Возникновение и развитие Великого княжества Литовского

От древней Литвы к Речи Посполитой. «Дранг нах Остен» («Натиск на Восток») — страшная опасность, которая угрожала в XIII в. Руси, дамокловым мечом нависла и над населением прибалтийских земель. Под ударами «орденских братьев» пали русские крепости в Прибалтике, рыцари захватили территории племенных союзов ливов, куршей, эстов и др. — предков современных латышей и эстонцев, покорили и фактически уничтожили пруссов. Ожесточенное сопротивление рыцарям оказывали литовцы.

Литовцы достаточно поздно появляются на авансцене европейской истории, их политическая и экономическая жизнь, о которой нам сообщают источники, начиная со второй половины XII в., дышит глубокой архаикой. Распадаясь на множество разрозненных племен, литовцы уже тогда состояли из двух этнографических групп — аукштайте (верхняя Литва) и жемай- те (нижняя Литва, или «Жмудь» — русских источников). Первоначально они находились в сфере даннической зависимости от древнерусских земель (прежде всего Полоцкой).

Литовцы были отличными воинами, а под влиянием рыцарской агрессии весь быт их перестраивается на военный лад. Прекрасно зная свои леса и болота, литовцы хитростью заманивали рыцарей в чащобу, наносили неожиданные удары по немецким замкам. О многих славных победах литовцев повествуют немецкие хронисты, которых трудно заподозрить в симпатиях к противнику.

Однако справиться с таким сильным врагом, как рыцари, литовцы не могли: не хватало ни людских, ни материальных ресурсов. В этих условиях начинается экспансия литовцев на юг и юго-восток, начинается литовское «завоевание». Распространялся собственно не литовский этнос, а власть литовских князей, причем процесс проникновения в русскую среду этой власти был постепенным. Литовские князья утверждаются на столах в некоторых русских городах, зачастую весьма архаическим способом. Явление это напоминает появление на Руси несколькими столетиями раньше Рюриковичей.

Натиск на Русь становится интенсивнее после того, как литовскому князю Миндовгу в 40—50-х гг. XIII в. удается уничтожить своих противников и добиться некоторой централизации. Централизация была относительной, вождество времен Миндовга было еще рыхлым. Однако именно в это время начинает складываться ядро Литовско-Русского государства, или Великого княжества Литовского.

Территориальный рост продолжался и при преемниках Миндовга: князьях Витене (середина 1290-х гг.— 1316 г.) и Ге- димине (1316— 1341). В состав центра будущего государства входят земли «верхней Литвы» — аукштайте и «приросшие» к ним земли Черной Руси, т.е. Понеманья, а также некоторые части Полоцкой и Турово-Пинской земель. Тут необходимо обратить внимание на одно очень интересное явление. Древнее литовское общество было «открытым», еще не выработало твердых политических форм и прекрасно вбирало в себя традиции русского населения. Такого рода обстоятельства обусловили русификацию верхушки литовцев. Литовские князья принимают крещение по православному варианту христианской религии, усваивают русский язык, культуру. Одно время даже столица формирующегося государства находилась на русской территории — в Новгородке Литовском.

Довольно успешной была и западная политика Гедими- на, о чем свидетельствует такой интересный источник, как «письма Гедимина». Свои успехи на дипломатическом поприще Гедимин активно использует для укрепления литовской экономики — приглашает с Запада искусных ремесленников и купцов.

После гибели Гедимина при осаде одного из рыцарских замков великим князем стал Евнутий, но в 1345 г. он был свергнут Кейстутом и Ольгердом. С этого времени на княжеском столе утверждается одна династия — Гедиминовичи, причем резиденцией Ольгерда становится Вильнюс, а Кейстута —Тракай.

Князья договорились между собой, разделив функции: Кейстут занимался обороной Литвы от рыцарей, а Ольгерд осуществлял захваты русских земель. В состав Великого княжества Литовского вошли такие древнерусские земли, как Полоцкая, Смоленская (уже при Витовте в начале XV в.), Киевская, Чер- нигово-Северская, Волынская, самая южная — Подолье, т.е. основная часть той территории, на которой разворачивалась история времен Киевской Руси. Долго шла борьба за Галичину, которая, в конце концов, в 70-е гг. XIV в. оказалась в руках Польши.

Древнерусские земли входили в состав Великого княжества на правах автономии: великие князья литовские придерживались принципа — «мы старины не рухаем, а новин не вводим», довольствовались сбором дани с присоединенных земель и привлечением к участию в общеземском ополчении местных вооруженных сил. Такого рода отношения закреплялись в специальных договорах — уставных грамотах, весьма напоминавших договоры Новгорода с князьями. Формировалось федеративное государство, пусть со своеобразной, средневековой, но федерацией.

Процесс формирования данного потестарного образования нельзя идеализировать — при его создании лилась кровь, захватывались земли, но оно росло не одним только насилием. Русские земли были сами заинтересованы в поддержке литовских князей, не без основания видя в них защиту от Орды. Внешняя опасность, необходимость вести борьбу на несколько фронтов была одной из основных причин возникновения Великого княжества Литовского. Характер генезиса государства приводил к тому, что русские земли в составе Л итовско-Русского государства долгое время сохраняли свои особенности, внутреннюю структуру и политическое устройство. В этом смысле именно Великое княжество Литовское наследовало многие черты экономического и политического быта русских земель киевского периода нашей истории.

При Ольгерде был положен и предел восточной экспансии Литвы, что было связано с формированием Великого княжества Московского. В 1368, 1370 и 1372 годах состоялись походы Оль- герда во главе литовско-русских сил на Москву, не принесшие успеха ВКЛ. Более успешной, чем борьба с крепнущим Московским княжеством, была антитарская политика Ольгерда. Орда в это время подтачивалась изнутри смутами, но по-прежнему претендовала на гегемонию. В 1363 году в битве у Синих Вод (Подолия) войско Великого княжества Литовского разгромило трех татарских царевичей — ордынская экспансия была остановлена.

Литовские князья активизируют церковную политику, которая достигает определенного успеха. Уже Гедимин пытался создать самостоятельную литовскую православную организацию. Ольгерд требует от константинопольского патриарха особой литовско- русской митрополии. По жалобе литовского князя на московского митрополита Алексия патриарх направил в Великое княжество Литовское своего представителя Кипри- ана, который и затеял тяжбу с Алексием. Деятельность Кипри- ана в свою пользу и на благо Великого княжества Литовского привела к тому, что в 1375 г. он был поставлен митрополитом Киевским, и таким образом возникла отдельная митрополия, имевшая общерусские амбиции.

После смерти в 1377 г. Ольгерда великим князем стал его сын Ягайло. Его поддержал и Кейстут, что не предотвратило тяжелый и затяжной конфликт. Результатом вооруженной борьбы стала гибель Кейстута, задушенного слугами Ягайло в замке г. Крево и бегство Витовта Кейстутьевича в Орден.

Вскоре между двоюродными братьями была достигнута договоренность. Витовт, убегая уже от немцев, сжег им на прощанье три замка. Но конфликт между князьями исчерпан не был, и страшной была угроза со стороны рыцарей. «Литва нуждалась в новой опоре» (А.Е. Пресняков).

В соседней Польше пресеклась правящая династия. После двенадцатилетнего правления венгерского короля Людовика на престоле оказалась его дочь Ядвига. Польские паны, короновав ее, одновременно поставили вопрос о ее браке с Ягайло Ольгердовичем — великим князем литовским. В 1385 году брак был заключен. Одновременно заключили и польско-литовскую унию (союз), которая должна была знаменовать объединение двух государств. Однако уния так и осталась на бумаге. Вновь возникла борьба между Ягайло и Витовтом, завершившаяся соглашением в Острове (1392 г.), согласно которому Витовт стал литовским князем.

Политика Витовта как самостоятельного властителя приобретает все более масштабный характер, продолжая, по сути, деятельность Ольгерда. Один из объектов его активного интереса — Новгород. Второй — православная митрополия, которую он старался возродить. В 1415 году состоялся собор князей «литовских и русских земель», бояр, церковников, избравший митрополитом племянника Киприана, ученого болгарина Григория Цамблака. Это был открытый конфликт не только с Москвой, но и с Константинополем, где патриарх подверг незаконного митрополита «извержению и проклятию».

Деятельно продолжил Витовт и борьбу с Ордой. Он вмешался в очередную ордынскую междоусобицу, поддержав низложенного Тохтамыша. Битва на р. Ворскле в 1399 г. обернулась трагедией для Великого княжества Литовского — татары одержали полную победу — одних князей погибло 20 человек, а уж рядовых воинов и не перечесть.

Между тем объединение русских земель и Литвы, как пусть и номинальный, но союз с соседним славянским государством — Польшей, дали в области западной политики блестящие результаты. В 1410 году грянула знаменитая Грюн- вальдская битва. С той и с другой стороны в битве участвовало около 60 тыс. человек — цифра для эпохи Средневековья огромная. Польскими войсками командовал Ягайло, а литовско-русские возглавил Витовт, участвовали отряды из Чехии и татары. Все это воинство нанесло сокрушительное поражение Ордену. Был убит даже магистр — глава Ордена — фон Юнгинген и, хотя последующая осада крепости Мальборг (главного форпоста крестоносцев в Прибалтике) окончилась ничем, но Ордену был нанесен страшный удар, от которого он так и не сумел оправиться.

Совместная победа на поле между селениями Грюнвальд и Танненберг привела к заключению в местечке Городло (Восточная Польша) следующей унии — Городельской. Она, впрочем, также оказалась в реальности лишь личной, номинальной — оба государства сохранили свою самостоятельность. Значение Городельской унии 1413 г. состоит в том, что именно с нее начинается весьма неоднозначный процесс — полонизации и католизации Великого княжества Литовского.

По условиям Городельской унии, католики получили определенные привилегии при доступе к урядам — государственным должностям. Польская знать браталась с литовской, передавая ей свои гербы, начинала формироваться чуждая народным массам по своей вере и даже этнической принадлежности элита. Другими словами, именно Городельская уния создала предпосылки для наступления Польши на русские земли Великого княжества Литовского.

В условиях начавшейся полонизации, ухудшения положения русских в Великом княжестве Литовском в 30—40-е гг.

XV в. вспыхнула война, которая в литературе получила название «восстание Свидригайло». Свидригайло — сын Ольгерда от брака с тверской княжной — после смерти Витовта стал великим князем. Однако вскоре Сигизмунд Кейстутьевич совершил государственный переворот. Великое княжество Литовское раскололось на две части: Великое княжество Литовское в узком смысле слова, т.е. собственно литовские земли с «приросшими» к ним землями Черной Руси — с одной стороны, и русские области — с другой. Литва посадила на великое княжение Сигиз- мунда, а Свидригайло пошел к Полоцку и Смоленску, и «князи русские и бояре и вся земля посадили Свидригайло на Великом княжестве Русском».

В своей ожесточенной борьбе за виленский стол Свидригайло опирался на русские земли, прежде всего те, которые сохранили древнерусские демократические традиции городов-государств: Полоцк, Витебск, Смоленск, Киев. Русские волости активно поддержали князя, причем городской и сельский люд выступал организованно, в форме ополчений, имел и свою «программу»: желание иметь собственного князя, сохранить свои вольности. Но, похоже, что это была их лебединая песня...

«Восстание Свидригайло» потерпело поражение, а после гибели князя Сигизмунда в результате заговора на престоле в Вильно 1440 г. утверждается тринадцатилетний Казимир Ягел- лончик, правление которого знаменовало новую эпоху, и которое по значению можно сравнить с правлением Ивана III в Великом княжестве Московском.

После затянувшегося «смутного времени» Казимиру фактически заново пришлось собирать воедино земли Великого княжества Литовского. При этом его внутренняя и внешняя политики тесно переплетались между собой. Ситуация осложнялась неоднозначностью и запутанностью отношений между Великим княжеством и Польшей. В 1444 году в битве с турками под Варной пропал без вести польский король Владислав. Польские паны пригласили на престол Казимира. Но литовская знать в это время меньше всего хотела инкорпорации Великого княжества в состав Польши. Казимиру принадлежит заслуга издания первого свода законов Великого княжества Литовского —так называемого Судебника Казимира 1468 г.

Действуя в интересах Великого княжества, Казимир активизирует свою восточную политику. Между тем ситуация здесь для него осложнилась. Московское государство, пережив смуту, окрепло и заинтересовалось своими границами. Правда, пока удалось обойтись без войны: в 1449 г. был заключен договор, причем одним из пунктов договора было «в Новгород и во Псков королю не вступатися». Энергичная политика по отношению к русскому северо-западу уходит в прошлое.

Еще сложнее внешнеполитические отношения на юге. Здесь на обломках Золотой Орды формируются государства- наследники когда-то великой «империи» и одно из них в Крыму. Крымское ханство окончательно оформилось в середине XV в. в правление Хаджи-Гирея и Менгли-Гирея. Достаточно скоро это государство окажется в зависимости от Османской Порты (Турции), но какое-то время оно осуществляло самостоятельную политику, одной из черт которой был союз с Москвой и враждебное отношение к Вильно. С 1482 года начинается череда опустошительных набегов крымцев на литовские земли. Основной целью этих набегов был «ясырь», т.е. угон пленных.

При Казимире произошло окончательное разделение литовской и московской православных митрополий. Формальный акт разрыва церковного единства выразился в том, что в 1458 г. римский папа рукоположил в митрополиты Киевские и всея Руси Григория — ученика перешедшего в унию Исидора. Так завершилась долгая и напряженная борьба за православную церковную организацию. Описание этой борьбы вполне могло бы стать сюжетом для авантюрного романа.

Смерть Казимира в 1492 г. снова разрывает и без того шаткую польско-литовскую унию. На литовском великокняжеском столе утверждается по завещанию отца и по решению Рады Александр (1492—1506), а на польском — Ян-Альбрехт. Вскоре после возведения Александра на великое княжение он издал привилей, который знаток истории Великого княжества Литовского А. Е. Пресняков положил в основу грани двух периодов в истории литовско-русского государства. Привилей 1492 г. сводил на нет активную личную роль монарха. Великий князь превращался в должностное лицо, стоящее во главе учреждения — Рады. Привилей значительно усилил панов-раду — наиболее богатых и влиятельных представителей знати, ведущих свое происхождение от старолитовских бояр.

Князь Александр должен был искать опору, поскольку внешнеполитическое положение государства становилось все более сложным. Еще при жизни Казимира началась затяжная война с Московским государством (1487—1494). Более интенсивная война приходится на 1500—1503 гг. Накануне и в ходе войны к Москве стали присоединяться верховские (по верхней Оке) и чернигово-северские княжества.

Смерть в 1501 г. короля Яна-Альбрехта снова поставила вопрос о польско-литовских отношениях. Александр стал польским королем и Мельницким договором вроде бы вновь подтвердил унию. То, что и уния 1501 г. не была полноценной, подтверждает ситуация, возникшая после смерти в 1506 г. Александра. Собравшийся в Вильне съезд литовской и русской знати избрал без предварительного соглашения с поляками младшего сына Казимира — Сигизмунда Первого (Старого) (1506—1548). Полякам ничего не оставалось делать, как и самим избрать Сигизмунда на королевский престол.

После шестилетнего перемирия, заключенного в 1503 г., возобновилась война с Москвой, а в 1508 г. положение осложнило восстание Михаила Глинского. Глинский, чье богатство держалось на близости с Александром, лишился всего в правление нового великого князя. Это был мятеж знати, не поддержанный народом и державшийся на родственных связях самого «героя».

После войны 1507—1508 гг. Великое княжество довольно быстро восстановилось. Но дальше его ждали еще более серьезные испытания. Хотя в новой войне войско Великого княжества одержало блестящую победу над российским войском под Оршей (8 сентября 1514 г.), но перевес явно был на московской стороне. В 1514 году был захвачен Смоленск. К тому же постоянно беспокоили своими набегами крымские татары, а Польша не могла оказать должной помощи, будучи скованной войной с Тевтонским орденом.

Во время правления Сигизмунда усиливается интеграция знати литовских и русских земель, да и само ее значение, свидетельством чего было зарождение великого вального сойма, весьма напоминавшего сеймы польской знати. Большую роль здесь сыграло формирование сословия шляхты (от немецкого Geschleht— род). Сеймы рассматривали разные вопросы, чаще всего о том, как собрать «серебщизну» с населения, о войне и мире. Результатом сеймовых решений было проведение переписи («пописа») шляхетских вооруженных сил, а также издание Статута 1529 г.— свода законов Великого княжества Литовского.

Престарелый Сигизмунд еще при жизни в 1544 г. с согласия Берестейского сейма передал управление Великим княжеством своему сыну от Боны Сфорцы (дочери миланского правителя) — Сигизмунду-Августу (1544—1572). В его правление Великое княжество Литовское еще быстрее пошло по пути развития, уже проторенному Польшей,— роста удельного веса и значения шляхты. Великокняжеская власть должна была реагировать на этот процесс, оставаясь в то же время выразителем общегосударственных интересов. Такого рода противоречие нашло отражение и в законодательстве того времени и в реформаторской деятельности власти.

В 1566 году издается новый Статут, дающий шляхте значительно больше прав в государстве. Годом раньше была проведена судебно-административная реформа, согласно которой государство было разделено на округа-поветы и в каждом из них созданы суды земские, гродские и подкоморские, причем шляхта подлежала отдельному земскому суду, а «пограничные» с другими сословиями ситуации решали два других вида судов. Было также увеличено количество воеводств, а власть воевод значительно ограничена в пользу шляхты. Между шляхтой и панами было много противоречий.

Впрочем, в одном крупные паны-олигархи и шляхта довольно часто сходились: сохранение самостоятельности Великого княжества в отношениях с Польшей, что не раз проявлялось на сеймах.

Как часто бывает в истории, в качестве катализатора, ускорившего процесс объединения двух государств, выступила война. В 1558 году с фактического разгрома московскими войсками Ливонии началась Ливонская война. Великий магистр обратился за помощью к Великому княжеству, и Ливонию начали инкорпорировать. Это привело к столкновению с Российским государством. Великое княжество ждали большие потери: в 1563 г. московские войска взяли Полоцк. Правда, в следующем году Великое княжество добилось реванша: на р. Уле была одержана победа. Но перевес все равно был на стороне Москвы, силы Великого княжества Литовского иссякали. Знать Великого княжества Литовского становилась более сговорчивой.

Долгий униатский процесс закончился в 1569 г. Сейм в г. Люблине провозгласил создание нового государства — Речи Посполитой с одним государем, единой внешней политикой, монетной системой, правом приобретения шляхтой земли и там и тут и т.д. И хотя обе части государства сохранили свою администрацию, казну, войско, суд, процесс консолидации зашел, как никогда, далеко. К тому же по условиям Люблинской унии украинские земли вошли непосредственно в состав Короны, что во многом определило их дальнейшие судьбы.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >