиксируются.

Монеты Орды и Орды ал-Муаззам (эмиссии южных регионов Улуса Джучи) содержалась в кладах из Рыбной Слободы, Камаева 1856 г., Христофоровки, Шангута 1963 г., Шангута 1970 г.

Честь открытия монетного двора Иль Уй Муаззам («Дом страны Высочайшей») принадлежит А.Г. Мухамадиеву (Мухамадиев А.Г., 1966, с. 273). Обознаечение монетного двора встречается на серебряных монетах 1430-х гг. (Улу-Мухаммад и Давлет-Берди). В Татарстане монеты этого центра были встречены только в кладах из Караульной Горы и из Рыбной Слободы. По данным исследователя, монеты чеканены по сарайской весовой норме, следовательно, монетный двор располагался где-то в Нижнем Поволжье. По предположению А.Г. Муха- мадиева и Г.А. Федорова-Давыдова имя монетного двора, возможно, означало столицу - город Сарай (Мухамадиев А.Г., Федоров-Давыдов Г.А., 1972, с. 315). В.П. Лебедевым и В.Б. Клоковым был выделен медный анонимный недатированный чекан Иля Уй Муаззам (Клоков В.Б., Лебедев В.П., 2002, с. 113, 117). Сам монетный двор исследователи локализуют на месте Каменного Бугра (рядом с с. Селитрен- ное)(Клоков В.Б., Лебедев В.П., 2001, с. 33, 45^-6; 2002, с. 113, 160;

Пачкалов А.В., 2004д, с. 223), где часты находки ордынских монет XV в. (в том числе Иль Уй Муаззам).

Серебряные монеты Хелбирди(?)-Базара были обнаружены А.Г. Мухамадиевым в кладе XV в. из Караульной Горы, а также автором на Измерском селище. По мнению А.Г. Мухамадиева, монеты чеканены по сарайской весовой норме, и, следовательно, выпущены в Нижнем Поволжье. Исследователь аргументированно предполагает, что Хел- бирди(?)-Базар - название ставки Мухаммада-Барака (Мухамадиев А.Г., 1966, с. 267, 273; 1983, с. 132).

Монеты Джидибик(?)-Базара (или Джундибик-Базара) времени Мухаммада-Барака (1420-е гг.) были обнаружены А.Г. Мухамадиевым в кладе из Караульной Горы.[12] По заключению нумизмата, так же, как и монеты Хелбирди(?)-Базара, монеты Джидибик(?)-Базара чеканены по сарайской весовой норме (Мухамадиев А.Г., 1966, с. 267, 273). По предположению Г.А. Федорова-Давыдова и А.Г. Мухамадиева, этот монетный двор располагался в Нижнем Поволжье (Мухамадиев А.Г., Федоров-Давыдов Г.А., 1972, с. 315; Мухамадиев А.Г., 1983, с. 128-129).

В кладах из Большого Шикши-Олуяза и из Казани 1893 г. содержались редкие монеты чеканки Укека(?) с именем хана Махмуда бен Мухаммада (середина XV в.). Однако связь этих монет с Укеком вызывает сомнение, т.к. на Увекском городище слоев XV в. не выявлено. Было высказано мнение, что на монетах XV в. «место чеканки не обозначает город, а является топонимом - названием территории округи» (Недашковский Л.Ф., 2000, с. 23). М.Г. Сафаргалиев относил эти монеты к выпуску не Укека, а некоего «Урека» (Сафаргалиев М.Г., 1996, с. 513). Г.А. Федоров-Давыдов и А.Г. Мухамадиев также сомневались в упоминании на этих монетах поволжского города Укека (Недашковский Л.Ф., 2000. с. 22). Однако присутствует в новейшей историографии и точка зрения, что в монетной легенде упомянут именно поволжский Укек (Крамаровский М.Г., 1995, с. 26).

Встречаются в Волжской Болгарии и монеты, выпущенные в XV в. в Приуралье (чекан Сарайчука)(клад из Рыбной Слободы). В этом же регионе могли выпускаться и монеты Бик-Базара, встреченные в кладах из Большого Шикши-Олуяз, Казани (1893 г.), Рыбной Слободы. Серебряные монеты Бик-Базара известны еще со времени Х.М. Френа (Fraehn Ch.M., 1826, р. 381). О. Кодрингтон локализовал монетный двор в Средней Азии, не аргументируя свою точку зрения (Codrington О., 1904, р. 142). Данные о находках монет Бик-Базара, имеющиеся на сегодняшний день, не позволяют считать, что монеты чеканились в Средней Азии, т.к. в этом регионе отсутствуют эмиссии Бик-Базара. В справочнике Э. Цамбаура монетный двор Бик-Базар, объединенный в одном разделе с Тимур Бик-Базаром, локализуется в Поволжье (Zambaur Е., 1968, s. 84). Наибольшее число монет Бик- Базара встречено на территории Татарстана (не менее 22 экз.), встречаются они также в Крыму и в Нижнем Поволжье. Однако известно, что серебряные монеты могли распространяться на значительные расстояния от места выпуска. Например, серебряные монеты Сарайчука чаще встречаются в кладах за пределами Приуралья, чем в том регионе, где они чеканились. До недавнего времени были известны только серебряные монеты Бик-Базара. В ходе работ на городище Сарайчик в 1990-е гг. был собран большой комплекс джучидских монет, среди которых выявлены анонимные пулы с изображением своеобразной двуногой тамги, выпущенные в Бик-Базаре. Эти монеты были первоначально опубликованы как пулы Орда-Базара (Гончаров Е.Ю., 2000, с. 86, рис. 66), но по приведенной легенде, очевидно, что монеты выпускались в Бик-Базаре (Пачкалов А.В., 20056, с. 87). Примечательно, что находки таких монет на других памятниках неизвестны. Древнейшие монеты с легендой «Бик-Базар» были выпущены при ханах Чекре и Дервише, бывших ставленниками бека (бика) Едигея. Находки медных монет Бик-Базара исключительно в Сарайчуке, наличие монет Дервиша, выпущенных в Сарайчуке, а также сведения о принадлежности земель по Уралу Едигею, позволяют считать, что и серебряные монеты Дервиша (а также, вероятно, и других ханов) с легендой «чекан Бик- Базара» выпускались в Сарайчуке или где-то его в окрестностях.

Достаточно редкой находкой для XV в., по сравнению с предыдущим столетием, являются монеты Хорезма (клады из Рыбной Слободы, Сосновки, Христофоровки). По обилию монет Хорезма выделяется только клад из Христофоровки.

Монеты, выпущенные к западу от Волги, также представлены в структуре монетного обращения Волжской Болгарии XV в.

Джучидские монеты из Крыма и Каффы (Каффы ал-Джедид) отмечены в кладах из Казани 1893 г., Рыбной Слободы, Христофоровки, Шангута 1963 г.

Монеты Азака конца XIV - начала XV в. есть в трех кладах (Рыбная Слобода, Христофоровка, Шангут 1963 г.).

Серебряные монеты Орда-Базара встречены в кладах из Большого Шикши Олуяза, Казани (1893), Караульной Горы, отдельные экземпляры найдены на Билярском городище(?), Богородском I селище, в

Казани, на Камаевском городище. Г.А. Федоров-Давыдов и А.Г. Муха- мадиев справедливо, на мой взгляд, считают Орда-Базар кочевой ставкой (Федоров-Давыдов Г.А., 1973, с. 122; Мухамадиев А.Г., 1966). К разряду городов относит Орда-Базар М.Г.Сафаргалиев (1996, с. 459- 460). Невероятные предположения о локализации этого пункта выдвинули западноевропейские нумизматы-ориенталисты. О. Кодрингтон отождествил Орда-Базар с Сараем (Codrington О., 1904, р. 136), а Э. Цамбаур поместил Орда-Базар золотоордынских ханов в Крыму (Zambaur Е., 1968, S. 58).

Если имплицитно заложенная информация в эпитеты «ал- Джедид», «ал-Муаззам» на ордынских монетах еще неясна, то относительно монет, чеканенных в Орда-Базаре, информации для локализации больше, т.к. стали известны находки пулов Орда-Базара. Как и в случае с монетами, чеканенными в ал-Джедид, можно считать, что монеты Орда-Базара чеканились в разных регионах Улуса Джучи.

Новые находки медных монет Орда-Базара (три типа пулов) на одном из городищ Херсонской обл. неопровержимо свидетельствуют об их чеканке в этом регионе, т.к. находки подобных монет на других памятниках почти неизвестны (Пачкалов А.В., 2004г, с. 96-97; 20056, с. 87-92; Хромов К.К., 2004, с. 34-35, 56-57).

Источник начала XVI в. дает также возможность предполагать чеканку монет в Орда-Базаре, располагавшемся, где-то в Приуралье. В «Тарих-и Абу-л-Хайр-хани (составлено Масудом бен Османом Кухи- стани около 1513/1514 г.) сообщается о сражении основателя государства кочевых узбеков Абу-л-Хайра с ханами Ахмадом и Махмудом. В 1431 г. Абу-л-Хайр одержал победу над Махмудом и Ахмадом и взял их ставку Орда-Базар. Масуд бен Осман Кухистани сообщает, что здесь же были отчеканены монеты и с именем Абу-л-Хайра. Это интересное сообщение неоднократно комментировалось. Б.А. Ахмадов полагает, что Орда-Базар располагался где-то к северо-западу от Аральского моря (Ахмадов Б.А., 1965, с. 52-53). По мнению И.В. Зайцева, Орда-Базар, упомянутый Кухистани, располагался на Яике (Зайцев И.В., 2004, с. 36-37). Несмотря на то, что точного расположения Орда- Базара источник не дает, можно заметить, что «все связанные с биографией Абу-л-Хайра топонимы локализуют его деятельность в районах Казахстана и Западной Сибири» (Гаев А.Г., 2002, с. 31). Таким образом, невозможной оказывается локализация монетного двора Джучидов Орда-Базар только в Херсонской обл.

Новые находки монет в Поднепровье неопровержимо свидетельствуют в пользу чеканки здесь ряда типов монет Орда-Базара, но сведения Масуда бен Османа Кухистани и находки монет Орда-Базара в Сарайчуке позволяют считать, что чекан производился и где-то в При- уралье (возможно, недалеко от Сарайчука). Некоторые монеты Орда- Базара могли чеканиться и в других регионах. Представляется затруднительным разграничить в настоящее время серебряные монеты, чеканенные в одном Орда-Базаре, от монет другого Орда-Базара (но три типа медных монет, встреченные в окрестностях Херсона, безусловно, относятся к поднепровскому Орда-Базару). Дальнейшая работа над топографией находок джучидских монет поможет прояснить вопрос локализации Орда-Базаров.

Иноземных монет XV в. на территории Золотой Орды мало. К. Хеллер справедливо полагает, что в XV в., после завоевательных походов Тимура волжская торговля «теряет свою интенсивность» (Хеллер К., 2001, с. 122, 124).

На территории Волжской Болгарии в кладах XV в. встречаются восточные иноземные монеты. Большинство из них чеканены в XIV в., поступили на рынок Среднего Повожья еще в XIV в., т.к. они были встречены в комплексах, основной состав которых был сформирован в XIV в. В кладе серебряных монет начала XV в. из Тетюш представлены редкие для Поволжья монеты Исфендиаров Синопа (три экз.), Османов (Мурад I, один экз.). В этом же кладе содержались и другие восточные иноземные монеты XIV в. (два экз. джелаиридских монет, шесть монет Тимура). Иноземные серебряные монеты XIV в. представлены также в кладах XV в. из Карашама (хулагуид Сулейман) и из Христофоровки (Тимур и Суюргатмыш).

В XV в. в Волжскую Болгарию немногочисленные иноземные монеты поступали только из русских княжеств и из Крыма. Монеты Хаджи- Гирея были встречены в кладе из Казани 1893 г. (пять экз.). В этом же комплексе содержались генуэзско-татарские эмиссии (чекан на территории полуострова Крым)(четыре экз.). Генуэзско-татарская монета присутствовала и в кладе из Верхне-Алькеево. Отдельные находки монет Хаджи- Гирея (три экз.) зафиксированы также на Билярском городище, Имень- ковском городище, Богородском I селище. На Именьковском городище была встречена генуэзско-татарская монета, чекана Каффы.

Русские монеты - наболее многочисленная категория иноземных монет в Волжской Болгарии в XV в. Русские серебряные монеты встречаются как примесь в кладах джучидских монет, а также в каче- [13]

стве отдельных находок. Если в конце XIV в. монеты русских княжеств встречаются в равной степени, как в Нижнем, так и в Среднем Поволжье, то уже в следующем столетии подавляющее большинство комплексов с русскими монетами встречено именно на Средней Волге.

Русские монеты XV в. (и русские надчеканки) встречены не менее, чем в двенадцати кладовых комплексах на территории Волжской Болгарии (Горка до 2004, Измери 19626, Караульная Гора, Камаево до 2004, Рождествено, Рыбная Слобода, Сосновка, Тетюши, Христофо- ровка, Чулла, Шангут 1963 г.)(всего не менее ИОэкз.). Наибольшее число русских монет содержалось в кладах из Рыбной Слободы (не менее 61 экз.) и из Караульной Горы (не менее 16 экз.).[14] [15]

Преобладают монеты времени Василия Васильевича Темного и Даниила Борисовича Суздальско-Нижегородского. Примечателен клад из Тетюш, где содержалась монета Бориса Константиновича Городского, рязанская монета, монеты с надчеканками русских букв («Б»; «Д»; «Бо») и изображений (голова человека(?); «кунья мордка»). В кладе из Камаево, найденном до 2004 г., содержались монеты Галицкого княжества, в кладе из Нимич-Касы - Василия I, в кладе из Чуллы - Дмитрия Донского, а в кладе из Рождествено - Ивана Борисовича. Отдельные находки русских монет XV в. есть в Болгаре и на Камаевском городищах (не менее 3 экз. и не менее 4 экз. соответственно), в Рождественском комплексе (6 экз.) и в Казанском Кремле (не менее 1 экз.).[16]

Вместе с этим необходимо отметить, что русские монеты на протяжении первой половины XV в. представляют собой немногочисленную категорию находок в Волжской Болгарии, на протяжении всего столетия, уступая роль джучидским монетам.

Кладовые монетные комплексы середины и второй половины XV в. на территории Казанского ханства немногочисленны. Данное обстоятельство затрудняет анализ структуры монетного обращения этого времени. Монетный чекан от имени Болгара был в основной массе приостановлен при хане Улу-Мухаммаде (в 1420-1430-е гг.).[17]

А.А. Ильин, справедливо отметивший этот факт, вместе с этим указал, что Казанское ханство, павшее в 1552 г., «следовательно, более столетия ... довольствовалось монетою анонимною, а вернее, что монетами русскими» (Ильин А.А., 1924, с. 28). По данным А.А. Ильина, «клады времени Ивана III и Василия Ивановича многочисленны, они распространены не только по всей тогдашней Руси, но и в царстве Казанском» (Ильин А.А., 1924, с. 28). Сходной позиции придерживался А.Ф. Лихачев: «Неоднократные находки кладов русских денег XV столетия в г. Казани и полное отсутствие кладов с джучидскими монетами - наводят на мысль, что русская звонкая монета в Казанском царстве имела курс и заменила прежние джучидские дирхемы» (Лихачев А.Ф., 1880, с. 118). Вместе с этим известные комплексы второй половины XV в. из Среднего Поволжья показывают, что в обращении находились джучидские монеты, выпущенные в южных регионах Улуса Джучи, а также крымские эмиссии. Клады первой половины XVI в. свидетельствуют о полном господство в обращении Казанского ханства русских монет. Это обстоятельство позволяет считать, что только во второй половине XV в. на территории Казанского ханства в своей массе выходят из обращения поздние джучидские эмиссии и им на смену приходят русские монеты.

  • [1] Находки монет XIV в. фиксируются на Рождественском и на Камаевском городищах. Однако они единичны. Вполне вероятно, что эти монеты второй половины XIV в. продолжалинаходиться в обращении в XV в.
  • [2] Ср. в связи с этом татарское предание, по которому основание Старой Казани (Камаевскоегородище) связано с походом Аксак-Тимура (1390-е гг.) на Волжскую Болгарию (ВахидовС.Г., 1926, с. 84-86).
  • [3] Единичные находки монет XV в. могут свидетельствовать о посещении Болгарского городища в это время.
  • [4] К первой половине столетия относятся 14 кладов, а ко второй половине - всего три. Времясокрытия еще нескольких кладов неясно, т.к. состав кладов не известен.
  • [5] 44 В единичных экземплярах в XV в. продолжали бытовать монеты, выпущенные до реформыТокты 1310 г (монета Укека из клада в Сосновки).
  • [6] Если в кладе из Измерей (19626), наряду с монетами 1420-х гг., имеется большое числомонет 1400-1410-х гг., то в кладе из Караульной Горы резко доминируют монеты 1420-х гг.Можно предполагать, что клад из Караульной Горы был сокрыт несколько позже.
  • [7] 46 В кладе 1856 г. содержалась монета, которая была определена, как принадлежащая Ахмаду.Вероятно, атрибуция монеты ошибочна, т.к. в этом кладе все другие монеты относятся к1400-1420 гг., а на памятнике не встречаются отдельные монеты второй половины XV в.Очевидно, за монету Ахмада была принята монета Сайид-Ахмада I, правившего в конце первой четверти XV в.
  • [8] 47 Имеются сведения и о болгарских монетах более позднего времени (с именами Мухаммадабен Тимура, а также Махмуда бен Мухаммада бен Тимура)(Марков А.К., 1896, № 35; Федоров-Давыдов Г.А., 1960, № 195, 2026).
  • [9] 48 В историографии встречается предположение, что Камаевское городище продолжало существовать и позднее - во второй половине XV в. (Руденко К.А., 2004, с. 103). Однако культурный слой этого памятника незначителен. Несмотря на большое число монет первой трети XVв., монеты последующего времени совершенно не встречаются. Это дает повод предполагать,что город прекратил существование в результате какого-то военного конфликта 1420-1440-х гг.
  • [10] Это обстоятельство отметил еще Г.А. Федоров-Давыдов, указав, что в Волжской Болгарии«клады, зарытые в середине XV в., на 100% состоят из монет середины XV в.» (Федоров-Давыдов Г.А., 1960, с. 125). При этом исследователь не выделял новый этап денежного обращения для второй половины XV в.
  • [11] Впрочем, еще в 1960 г. В.Ф. Каховский ссылался на мнение Г.А. Федорова-Давыдова, что«Раджан» - это искаженная форма слова «Болгар» (Каховский В.Ф., 1960, с. 106).
  • [12] Чтение «Джундибик-Базар» было позднее предложено Г.И. Джапаридзе (Джапаридзе Г.И.,1984, с. 81).
  • [13] Имеющиеся в нашем распоряжении материалы, позволяют считать, что при Хаджи-Гиреепроисходило наиболее интенсивное проникновение монет Крымского ханства на территориюРоссию за всю историю чеканки в нем монеты.
  • [14] В Казанском кладе 1837 г., осмотренном Х.М. Френом, большинство монет составлялиподражания джучидским серебряным монетам. Возможно, это были русские подражания.Однако, решить вопрос невозможно, т.к. до настоящего времени клад не сохранился. В Сви-яжском кладе (1717 г.) вместе с джучидскими монетами были русские монеты, однако атрибуции монет клада не сохранились. Время сокрытия клада неясно.
  • [15] 1 Интересно, что по наблюдениям А.Г. Мухамадиева, в кладе из Караульной Горы такжесодержались 44 экз. монет Василия И, перечеканенных в монеты Мухаммада болгарскойчеканки (Мухамадиев А.Г. 1983 с. 155-158, № 28).
  • [16] В Казани было найдено тверское пуло 1420-х гг.
  • [17] Болгарские монеты более позднего времени вызывают сомнения в их атрибуции, т.к. небыли опубликованы подробно.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >