Принцип справедливости

Данный принцип давно и плодотворно разрабатывается в юриспруденции. В меньшей мере он получил освещение в нравственном аспекте. Вместе с тем значимость его в человеческом бытии на всех уровнях (от индивидуального до общечеловеческого) столь велика, что можно говорить о нем и в социально-философском плане. Необходимость исследования этого аспекта жизнедеятельности людей не только в распространенности на деятельность всех социальных субъектов и на все сферы общественной жизни, но и в его содержательной фундаментальности. Он характеризует существенную сторону человеческого поведения в обществе. Известный американский создатель либеральной теории справедливости Дж. Ролз писал: «Справедливость есть главная добродетель социальных установлений, как истина есть главная добродетель систем мышления»[1].

Справедливость как принцип общественной жизни уходит своими корнями в глубокую древность и связан с существованием первобытнообщинного строя. Равное распределение в нем материальных благ между всеми членами рода, племени воспринималось как справедливое, чисто человеческое, общественное установление в отличие от животного мира, где распределение связано с биологическим неравенством. С возникновением частной собственности и социального неравенства исчезло первобытное общество, и рухнул принцип справедливости. Он превратился в мечту угнетенных классов, в идею наилучшей организации общественной жизни. И рабы, и крестьяне, и пролетарии и буржуа (до установления их господства в обществе) считали несправедливыми существовавшие в их время общественные порядки, которые не обеспечивали социального равенства между людьми. Но каждый из классов понимал и толковал принцип справедливости по- своему, с позиции своих интересов.

Например, буржуазия в эпоху Нового времени свое экономическое положение в обществе считала совершенно справедливым, ибо она своим организаторским и управленческим трудом умножала совокупное богатство общества (а вместе с ним и свое). А вот политическое положение ее было не равным с другими классами, сословиями (дворянством, духовенством), вследствие этого она не имела доступа к власти и потому рассматривала его как несправедливое. Стремление буржуазии к политической и правовой справедливости выражено в ее социально-философской теории, в революционном лозунге: «Свобода, равенство, братство!».

Пролетариат же, напротив, когда к 40-ым годам XIX века созрел политически как класс, адекватно осознал свои экономические и политические интересы, тогда это нашло выражение в теории марксизма. И несправедливым считал свое как экономическое положение - самого угнетенного, эксплуатируемого класса в Западной Европе XIX века, так и политическое, которое давало ему лишь формальное равенство и вопиющее фактическое неравенство с буржуазией и другими слоями общества. Эти несправедливости постоянно питали его революционные устремления вплоть до 30-х годов XX века и закономерно привели к вооруженному перевороту в России 1917 года.

Социалистические преобразования ряда стран Европы и Азии в XX веке не устранили социальное неравенство, а лишь заменили господство буржуазии в обществе господством номенклатуры, тщательно скрываемым пропагандой под различными социалистическими мифами и обеспечиваемым жестокими репрессивными формами борьбы со всяким инакомыслием. Это привело к полному выхолащиванию демократии, построению тоталитарных или диктаторских политических режимов, к обесцениванию человека, к всеобщему антигуманизму обществ.

В тех социалистических странах, где перестройка, начатая во второй половине 80-х годов прошлого века, осуществлялась снизу - под давлением широких народных масс (как, например, в Польше), общества перешли к либерально-демократическим формам социального устройства. Там же, где перестройка осуществлялась сверху - по инициативе и под руководством номенклатуры (как, например, в Советском Союзе), переход к капитализму произошел под бременем и с переносом социалистических политических механизмов (конечно, с некоторыми сугубо формальными переделками и фразеологическими маскировками) в новые общества. И были установлены там авторитарные политические режимы, тяготеющие к тоталитаризму. В таких странах новая (олигархическая) номенклатура, переменив вектор развития с социалистического на капиталистический, использует старые методы оболванивания народа, отвлечения его от насущных проблем. И делает это с использованием новых технико-технологических возможностей, с еще большим цинизмом, чем старая номенклатура, подчиняя всю систему государственной власти своим эгоистическим интересам. Вполне понятно, что в таких странах ни о каком принципе справедливости говорить не приходится.

Совершенно иная практика в наиболее развитых странах мира. Там господствующие классы стремятся обеспечить достойную материальную жизнь трудящимся, которая соответствует научно- техническому уровню развития, улучшить условия для духовного развития народа: повысить качество воспитания и образования, развития и реализации способностей и талантов каждого гражданина без исключения и т.д. Поэтому трудящиеся развитых стран ценят свои общества, гордятся и дорожат ими, не думают ни о каких революционных преобразованиях. В этих странах выработано и самое прогрессивное на данный исторический момент понимание принципа справедливости.

Характеризуя его, надо, прежде всего, разграничить принципы равенства и справедливости, которые в предыдущие исторические эпохи по существу отождествлялись. Сейчас общеизвестно, что равенство как совпадение свойств и качеств людей в принципе невозможно. Каждый человек обладает индивидуальностью - системой биологических, психических и социальных качеств, отличающих его от всех других людей, делающих его единственным и неповторимым среди всех людей. Именно эта уникальность, как правило, обеспечивает индивиду своеобразие того социального положения, которое он обретает в процессе своей жизни. Вместе с тем, каждый индивид обладает особенными и общими качествами, которые делают его равным с большими социальными группами (слоями, классами, нациями, народами и т.д.) и со всем человечеством.

До середины XX века принцип равенства трактовался и реализовался (там, где предпринимались практические попытки осуществить его) метафизически. Социалистический принцип «От каждого по способностям каждому по труду» был метафизическим уже хотя бы потому, что номенклатура никогда не стремилась внедрить его в практику. Себя любимую она вообще исключала из действия данного принципа. Каждый номенклатурщик, независимо от характера и качества его труда, получал материальные блага по должности, которую занимал. А трудящимся, которые повышали производительность своего труда, номенклатура тотчас же снижала расценки, не позволяя, таким образом, улучшать свою материальную жизнь и отбивая напрочь желание поднимать эффективность своего труда.

Метафизичность реализации принципа равенства в капиталистических странах до середины XX века заключалась в том, что буржуазия стремилась лишь накормить народ, т.е. в односторонней его трактовке и внедрении в практику. Когда же эта цель в виде создания для всех трудящихся (и безработных) наиболее развитых стран достойного уровня материальной жизни была достигнута, с этого момента начинается диалектический подход к нему. Вместо принципа равенства в этих странах выдвигается на первое место принцип справедливости. В соответствии с ним общество обеспечивает равный доступ всех граждан ко всем социальным лифтам (образование, спорт, бизнес, армия, шоу- бизнес и пр.), которые предоставляют возможность каждому индивиду проявить, развить и реализовать свои способности, таланты и занять подобающее им социальное положение.

В неразвитых странах такие социальные лифты не работают, поэтому на всех этапах жизненного пути индивида действуют различные субъективные факторы (родственные связи, принадлежность к определенной политической партии, причастность к господствующей клике и т.п.). В итоге формируется в обществе некомпетентная, бездарная властвующая элита. В развитых странах мира эти феодальные пережитки были окончательно преодолены в XX веке и созданы надежные объективные системы оценки социальных качеств индивида на всех уровнях его развития. Это исключает протекционизм и несправедливость в оценке социально значимых свойств и качеств каждого индивида.

Диалектика исторического развития принципа справедливости убедительно показывает, что на первом месте стоят те стороны справедливости, которые касаются фундаментальных материальных потребностей людей - экономические и политические. Но как только они получают справедливое удовлетворение, они отходят на задний план, а на передний выходят иные материальные либо какие-то духовные потребности. Ведь не случайно то, что именно в западных современных концепциях справедливости впервые был перенесен акцент с социально-экономического распределения на глобальный и культурный моменты. Именно западные наиболее развитые страны первыми в мире обеспечили достойные материальные условия жизни своему населению, построив так называемые общества «всеобщего благоденствия», «массового потребления», «социальные государства» и т.п. Когда экономические проблемы были решены, тогда на первый план в общественной жизни и соответственно в концепциях справедливости вышли проблемы образования, самореализации каждого индивида, культурной и этнической идентификации и другие, связанные с духовным развитием человека и общества. Когда в этих странах были созданы устойчивые политические либерально-демократические системы, тогда проблемы политической справедливости стали возникать редко - лишь с ошибками и промахами в деятельности президентов или правительств.

Из всех концепций справедливости, имеющих хождение в современной науке, получает широкий не только научный, но и общественный резонанс, пожалуй, теория справедливости Дж. Ролза. Он рассматривает справедливость как принцип социальной организации, однако в центре его внимания постоянно находится индивид. И это естественно, ибо человек - общественное существо и невозможно понять его вне связи с обществом. При этом в соответствии с западной философской традицией XX века он берет не ту или иную социальную группу, класс, а конкретно-исторического индивида как особенный тип людей. Ролз проводит различие между «вполне упорядоченным обществом» (развитым, либерально-демократическим) и не вполне упорядоченным (развивающимся, в разной степени недемократическим) и исследует действие принципа справедливости в каждом из них. В результате сравнительного анализа Ролз выстраивает свою теорию справедливости. Она основывается на двух принципах и двух правилах 28

приоритета :

  • 1. Каждый индивид должен обладать равным правом в отношении общей системы равных основных свобод, совместимой с подобными системами свобод для всех остальных людей.
  • 2. Социальные и экономические неравенства должны быть организованы таким образом, что они одновременно:
    • - ведут к наибольшей выгоде наименее преуспевших, в соответствии с принципом справедливых сбережений;
    • - делают открытыми для всех должности и положения в условиях честного равенства возможностей.

Первое правило приоритета (правило свободы): основные свободы могут быть ограничены только во имя свободы. Существует два случая:

  • 1. Менее широкие свободы должны укреплять всю систему свободы, разделяемую всеми.
  • 2. Свобода, меньшая, чем равная, должна быть приемлемой для граждан, обладающих этой меньшей свободой.

Второе правило приоритета (приоритет справедливости над эффективностью и благосостоянием): второй принцип справедливости предшествует принципу эффективности и принципу максимизации суммы выгод; а честное равенство возможностей предшествует принципу различия. Существует два случая:

  • - неравенство возможностей должно увеличивать возможности людей с меньшими возможностями;
  • - чрезмерная ставка сбережений должна в итоге уменьшать бремя тех, на ком оно лежит.

Принципы справедливости призваны регулировать базисные институциональные устройства общества. И таким образом, Ролз утверждает своей теорией демократизм и гуманизм в организационных ос- [2]

новах общества. Конечную цель и условие существования людей Ролз видит в свободе каждого индивида, утверждаемой самим устройством общественной жизни: «Свободные люди или нет - это определяется правами и обязанностями, установленными главными институтами общества. Свобода - это некоторая структура социальных форм» . И первый принцип справедливости требует, чтобы правила, определяющие основные свободы, применялись равным образом ко всем. Во втором принципе также взято в качестве исходного положения соглашение о равенстве между всеми индивидами. При этом оно допускает неравенство, но каждый человек должен иметь выгоду от допустимых неравенств в базисной структуре общества.

Огромным достижением теории справедливости Ролза в сравнении как с существовавшими ранее, так и с существующими сейчас теориями, является постановка в центр ее индивида. Непонимание либо недооценка этого вызывают критику. Как отмечает А. В. Разин, «критика теории Ролза ведется в основном по трем мнениям. Это критика с позиции твердого либерализма, упрекающего Ролза за отступление от либеральных принципов, допущения перераспределения доходов в пользу малоимущих. Критика с позиции коммунитаристской этики, говорящей о том, что этическая теория в принципе не может быть построена только на основе определения принципов действия социальных институтов. Критикуется также общая методология Ролза, прежде всего за неопределенность его нравственных критериев, за превращение отдельного индивида в самодостаточный субъект нравственного требования, который самостоятельно решает вопрос о нравственно оправданном и неоправданном»[3] [4].

Иначе говоря, в теории справедливости Ролза подвергаются критике те социально-философские теоретико-методологические принципы, которые лежат в ее основе, это - демократизм, гуманизм, индивидуализм, свобода. Но именно эти принципы утверждает современная практика передовых, наиболее развитых стран мира; именно эти принципы являются итогом долгих исторических поисков человечества в его философском и нравственном развитии.

Действительно, современная эпоха требует для успешного решения грандиозных задач, стоящих перед человечеством, превращения каждого индивида в активного, творческого социального субъекта. А это предполагает постановку не социального класса или властвующей элиты, а индивида в центр социально-философских и нравственных воззрений. Требует такого развития демократии, когда все люди равны в своих исходных стартовых возможностях и не равны в получаемых результатах своей деятельности, которые зависят от задатков, способностей, талантов, от личных качеств (ответственности, трудолюбия, настойчивости, силы воли и т.д.), от стечения жизненных обстоятельств (благополучного или неблагополучного), удачи, везения и т.п. Вместе с тем современная демократия должна беречь каждого индивида, не бросать его на произвол судьбы при неблагоприятном стечении обстоятельств, а помочь каждому индивиду в его становлении как активного и творческого (в меру его способностей) социального субъекта.

На это ориентирует теория справедливости Ролза, в этом ее наиболее точное (в сравнении с другими теориями справедливости) соответствие запросам эпохи. И с этим связано ее огромное социальнофилософское, философско-антропологическое и нравственное значение.

  • [1] Ролз Дж. Теория справедливости. - Новосибирск: Изд-во НГУ, 1995. - С. 19.
  • [2] См.: РолзДж. Теория справедливости. - Новосибирск: Изд-во НГУ, 1995. -С. 267.
  • [3] Ролз Дж. Теория справедливости. - Новосибирск: Изд-во НГУ, 1995. - С. 69.
  • [4] Разин А. В. Этика: история и теория. - М.: Академический проект, 2002. - С. 445.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >