К НОВОЙ ПАРАДИГМЕ: НИ СОЦИАЛИЗМ, НИ КАПИТАЛИЗМ

Хозяйственная жизнь не может быть ни господствующей, ни самодовлеющей. Она должна быть подчинена высшим началам жизни. В этом триада рассматриваемых мыслителей была убеждена. Наблюдается как непомерное преувеличение значения народного хозяйства, господство экономики над всей жизнью, так и непомерное пренебрежение к хозяйству, третирование его как чего-то низменного и недостойного. И в том и в другом случае хозяйство становится давящей бездушной силой. «Забывают, — писал Бердяев, — что хозяйство есть обнаружение силы человеческого духа и что через него осуществляется миссия царственного призвания человека в природе» (20, с. 293).

Каждый, наверное, знает евангельский рассказ об искушениях Христа в пустыне и, в частности, о первом из них. «И, постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал. И приступил к Нему искуситель и сказал: если ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сделались хлебами. Он же сказал ему в ответ: написано: не хлебом одним жив будет человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих». (Мф. 4, 2—4).

У Достоевского в речи Великого Инквизитора, обращенной к Христу в пустыне, содержится первый вопрос или искушение в авторской интерпретации: «Ты хочешь идти в мир и идешь с голыми руками, с каким-то обетом свободы... А видишь ли сии камни в этой нагой и раскаленной пустыне? Обрати их в хлебы, и за Тобою побежит человечество, как стадо, благодарное и послушное, хотя и вечно трепещущее, что Ты отнимешь руку Твою, и прекратятся им хлебы Твои. Но Ты не хотел лишить человека свободы и отверг предложение, ибо какая же свобода, рассудил Ты, если послушание куплено хлебами. Ты возражал, что человек жив не единым хлебом, но знаешь ли, что во имя этого самого хлеба земного и восстанет на Тебя дух земли и сразится с Тобой и победит Тебя, и все пойдут за ним, восклицая: „кто подобен зверю сему, он дал нам огонь с небес“. Знаешь ли Ты, что пройдут века, и человечество провозгласит устами премудрости своей, что преступления нет, а стало быть, нет и греха, а есть лишь только голодные. Накорми и тогда спрашивай с них добродетели» (22, с. 208). И первое искушение в грандиозных размерах переживается в наши дни, замечает Булгаков, когда человечество, приобретя некоторое частичное умение превращать камни в хлебы, поверило в это превращение, как в единственный путь спасения человечества. Оно, вняв голосу искусителя, соблазнилось его соблазном. Это и есть религиозный соблазн социализма.

С.Н. Булгаков отмечает: «Каждый верующий христианин в меру своей веры должен охранять свою духовную свободу от хозяйства, не отдавать себя всего и до конца хозяйственной работе, не признавая хозяйственной стихии первой и определяющей человеческую жизнь и свободу...Самое богатое развитие производительных сил, экономический расцвет может сопровождаться таким порабощением человека хозяйственной стихии, таким духовным его пленением, какого не наблюдается и при крайней бедности. Вообще трудно „надеющемуся на богатство44, ему отдавшему свое сердце, входить в Царство Небесное, подниматься к духовной свободе» (22, с. 211).

Социализм хочет вызволить человечество из плена хозяйственной неволи, которая тяготеет над всем человечеством. Труд в поте лица с терниями вместо хлеба — таков удел человечества. Жизнь превратилась в борьбу с бедностью, которая выражается в стремлении к богатству. И эта хозяйственная забота изнуряет дух человека. А нельзя ли завоевать свободу от хозяйства в наш век, когда «производство богатств» достигло небывалых размеров?

Свободу от хозяйства, замечает Булгаков, можно представлять себе двояко: как свободу духовную и как свободу хозяйственную, осуществляемую «развитием производительных сил». Первая достижима на пути религиозном. Вторая же соответствует социалистическим «обетованиям».

С точки зрения нравственной философии капитализм и социализм — одно и то же. Человек в этих системах рассматривается как средство, а не цель. Сколько написано про ужасы, сопровождающие накопление капитала! Сколько написано про трудовые ужасы социалистических пятилеток! Сколько там и там загубленных и искалеченных жизней! Счет идет на миллионы с каждой стороны. И все ради чего? Ради обладания отдельным индивидуумом или группой индивидуумов материальными богатствами.

Приведу отрывок из работы Соловьева «Оправдание добра. Нравственная философия».

«Если современное состояние образованного мира ненормально в нравственном смысле, то виною этого не то или другое учреждение само по себе, а общее понимание и направление жизни в современном обществе, в силу которых главным делом все более и более становится вещественное богатство и сам общественный строй решительно превращается в плутократию. Общественная безнравственность заключается не в индивидуальной и наследственной собственности, не в разделении труда и капитала, не в неравенстве имущества, а именно в плутократии, которая есть извращение должного общественного порядка, возведение низшей и служебной по существу области — экономической — на степень высшей и господствующей и низведение всего остального до значения средства и орудия материальных выгод. Но к этому извращению, только с другой стороны, приходит и социализм. Если для представителя плутократии нормальный человек есть прежде всего капиталист, а потом уже — гражданин, семьянин, образованный человек, член какого-нибудь религиозного союза, то ведь и с точки зрения социализма все остальные интересы теряют значение, отступают на задний план, если не совсем исчезают, перед интересом экономическим, и здесь так же низшая (по природе своей), материальная область жизни, промышленная деятельность, становится решительно преобладающею, закрывает собою все остальное. То обстоятельство, что социализм изначала — даже в самых идеалистических своих выражениях — ставит нравственное совершенство общества в прямую и всецелую зависимость от его хозяйственного строя и хочет достигнуть нравственного преобразования или перерождения исключительно лишь путем экономического переворота, ясно показывает, что он, в сущности, стоит на одной и той же почве с враждебным ему мещанским царством — на почве господства материального интереса. У обеих сторон один и тот же девиз: „О хлебе едином жив будет человек44.

Если для представителя плутократии значение человека зависит от обладания вещественным богатством в качестве собственника или приобретателя, то для последовательного социалиста точно так же человек имеет значение лишь как обладатель материального благосостояния, но только в качестве производителя; и здесь и там человек берется как экономический деятель, отвлеченно от других сторон его существа; и здесь и там окончательною целью и верховным благом признается экономическое благосостояние, и борьба между двумя враждебными станами не принципиальная» (17, с. 309—310).

С.Н. Булгаков в работе «Христианство и социа- лизм»утверждал, что основная черта социализма — его глубокое мещанство, «буржуазность». Это давно уже было подмечено наблюдательными умами. Для А.И. Герцена, например, весь европейский мир представлялся расколовшимся на два стана: буржуа имеющих и боящихся за свое достояние и буржуа неимущих, но завидующих чужому достоянию. «Но что мог бы Герцен сказать в наши дни, когда русский рабочий класс проявил такие аппетиты, такой классовый эгоизм, что уже вполне заслужил название социалистических „буржуев“ или мещанских социалистов. Можно различно определять мещанство. Вернее всего оно может быть понято чрез противопоставление религиозному мироощущению, для которого руководящими являются не личные и не здешние, потусторонние ценности из царства не от мира сего, между тем как для мещанства все исчерпывается интересами и успехами этого мира. Мещанство есть духовная опасность, которая всегда подстерегает всякую душу на пути ее религиозной жизни, оно есть болезнь духа, его расслабление и отяжеление. В социализме же мещанство приобретает, можно сказать, воинствующий характер. Здесь борьба за свои экономические интересы, личные и классовые, проповедуется как основное, руководящее начало жизни. Удивительно ли, что, когда социализм показывает свое подлинное лицо, как теперь в

России, где все обезумели в какой-то оргии хищничества, то обезумели в какой-то оргии хищничества, то лицо это выглядит мещанским до отвратительности, в нем обнажаются самые низкие, животные инстинкты человеческой природы. Таков духовный лик и современного русского социализма, этого „социал-буржуйства“. Своей проповедью мещанства социализм обедняет, опустошает душу народную. Он сам с ног до головы пропитан ядом того самого капитализма, с которым борется духовно, он есть капитализм навыворот» (22, с. 223).

Н.А. Бердяев предупреждал, что господство экономики есть извращение иерархического строя жизни. Проблема иерархичности общества и космоса вообще — интересное направление мысли, не встречающееся ни у Соловьева, из которого выводили все, ни у Булгакова. В «Философии неравенства» Бердяев часто обращается к этой теме. Она, естественно, тоже вписывается в философскую систему добра, как почти все, что есть лучшего у Бердяева и Булгакова. Трудно пересказать строй мысли Бердяева, изложенной, как обычно, хорошим языком и тезисно. Поэтому лучше предоставить слово самому автору: «Хозяйство есть иерархическая система. Его нельзя мыслить атомистически. Оно не может быть ареной борьбы всех против всех. Всякое хозяйство есть организованный труд, есть регуляция стихийных сил. Хозяйство есть взаимодействие рациональных и иррациональных сил. Это верно и по отношению к тому капиталистическому хозяйству, которое социалисты любят называть анархическим. Анархическим капиталистическое хозяйство можно назвать лишь в очень условном и относительном смысле. Зло капиталистического хозяйство связано с духовной жизнью людей этой эпохи, с их религиозным и моральным падением, а не с экономической стороной капитализма самой по себе. Именно потому, что хозяйство есть иерархическая система, а не механизм, слагающийся из атомов, в основе его лежит личность с ее качествами и способностями, с ее дисциплиной труда. Для хозяйства имеет значение аскетическая дисциплина личности, и известного рода аскетика необходима для хозяйственного труда» (20, с. 301).

Пришло время поговорить об этом подробнее.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >