Обеспечение экологической безопасности современной цивилизации в контексте достижения рационального использования водных ресурсов

Вода является универсальным продуктом и ресурсом природы, носителем энергии в общем энергообмене между человеком и природой. С водой человек присваивает другие продукты и вещества природы, необходимые для жизни, с водой из организма человека уходят продукты распада. Социально активно человек начал использовать воду в процессе развития культуры и перехода от присваивающих технологий веществ природы к производящим, когда собирательство, охота и рыболовство стали уходить на второй план в производстве пищи, а на первое место выдвинулось выращивание и сбор урожаев, приручение и разведение домашних животных. Аграрные и пастушечьи общества требовали и потребляли воду в процессе постоянного социокультурного воспроизводства, «окультуривая» окружающую среду, растения и животных. Тем самым человеком и обществом регулировались и совершенствовались пути, методы и средства получения энергии из внешней среды как преобразованной энергии Солнца в условиях производства культуры. И в этом плане существует неразрывная связь трех элементов социокультурного взаимодействия - человека как личности, общества и культуры, о чем писал знаменитый русский и американский социолог П.А. Сорокин[1].

В связи с этим известный американский культуролог Лесли Уайт отмечает, что культура становится, во-первых, механизмом добычи энергии и обращении ее на службу человеку и, во-вторых, механизмом упорядочивания и регуляции его поведения, не имеющего непосредственного отношения к поддержанию существования и нападению и защите. Культурные системы, подобные системам биологического уровня, способны к росту, то есть способность улавливать всякую энергию является также и способностью добывать все больше и больше энергии. «Таким образом, - продолжает свои рассуждения Л.Уайт, - культурные системы, равно как и биологические организмы, развиваются, размножаются и распространяются. Солнце - это перводвигатель, а культура - это приводимая им в действие термодинамическая система. По крайней мере, солнечная энергия приводила в действие все культурные системы вплоть до настоящего времени, и так будет продолжаться после того, как иссякнут земные запасы топлива - если только цивилизация сохранится и достигнет этого момента» [2].

В представленной концепции эволюция культуры опирается на энергетическую теорию Л. Уайта, в который энергия, ее рост и значение в расширяющемся потреблении и деятельности человечества рассматривается в качестве главного фактора культурного роста. «Культуры - это динамические системы, и для их функционирования требуется энергия. История цивилизации - это история контроля над силами природы средствами культуры. Однако история контроля над энергией может завершиться также и реквиемом по цивилизации»[3].

Вероятнее всего, термин «реквием» (заупокойная месса) применяется Л. Уайтом для предупреждения о том, что современная техногенная цивилизация с ее культурой потребления пытается поставить себя, в результате развития технологической подсистемы, над природой. Задача же современной культуры, как организованной интегрированной системы, включающей технологическую, социальную и идеологическую подсистемы, состоит прежде всего в соединении себя с помощью технологий энергетического характера в рамках соответствующей цивилизации с природной средой. Неуемное и неограниченное развитие использования и потребления энергии, созданной путем преобразования материи в виде, например, ядерных технологий как военного, так и мирного применения, чревато глобальными катастрофами и последствиями в масштабах современной цивилизации. Подтверждением тому стало применение атомного оружия американцами против Японии в 1945 году, аварии на Чернобыльской АЭС в 1976 году и разрушение с утечкой радиоактивных материалов атомной электростанции Фукусима в Японии 2011 года, что привело к радиационному заражению прибрежных зон и Тихоокеанской акватории.

Рационально обоснованная самоуверенность, с которой человечество использует ядерную энергетику или применяет сложные техногенные сооружения, очень часто граничит с иррациональностью, поспешностью и импульсивностью действий, с помощью которых стремятся ликвидировать последствия аварий и поставить под контроль силы природы. Так было, например, при аварии на нефтедобывающей платформе компании Би-Пи (Бритиш Петролеум) в Мексиканском заливе, когда за сутки миллионы баррелей нефти выливалось в воды Мирового океана в течение нескольких месяцев 2010 года. А до этого существовала дикая уверенность: подобного произойти не может никогда, потому что природа под контролем. Но верно писал Л. Уайт: «Когда-то наши предки думали, будто они могут контролировать природу, - то же самое до сих пор думают и современные дикари» .

Например, современные изменения в погоде делаются все более непредсказуемыми из-за повышения температурного режима и уже сегодня в тропических водах океанов, прогретых глубже нормы, зарождаются все более сильные ураганы. Но метеорологи научились прогнозировать их зарождение, появление и маршруты движения, что позволяет заранее приспособиться к погоде и принять превентивные меры защиты. Именно так и произошло 26-27 августа 2011 года в США, когда заблаговременно было оповещено о приближении урагана «Айрин» со скоростью ветра 120 км/час население юго-восточного побережья страны, охватывающего более 50 млн. человек нескольких штатов, а президент Барак Абама выступил официально с обращением к народу по этому поводу. Верно то, что «мы можем быть бессильны контролировать погоду, но вот приспособиться к ней мы должны. А знание и понимание спо- [4]

собствует более эффективному и удовлетворительному приспособлению. Было бы выгодным, если бы мы могли контролировать погоду. Но коль скоро делать этого мы не можем, то прогнозировать погоду - это лучшее из того, что нам остается. А для того чтобы делать прогнозы, мы должны обладать и знанием, и пониманием»[5].

Именно культура, развиваясь в рамках определенной цивилизации, способствует созданию (в виде знаний и смысловых понятий) основы для взаимодействия общества и природы. Цивилизации обладают основными, базовыми знаниями и ценностями, характеризующими уровень развития культуры, которые позволяют обществу и людям идентифицировать себя в отношениях с природным и социальным окружением. Существует множество определений как культуры, так и цивилизации. По поводу различения этих понятий до сих пор идут споры. Предлагаемые определения не считаются общезначимыми, общеупотребительными, в достаточной степени общепринятыми. Однако мы присоединяемся к мнению, «что, хотя понятия (и явления!) «культура» и «цивилизация» достаточно четко различаются, однако они не противопоставляются, как это имеет место (например, у О. Шпенглера). Происхождение и развитие культуры невозможно вне определенной цивилизованности; в общем организме человеческой культуры жизни цивилизация - это как бы общее потное тело, которое постоянно образуется и должно постоянно обновляться вместе с развитием человечности» [6].

В этой связи, мы полагаем, что цивилизация как общественноисторическое явление характеризуется своими определенными культурными достижениями в сфере производства, распределения и потребления, а также своими специфическими достижениями духовного содержания, в котором проявляется метафизическая сущность человечества в тех или иных условиях его развития. Цивилизация при таком рассмотрении предстает неким внешним оформлением своего внутреннего, сущностного содержания, воплощенного в определенном типе материальной и духовной культуры. Та или иная цивилизация основана на своем, особенном типе культуры, получая в ней свой заряд социокультурной динамики, своего возникновения, становления, движения, кризиса и схода с авансцены мирового развития.

Известный российский философ В.С. Стёпин считает, что понятие «цивилизация» применяется во многих смыслах, среди которых важно выделить три основных. Первый из них обозначает совокупность достижений человечества, которое характеризуют выделение человека из животного мира и его восхождение по ступеням социального развития, а под цивилизационными достижениями понимается прежде всего развитие, системное усложнение и расширение «второй природы» - мира созданных человеком предметов и процессов, который непосредственно окружает его и обеспечивает выживание в природе. Второе значение понятия «цивилизация» характеризует особый тип общества, возникающий на определенной ступени исторического развития, когда происходит переход от первобытного состояния к первым сельским и городским цивилизациям древности. В основе этого понимания лежит целостное системное видение общества с особенностями его культуры, ее базовых ценностей, социальных отношений и институтов, способа взаимодействия с природой, типов личностей и образа жизни, которые воспроизводятся в процессе существования цивилизации. И, наконец, есть третий смысл термина «цивилизация». Например, Шпенглер считал, что цивилизация и культура противоположны. В этом случае под цивилизацией понимаются технологические и технические изобретения, а под культурой - базисные ценности и состояния духовного мира человека. И тогда фиксируется, что прогресс в технике и технологии не приводит автоматически к моральному прогрессу, наоборот, иногда даже связан с моральным регрессом. В этом смысле часто говорят, что цивилизация и культура не совпадают, что это - разные аспекты социальной истории[7].

Арнольд Тойнби, выделяя в истории человечества различные цивилизации, употреблял данный термин именно во втором значении, из представленных. В.С. Стёпин, рассматривает цивилизацию в качестве некоторого целостного социального организма, развитие которого основано на определенном типе культуры. Представленный нами во втором параграфе первой главы методологический конструкт данного исследования включает также системный и организмический подход, использованный О. Кантом, Г. Спенсером, И. Фихте, Г.В. Гегелем, а затем и А. Тойнби, что придает уверенности в нахождении точек соприкосновения в наших теоретических изысканиях и написании данной работы.

Так, например, А. Тойнби имея в виду интерпретацию истории отдельных государств во взаимосвязи с другими, отмечал: «В каждом отдельном случае мы должны мыслить в терминах целого, а не части, видеть главы повести как события жизни общества, а не отдельно его члена, следить за судьбами его представителей - не за каждого в отдельности, а в общем потоке, - воспринимать их как голоса единого хора, которые имеют значение и смысл в общем строе гармонии, но теряют их, как только становятся набором отдельно звучащих нот»1.

А. Тойнби отмечает, «что общество в своей жизни сталкивается с серией задач, которые оно и решает наиболее приемлемым для себя образом. Каждая такая проблема - это Вызов истории»[8] [9]. Человечество вынуждено искать Ответ на Вызов. Общество, по мысли А. Тойнби, в своем жизненном процессе сталкивается с рядом проблем и каждая из них есть вызов[10]. На первоначальных стадиях развития внешние вызовы являются превалирующими стимулами, от способности давать ответы на которые зависит генезис цивилизаций. Но задача общества и его цивилизационного развития состоит в переходе от внешнего вызова к внутреннему, как к стимулу творческого характера.

«Иными словами, можно сказать, что функция «внешнего фактора» заключается в том, чтобы превратить «внутренний творческий импульс» в постоянный стимул, способствующий реализации потенциально возможных творческих вариаций»[11].

Первыми, естественно внешними вызовами человечеству, были сначала вызовы природной среды. Они были связаны с климатическими изменениями, приведшими к иссушению земель, что дает возможность рассматривать процесс иссушения как вызов, ответом на который стало возникновение цивилизаций. Использование водных ресурсов в дельтах рек - Нила, Иордана, Тигра и Евфрата стало ответом на природные засушливые условия существования. Таким ответом в нильской долине стал генезис египетской цивилизации, в долине Тигра и Евфрата - шумерской, в долине Инда и его бывшего притока (р. Луни, ныне не доходящая до Инда и теряющаяся в песках) - так называемой индской культуры[12].

И если в прежние времена нильские и месопотамские болота были неприступной и непроходимой глушью, то затем успех превзошел самые оптимистические надежды первопроходцев, превративших указанные местности в рукотворные социокультурные ареалы египетской и шумерской цивилизации с помощью мелиоративных работ. Как пишет А. Тойнби, «строптивость Природы была покорена трудом Человека;

болота были дренажированы, ограждены дамбами и превращены в поля. Появились египетская и шумерская цивилизации» .

Мы же можем сказать, что эти процессы вызвали социальные перемены в жизни собирательских и пастушечьих обществ и способствовали превращению многих из них в земледельческие, чему помогло развитие водных мелиораций. Тем самым произошло расширение использования водных ресурсов, повышение роли и значения воды в присвоении человеком энергии природы, возвышение и становление культур так называемых «речных» цивилизаций. Вода стала не только сущностным компонентом и основным носителем процесса потребления веществ природы в непосредственном контакте человека с природой, но и превратилась в опосредованно значимый элемент социокультурной системы на том или ином этапе социальных изменений цивилизаций.

Здесь необходимо сделать пояснения относительно таких используемых в данном исследовании терминов, как «ареал», «дамба», «дренаж», «ирригация», «мелиорация». Ареал (area) в переводе с латинского означает площадь, пространство, область распространения на земной поверхности каких-либо явлений, тех или иных видов, родов животных и растений, полезных ископаемых. В нашем случае под ареалом мы понимаем, прежде всего, совокупность культурных явлений, обуславливающих использование водных ресурсов в рамках определенной цивилизации на площади, взаимодействующей с водной поверхностью или водными источниками - объектами[13] [14].

Что касается термина «дамба», то он происходит от голландского слова dam и означает гидротехническое сооружение, аналогичное земляной плотине. Различают напорные дамбы, предназначенные для защиты низменностей в долинах крупных рек и морских побережий от затопления; сопрягающие - для соединения сооружений гидроузла с берегами; безнапорные - для регулирования русел рек[15]. Дренаж (от английского drain - осушать) - это система подземных каналов, посредством которых осуществляется осушение сельскохозяйственных земель. Отвод от сооружений подземной (грунтовой) воды и понижение ее уровня[16]. Ирригация (от латинского irrigatio - орошение)[17] означает подвод воды на поля, испытывающие недостаток влаги, и увеличение ее запасов в почве; вид мелиорации1 и, в свою очередь, понятие мелиорация (от латинского melioratio - улучшение) является родовым, общим по отношению к особым, единичным, ранее рассмотренным понятиям, означает совокупность организационно-хозяйственных и технических мероприятий по коренному улучшению земель с неблагоприятными водными и воздушными режимами, химическими и физическими свойствами, подверженных вредному механическому действию ветра или воды[18] [19].

Из приведенных определений, характеризующих использование водных ресурсов, становится ясно, что ключевым, основным, определяющим, общим является понятие «мелиорация», а остальные выступают по отношению к нему в качестве особенных, единичных. По нашему глубокому убеждению, именно мелиорация стала тем первым шагом человечества в процессе «окультуривания» окружающей среды, ее вовлечения аграрным обществом в сельскохозяйственный оборот на основе использования земельных и водных ресурсов путем возделывания растений риса, пшеницы и других для производства прежде всего зерновых. Именно в таком первоначальном смысле как возделывать (т.е. культивировать - от латинского «культура» - возделывание) слово «культура» применялось в Древнем Риме. Позднее оно было распространено на процессы воспитания, образования, развития человека, обозначая основные направления улучшения - (подчеркнуто нами - В.Б.) социальных качеств человека и формирования его личности.

Как видим, в этом смысле понятия мелиорации и культуры пресекаются, означая, прежде всего, процесс улучшения земель с применением и использованием водных ресурсов для создания оптимальных условий выращивания сельскохозяйственных культур, необходимых условий выращивания сельскохозяйственных культур, необходимых для социокультурного воспроизводства человечества. Отголоски фиксации такого взаимопересечения мы находим даже во многих агрономических терминах. Например, широко известное слово «культивация», происходящее от позднелатинсокго - cultivo (обрабатываю, возделываю)[20] и означающее рыхление культиваторами - специальными, навесными механизмами на тракторе - поверхностного слоя обработанной почвы без ее переворачивания. Важно то, что с помощью культивации не только уничтожаются сорняки острыми, стреловидными лемехами, заглубленными параллельно почве, но и происходит предохранение земли от высыхания. Тем самым происходит улучшение условий роста растений с помощью так называемого «сухого» полива, то есть мелиоративного процесса.

Развитие мелиорации, но именно грамотное ее построение и применение, является одним из направлений достижения рационального использования водных ресурсов в условиях современной цивилизации и оптимизации остро стоящей глобальной экологической проблемы в системе взаимоотношений «человек - природа». Также ясно видно, что водная мелиорация сыграла важную роль в возникновении первых цивилизаций. Именно мелиорация, возникнув в определенных культурноисторических ареалах, в руках человека стала активным орудием его преобразовательной деятельности не только окружающей среды, но и средством переустройства собственно жизнедеятельности людей, а также способом их целерационального развития в тех локально-ограниченных условиях речных цивилизаций Древнего Египта и Месопотамии.

В процессе постижения мелиорации первыми речными цивилизациями древности происходило ускорение, расширенное увеличение, уверенное приобретение нового способа получения человечеством энергии от окружающего природного мира, когда люди, строя для накопления воды дамбы, используя дренаж при осушении болот, создавая оросительные каналы для ирригации при подведении воды на поля, научились собирать обильные урожаи. Наряду с этим люди древних цивилизаций обретали не только ценностно-материальное, но и ценностнодуховное понимание и значение воды, водных ресурсов в их жизни, когда понятия и понимание воды и жизни соединялось в единое целое, а вода, как ценностный символ жизни, позволила осмыслить и рационализировать цель и смысл человеческого существования в рациональном определении целей и задач, необходимых для социокультурного воспроизводства, что неминуемо отражалось в мифологии и религии, соответственно которым развивалось дальнейшее социальное действие.

Можно согласиться с тем мнением, что «религиозный взгляд на мир и сопутствующий ему тип мироощущения, центрированный на вере в непостижимое, божественный источник существующего, первоначально складываются в границах мифологического сознания. Целостное нерасколотое единство восприятия мира характерно для философии мелиорации, отражающей гармонию человека и природы в древних цивилизациях, находило реальное воплощение в работе земледельцев и, прежде всего, в орошаемом земледелии. Сообразно с логикой мифа (например, о всемирном потопе и других) можно препарировать соцокультур- ные явления или созидать идеальные конструкции. Миф - первая форма рационального постижения мира, его образно-символического воспроизведения и объяснения, выливающихся в предписанное действие (система орошаемого земледелия - основа древних цивилизаций). Миф превращает хаос в космос, создает возможность постижения мира как некоего организованного целого, выражает его в простой и доступной схеме, которая могла претворяться в магическое действие как средство покорения непостижимого»'.

Таким образом, основа философского толкования и объяснения окружающего мира, а также социального действия в определенных цивилизационных условиях была сформулирована в контексте развития мелиорации как одного из способов рационального использования водных ресурсов в социокультурных условиях древности. А мелиоративная способность человечества упорядочивать водопользование, конструировать, создавать и изменять при этом земельные ландшафты способствовала росту экологически-ценностного сознания, ориентированного на установление гармонии в отношениях общества с природой. Созданная трудом человека «мелиоративная» повседневность определяла, таким образом, осознание упорядоченности и подконтрольности окружающего природного мира. И вполне закономерно, что в древности почти все цивилизации были основаны на мелиоративном орошении земель.

В силу природно-климатических условий, ландшафтноравнинных особенностей, расположения на их поверхности, нахождения и примыкания к ним значительных водных ресурсов, в мире существовали локальные регионы, которые изначально, издревле были наиболее благоприятны для возникновения древнейших цивилизаций, основанных на мелиорации. Как правило, это были ареалы, включающие «широкие, пригодные для обработки равнины, орошаемые реками, узкие перешейки, архипелаги, совпадающие с центрами культурных растений. Они являлись своеобразными полосами притяжения первобытных людей»[21] [22]. Арнольд Дж. Тойнби выделяет несколько таких ареалов на примере генезиса египетской, шумерской, китайской, майянской и андской, миной- ской, полинезийской цивилизаций[23].

Египетская, шумерская и китайская цивилизации были, что называется, чисто «речными», поскольку вызов, столь необходимый для их генезиса был определен условиями речных долин Нила, Тигра и Евфрата, а также Желтой реки в Китае. Генезис же майянской и андской цивилизаций стал ответом не на вызов лесов амазонского бассейна, а на два совершенно различных вызова, один исходил с Андского нагорья, другой - с побережья Тихого океана. Генезис минойской цивилизации связан с вызовом моря, развитием судоходства и использованием человеком морских водных ресурсов. Тем самым происходил процесс расширенного использования водных ресурсов, когда наряду с речными стали играть все возрастающую роль морские водные ресурсы в энергообмене человечества с природой. Развитие судоходства потребовало замены мускульной энергии гребцов, приводящих в движение суда, энергией ветра с помощью парусной оснастки, что резко увеличило возможности мореплавания, приведшего к росту рыболовства и потребления морепродуктов, а также к открытию новых земель.

Следующий этап в использовании водных ресурсов человечеством связан с изобретением водяного колеса и применением энергии рек для хозяйственных нужд человека и промышленного производства. Но революционным шагом в этом направлении стало изобретение парового двигателя, резко повысившего энерговооруженность человечества на основе использования водных ресурсов путем их преобразования в пар. Паровой двигатель стал основной энергетической установкой в промышленности, а затем на железнодорожном транспорте и в судоходстве, когда пароход утвердил свое господство в военно-морском, гражданском, торговом и рыболовецком флотах. Именно такое использование водных ресурсов стало составным элементом зарождения и дальнейшего развития техногенной цивилизации.

Техногенная цивилизация основана на понимании человека, как деятельно-преобразующего существа, которому противостоят природа, прежде всего, в виде неорганической ее части, представляющей ресурсы человеческой деятельности, среди которых водные ресурсы занимают весьма значительную долю. Видя, сколь огромны океаны и моря, окружающие сушу с ее речными и другими водоемами, человечество техногенной цивилизации в массе своей полагало (и продолжает во многом так считать), что водные ресурсы вместе с содержащимися там рыбами и другими живыми и растительными организмами безграничны, представляя собой мировую бездонную бочку для удовлетворения растущих человеческих потребностей.

И если мифологически и религиозно регулируемый человек древних «речных» и «морских» цивилизаций традиционалистского типа, описанных А. Тойнби, был подчинен природе, частью которой он являлся, то современному техногенному человеку с его идеалами и ценностями суверенной, активной, автономной личности присуще понимание господства над природой, в которой он - высший и полновластный хозяин, господин и распорядитель. Причем, инновационные изменения и прогресс в техногенной цивилизации выступают в качестве главных ценностных приоритетов, а инновация, как главная регулятивная ценность, направлена на покорение, подчинение, рационализацию используемых сил и явлений природы, ее ресурсов, в том числе, - водных. Примерами в этом плане могут послужить все возрастающие мощности новых насосов для перекачки воды, увеличение тоннажа и водоизмещения танкерного флота для перевозки нефти, ввод в действие все новых, более технически совершенных кораблей и орудий лова рыбы на рыболовецком флоте.

Последнее служит доказательством одной из причин исчезновения целых популяций промысловых рыб, как это случилось с треской. Эта рыба вылавливалась на протяжении столетий в Средние века, Новое и Новейшее время, став кормилицей Старого и Нового света, но развитие промышленно поставленного вылова этой рыбы с применением сверхогромных сетей, новейших рыболовецких супертраулеров, оснащенных мощными холодильниками, с спользованием огромных плавучих заводов по переработке этой рыбы привело к тому, чего никто не желал, делая свое «маленькое» дело. Произошла объективация субъективной деятельности как отдельного человека, так и всего человеческого сообщества, в результате - изменилось состояние водных ресурсов Атлантического океана, и треска практически исчезла, объективно исчезли миллионные, миллиардные косяки этой ценной промысловой рыбы.

В результате многие страны стали вводить квоты и зоны вылова. Исландия ввела последовательно трехсотмильную зону, вызвавшую недовольство Великобритании, которая послала в обозначенную зону даже свои военные корабли. Это послужило началом трений между странами как в прямом смысле - на море, так и в политическом. Что получило название «тресковой» войны. Другие же страны, оставив в стороне иррациональные эмоции, пошли по более рациональному пути. К числу их принадлежит Норвегия, организовавшая в промышленных масштабах и специально выделенных прибрежных водоемах воспроизводство трески, а также установившая суровые меры наказания и штрафы за бесконтрольный вылов трески.

Использование водных ресурсов Мирового океана в условиях современной техногенной цивилизации конца XX - начала XXI веков отмечено целым рядом техногенных катастроф как локального, так и международного характера. Связано это прежде всего, по нашему глубокому убеждению, с рациональной, а может, и иррационально-волевой установкой социального действия, уверенностью, что человек всегда прав в отношении природы, так как он - ее творение, венец. Но первое часто забывается, а второе глупо выпячивается. Кроме того, человек переоценивает моральность своего возрастающего социального действия по отношению к природе. Также немаловажным отрицательным фактором является самоуверенность, что человек многое знает, все у него просчитано, все обосновано, как это не раз бывало при строительстве водохозяйственных объектов, плотин, дамб, каналов, а также при выдвижении и предложении грандиозных проектов, например, по строительству буровых платформ по добыче нефти.

Поэтому необходимо не только знать, но и сознательно исполнять и применять правила использования техники в виде той или иной технологии. В этом отношении «технология представляет собой осознанное и притом социальное, а не биологическое по своей природе использование техники. С усложнением технологий накапливаются огромные объемы правил, образующих особый регулятивный мир. Смена крупных технологических эпох сопровождается экспоненциальным ростом регулятивного мира»1. Следует также согласиться с тем, что «чем выше уровень функционирующих в обществе технологий, чем сложнее комплексы используемых в них правил, норм, стандартов и эталонов деятельности, тем больший объем знаний требуется для обеспечения жизнедеятельности общества, его институтов и организационных форм»[24] [25].

В то же время необходимо отметить, что не каждое общество современной техногенной цивилизации, требующей развития науки и знаний для внедрения новых технологий, автоматически становится обществом, основанным на знаниях, и может быть названо таким в решении глобальной проблемы рационального использования водных ресурсов. Сама по себе вода не несет каких-либо проблем человечеству, а вот степень и точность научных знаний о ней, построение и использование технологий ее соединения с обществом, строительства водоснабжающих и водоотводящих объектов, знание и ответственное выполнение правил и международных норм, например, при добыче в Мировом океане нефти и транспортировке ее в те или иные страны, - все это способствует максимизации или минимизации возникновения рисков и неустойчивости социального движения.

Очевидный недостаток научно-обоснованной, «знаниевой» рациональности на этапе социального проектирования и конструирования тех или иных объектов, связанных с использованием водных ресурсов, в условиях их крушения или техногенных аварий современной техногенной цивилизации, компенсируется манипуляционным стремлением «объяснить», «рационализировать» общественную необходимость технических решений реализованных проектов, потерпевших крах и приведших к нарушению экологического равновесия общества и природы. Особое значение приобретают в этом отношении ценностно-смысловые и институциональные основания социокультурного кода современной техногенной цивилизации, как это происходило, например, в случае крушения танкера у берегов Испании и разлива нефти на ее северо- западном побережье, когда в ликвидации ее последствий объединились практически все слои населения, а наследный принц испанской монархии Филипп, находившийся в данном районе, познакомился с тележурналисткой Летисией, ставшей затем его супругой.

В условиях нестабильности и неустойчивости современных цивилизационных отношений в экосистеме «человек-природа» становятся возможными два сценария ее стабилизации и развития. Во-первых, нахождение новых консенсусно-ценностых оснований ее функционирования. Во-вторых, усиление возможностей для манипулятивных действий в отношении сознания масс и отдельной личности. В этом отношении не вызывает возражений позиция, связанная с утверждением возможности «дать определение цивилизационному типу механизма манипуляции сознанием личности, как теоретическому конструкту для обозначения специфической организации универсалий внутри социального механизма манипуляции сознанием личности в зависимости от таких характеристических признаков цивилизационного типа, как ценностно-смысловые компоненты, содержание духовной жизни, институциональные компоненты, специфика общественных структур»1.

Таким образом, в контексте данного диссертационного исследования важны не только унитарный, стадиальный и локально-исторический подходы, определяющие цивилизации как уникальные локальноисторические общности[26] [27], в которых существовали и существуют свои специфические социокультурные особенности организации и регулирования потребления водных ресурсов в процессе реализации идеала прогрессивного человечества, как единого целого на том или ином этапе его развития. Существенным в таком случае становится также аксиологический тип определения, когда цивилизация понимается здесь, как совокупность ценностей, либо оценочно, например, как «присущий самой истории технологический проект, ориентированный на покорение природы, но оборачивающийся порабощением самого человека, удушением культуры и угнетением жизнетворного Эроса» (Г. Маркузе)»1.

Развитие техногенной цивилизации врывается в различные пределы современного глобализированного мира, побуждая локальные, ограниченные ареалы модернизироваться и вставать на путь техногенного развития, одновременно вызывая глубокие кризисы, среди которых самым значительным является экологический. Но данный кризис связан не только с загрязнением окружающей среды, но прежде всего с ценностным, отношением и ценностной оценкой этого процесса в сознании и поведении различных групп людей. Ясно, что ценностные приоритеты природопользования не остались без изменений. Требует своего изменения и система ценностных регуляторов человеческой деятельности в использовании водных ресурсов, которые обретают все большую материальную и духовную ценность в качестве не только источника жизни на Земле, но и в связи с возможностями появления новых технологий обеспечения энергетического будущего нашей планеты. Ведь не за горами то время, когда человечество овладеет технологией термоядерного синтеза с его поистине безграничными возможностями энергетического производства, когда реальностью станет использование воды в качестве основного элемента для производства водорода как «топлива» для двигателей будущего. Поэтому невозможно не согласиться в этой связи со В.С. Степиным, который справедливо указывая на то, что техногенная цивилизация открывает новую зону риска, тем не менее, пишет: «Сегодня ускоренные темпы социального развития многое меняют в культуре и жизнедеятельности людей. Ряд базисных ценностей техногенной цивилизации проблематизируется, возникают точки роста новых ценностей, открываются новые перспективы диалога культур. Их надо отследить, выявить и посмотреть, насколько они жизнеспособны, какие последствия могут вызвать. Анализ предполагает выяснение новых смыслов мировоззренческих универсалий, которые могут формироваться в науке, в технологиях, искусстве, нравственности, в политическом и правовом сознании. Такой анализ и есть цель философии»[28] [29].

Риски в качестве социальных последствий использования водных ресурсов накапливались постепенно в различных обществах, культурах и цивилизациях, в ходе изменений, вызванных человеческой деятельностью, но их существенное увеличение произошло в условиях современной техногенной цивилизации. Тем самым, нерациональное использование водных ресурсов человечества обусловлено, прежде всего, техногенным, рискогенным влиянием человека на социоприродную систему, в результате чего социальная часть этой системы «возвысилась» над природной, что чревато рисками и техногенными катастрофами. Общество, не имея возможности полностью контролировать природные процессы, повернуло их качество в направлении превращения в искусственно обусловленные. На современном этапе разрушение природы и деформация ее водных ресурсов в условиях роста промышленного производства становится интегральной составляющей социально-экономической и политической жизни. Скрытым побочным эффектом обобществления природы стало обобществление разрушения природы и нанесение ей ущерба, превращение ее в экономические, социальные и политические противоречия и конфликты, что обернулось глобальными медицинскими, социальными и экономическими угрозами для человека, усиливающимися по мере роста социальной неопределенности и выдвигающими совершенно новые требования к социальным и политическим институтам высоко- индустриализированного мирового сообщества.

В социально-философской литературе поставлена проблема «косвенного» геноцида в современном обществе, одной из форм которого является целенаправленное и губительное по своим последствиям изменение природных условий и ландшафтов, что является одной из причин угрожающей ситуации в системе экологической безопасности современной цивилизации. Преднамеренность и целерациональность геноцида в отношении природы в современном мире повышает уровень ответственности каждого государства и общества за кризисные явления в экологической сфере, но осознание этого не привело к снятию экологической напряженности, связанной с состоянием водных ресурсов Земли, и устранению факторов, угрожающих экологической безопасности современной цивилизации.

  • [1] 2 Сорокин П.П. Человек. Цивилизация. Общество / Общ.рсд. АЛО. Согомонов. М.;1992. С. 218-219.
  • [2] Уайт Л. Избранное: Наука о культуре / Пер. с англ. М.; 2004. С. 418.
  • [3] Там же. С. 387.
  • [4] Уайт Л. Избранное: Наука о культуре / Пер. с англ. М.; 2004. С. 382.
  • [5] 2 Уайт Л. Избранное: Наука о культуре / Пер. с англ. М.; 2004. С. 382.
  • [6] Гарсия Д. О понятиях «культура» и «цивилизация» // Вопросы философии. 2002.№ 12. С. 232.
  • [7] Степин В.С. Философия и эпоха цивилизационных перемен // Вопросы философии. 2006. №2. С. 16-17.
  • [8] Тойнби А. Дж. Постижение истории: Сборник / Пер. с англ. Е.Д. Жаркова. М.;2003. С.30-31.
  • [9] Там же. С.30.
  • [10] Там же. С. 114.
  • [11] Тойнби А. Дж. Постижение истории: Сборник / Пер. с англ. Е.Д. Жаркова. М.;2003. С. 114.
  • [12] Там же. С. 120.
  • [13] Там же. С. 121.
  • [14] Советский энциклопедический словарь/ Гл. рсд. А.М.Прохоров. - 3-е изд. М.;1984. С.73.
  • [15] Там же. С. 357.
  • [16] Там же. С. 411.
  • [17] Там же. С. 505.
  • [18] Там же. С. 937.
  • [19] Советский энциклопедический словарь/ Гл. рсд. А.М.Прохоров. - 3-е изд. М.;1984.-С.785.
  • [20] Советский энциклопедический словарь/ Гл. рсд. А.М.Прохоров. - 3-е изд. М.;1984. С.668.
  • [21] Волосухин В.А., Николаева Л.С., Данцсв А.А., Чеботарева В.И., Кирсанова Е.П.Эколого-мелиоративные проблемы в научном знании: учеб, пособие для аспирантов и соискателей. Новочеркасск, 2006. С. 29.
  • [22] Волосухин В.А., Николаева Л.С., Данцсв А.А., Чеботарева В.И., Кирсанова Е.П.Эколого-мелиоративные проблемы в научном знании: учеб, пособие для аспирантов и соискателей. Новочеркасск, 2006. С. 31.
  • [23] Лубский А.В. Цивилизация: пропедевтика научного дискурса // Драч Г.В., Луб-ский А.В., Эфендиев Ф.С. Этнос. Культура. Цивилизация: Монография. Ростовн/Д. 2005. С. 120-132.
  • [24] Ракитов А.И. Регулятивный мир: знание и общество, основанное на знаниях //Вопросы философии. 2005. № 5. С. 87.
  • [25] Там же. С. 89.
  • [26] Колесникова Г.И. Социальный механизм манипуляции сознанием личности: Монография. -Ростов н/Д: Изд-во ЮФУ, 2010. С. 158.
  • [27] Лубский А.В. Цивилизация: пропедевтика научного дискурса // Драч Г.В., Луб-ский А.В., Эфендиев Ф.С. Этнос. Культура. Цивилизация: Монография. Ростовн/Д. 2005. С. 136.
  • [28] Плотников В.И. Цивилизация // Социальная философия: / Сост. и рсд. В.Е. Кме-ров, Т.Х. Керимов. М.; 2003. С. 522.
  • [29] Стспин В.С. Философия и эпоха цивилизационных перемен // Вопросы философии. 2006. № 2. С. 26.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >