Философия помощи в эпоху Просвещения

Философы и мыслители Нового времени также обращаются к проблемам социальной работы.

Вопросы оказания помощи человеку рассмотрены в работах Ж.-Ж. Руссо. Философ придавал большое значение воспитанию, считая, что посредством правильного воспитания можно сделать человека свободным и счастливым вследствие выполнения им своих человеческих обязанностей. Считая сострадание естественным человеческим чувством, Руссо вместе с тем предостерегает от вырождения его в слабость; жалость к злым он считает жестокостью к людям[1].

В основе позиции И. Бентама лежит фундаментальный «принцип полезности», согласно которому любые действия следует поощрять или порицать в зависимости от их способности усиливать или ослаблять пользу для отдельного индивида или группы индивидов. Этот принцип не доказуем на основе какого-либо другого принципа, так как имеет абсолютно характер. Все законы и общественные институты следует оценивать с точки зрения того, насколько они соответствуют данному принципу, т.е. способствуют наибольшему счастью наибольшего числа людей. Исследуя место и роль морали в человеческом обществе, И. Бентам сделал вывод о том, что она, как и законодательство, является способом регуляции человеческого поведения с целью обеспечения наивысшего счастья, благополучия и пользы наибольшему числу людей[2]. Следовательно, в качестве основного механизма социализирующей деятельности И. Бентам рассматривает мораль.

А. Шопенгауэр особое внимание уделил состраданию. В своем учении о сострадании указывал, что оно является основой человеколюбия и наиболее частым мотивом оказания помощи индивиду, оказавшемуся в трудной жизненной ситуации. Воспринимая чужое горе или нужду как свои собственные, индивид никого не обидит, со всяким будет считаться, всякому прощать, всякому, насколько в его силах, помогать, и все его действия будут носить печать справедливости и человеколюбия[3].

И.-Г. Фихте, признавая право каждого на владение собственностью и отмечая, что притязания у всех равны, поэтому каждый человек вправе обладать собственностью в неменьшей степени, чем любой другой, не забывает и о роли государства, которое должно способствовать для своего самосохранения тому, чтобы все наличное, подлежащее обращению в собственность имущество, по справедливости должно было быть поровну разделено между всеми, и к постепенному осуществлению этого равного раздела того, что неодинаково распределено природой и случаем, государство, руководимое той же природой, побуждается нуждой и заботой о своем сохранении[4] [5].

Особый интерес представляют идеи помощи человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию, нашедшие отражение в трудах великого немецкого философа И. Канта. Опираясь на идею разумности человека, Кант возлагает на него персональную ответственность за выбор собственного поступка, но одновременно — и за ситуацию в обществе. Он считает, что положение «делай высшее возможное в мире благо своей конечной целью» есть априорное синтетическое положение, которое вводится самим моральным закономJ. Он пишет о том, что родители имеют право воспитывать своего ребенка, а не только предоставлять ему питание и уход и формировать его как в прагматическом отношении, дабы он мог в будущем содержать и кормить себя, так и морально[6].

Кант анализирует также проблемы оказания помощи индивидам, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. Он полагает, что общество обязано содержать тех граждан, которые не могут самостоятельно содержать себя, так как существование этих лиц есть также акт отдачи себя под защиту и необходимую для их существования заботу общества. Далее он рассматривает вопрос об источниках и формах финансирования этой деятельности. Для обеспечения содержания малоимущих граждан государство может либо облагать налогами состоятельных граждан, либо выпускать процентные бумаги, доходы от которых пойдут в пользу бедных, причем эта последняя акция может осуществляться принудительно. Он считает, что только финансирование посредством текущих взносов соответствует праву государства, так как от этого способа не может уклониться тот, у кого есть чем жить, ибо текущие взносы, если сумма их возрастает вместе с числом бедных, не превращают состояние бедности в средство существования для ленивых людей (а этого можно опасаться в результате деятельности благотворительных заведений) и потому не могут стать несправедливым бременем, налагаемым на народ правительством[7].

Таким образом, деятельность по оказанию помощи человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию, должна, по мнению Канта, финансироваться за счет налогов. Одновременно он предостерегает от того, что благотворительная деятельность, вместо того чтобы решать проблему бедности, может стать одной из ее причин, отвращая человека от трудовой деятельности. В целом он делает вывод, что благотворительное заведение для бедных, инвалидов и больных, содержащееся на государственные средства (богадельни и больницы), действительно никогда не может прекратить свое существование[8] [9].

Анализируя проблему содержания детей-сирот (подкинутых из нужды или стыда) и детей, умерщвленных по этим причинам, Кант отмечает, что государство имеет право наложить на народ обязанность не допустить умышленной гибели этого, хотя и нежеланного, прироста государственно- го достояния , что вновь предполагает деятельное участие государства в решении этого вопроса.

Можно заключить, что, несмотря на отсутствие в текстах работ И. Канта современных терминов, таких как «социальная работа», «социальная помощь», «социальная поддержка», «социальное обеспечение» и др., речь в целом ряде фрагментов его работы идет именно о них. Взрослый индивид (социально зрелая личность) ответственен как за себя, так и за ситуацию в обществе, что обусловливает необходимость его участия в оказании помощи человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию. Понимая, что в государстве всегда есть индивиды, неспособные самостоятельно решить свои проблемы (бедные, вдовы, сироты и др.), Канг указывает на обязанность государства обеспечить им содержание, помощь и поддержку.

Значительным вкладом в развитие представлений о социальной работе можно считать труды Георга Вильгельма Фридриха Гегеля. В фундаментальной работе «Философия права» он среди прочих рассматривает вопросы социальной работы, т.е. содействии индивиду в решении его проблем. Необходимость такого содействия он объясняет прежде всего тем, что индивид не обладает инстинктивно тем, чем он должен быть, ему надлежит это приобрести в процессе воспитания и образования. На этом основано право детей на воспитание. Так же обстоит дело с народами при патриархальном правлении: люди получают пропитание из складов и не рассматриваются как самостоятельные и совершеннолетние[10].

Далее он указывает, что провести здесь границу между правами родителей и правами гражданского общества очень трудно[11] [12]. Вместе с тем общество имеет право действовать в этой сфере соответственно своим обычаям и установлениям, проверенным временем. Гражданское общество обладает правом и соответственно обязано следить за воспитанием детей и влиять на него, пресекая произвол и случайные намерения родителей, поскольку оно имеет отношение к способности человека стать членом общества, и особенно в тех случаях, когда воспитание совершается не родителями, а другими лицами, поскольку же в этом отношении могут быть приняты общие меры, общество должно их принять

Он указывает, индивид приобретает от других средства удовлетворения своих потребностей и должен производить средства для удовлетворения потребностей других. Следовательно, одно переходит в другое и связано с ним: все частное становится таким образом общественным[9]. Важным представляется вывод о том, что благодаря деятельности по воспитанию и образованию граждан из отдельных индивидов формируется целостность — общество.

Гегель анализирует проблемы содействия индивиду в решении его проблем на примере оказания помощи бедным слоям населения. В частности, он пишет, что субъективная сторона бедности и вообще всякого рода бедствий, которые могут постигнуть каждого индивида уже в его природной сфере, требует как субъективной помощи в отношении особенных обстоятельств, так и сердечной любви. Это та область, где при всех общих установлениях остается место для моральности. Но так как эта помощь для себя и в ее действиях зависит от случайности, то усилия общества направлены на то, чтобы выявить и установить в нужде и оказываемой помощи всеобщее и сделать субъективную помощь менее необходимой[14].

Можно заключить, что приоритет здесь отдается не столько индивидуальному подходу и основанной на нем адресной помощи, сколько категориальному подходу. Вместе с тем, по мнению Гегеля, при оказании помощи индивиду должен быть реализован гуманистический подход. До некоторой степени он предвосхитил содержание профессиональной работы, которое иногда выражается формулой «милосердие + умение». Важно, что Гегель сформулировал в этой работе одну из главных задач будущей профессиональной социальной работы: сделать субъективную помощь менее необходимой.

Гегель убежден, что общество имеет право и обязано устанавливать опеку также над теми, кто своей расточительностью уничтожает обеспеченность своего существования и существования своей семьи, и осуществлять вместо них цель общества и их цель. Так как гражданское общество обязано содержать индивидов, оно имеет также право заставлять их заботиться о средствах к существованию. Помощь индивиду, попавшему в трудную жизненную ситуацию, должна оказываться веем обществом, в том числе благотворительными учреждениями. Формы помощи могут быть разнообразными: от милостыни до предоставления приюта, лечения, образования и других. При этом случайность милостыни благотворительных учреждений должна быть дополнена общественными домами призрения, больницами и другими учреждениями социального профиля. Важно, что человек, попавший в трудную жизненную ситуацию, не может быть, с точки зрения Гегеля, предоставлен самому себе: обязанность общества — включиться в решение его проблем и предоставить всестороннюю помощь[15] [16]. Контроль со стороны государства при этом представляется обязательным.

Гегель полагает, что обеспечение бедным высокого уровня жизни за счет богатых слоев населения или благотворительных учреждений без опосредования его трудом противоречило бы принципу гражданского общества и чувству независимости и чести его индивидов. Неумеренная, необоснованная помощь бедным в ряде случаев приводит к возникновению «черни», т.е. людей, не обладающих стыдом и совестью, склонных к лени и расточительству, и полагает, что наилучшим средством против этого является предоставить бедных их судьбе и дать им возможность откры- 2

то нищенствовать .

Таким образом, идеи социальной работы, не являясь основной темой данных произведений И. Канта и Г.В.Ф. Гегеля, все же были в них отражены. Анализ подходов обоих великих философов позволяет выявить в них общее. И Кант, и Гегель убеждены, что общество не может оставаться в стороне, если некоторые его члены нуждаются в помощи. Они оба считают, что благотворительность (социальная работа в форме благотворительности) может как содействовать решению проблем общества посредством оказания помощи нуждающихся, так и, наоборот, способствовать усугублению этих проблем, если оказываемая помощь неадекватна ситуации и даже чрезмерна, так как может провоцировать паразитарные установки индивида. Единодушно мнение и по поводу финансирования социальной работы: оптимальный вариант — налогообложение, которое предоставит необходимые для этой деятельности средства.

Ф. Ницше относился к больным, престарелым, немощным с откровенным презрением и осуждением, утверждая, что человек, находящийся на «нисходящей линии развития» не представляет ценности. Больного он считал паразитом общества, требуя беспощадного подавления и устранения вырождающейся жизни. Альтруизм, с его точки зрения, дурной признак[17] [18] [19]. Сильные эпохи, аристократические культуры видят в сострадании, в «любви к ближнему», в недостатке самости и чувства собственного достоинства нечто презренное[20]. Он был убежден, что опасность положения человека сперва должна была разрастись до чудовищных размеров, ... суровость, насилие, рабство, опасность на улице и в сердце, ... все злое, ужасное, тираническое, хищное и змеиное в человеке так же способствует воз- вышению вида «человек», как и его противоположность . Вместе с тем Ницше не отвергал помощь человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию совсем; он предостерегал от безрассудного сострадания и помощи, полагая, что их необходимо сначала процедить сквозь сито разума; в противном случае они могут быть опасны. По его мнению, помощь должна оказываться тогда, когда ее результатом станет решение проблемы индивида. То есть его подход можно расценить как основанный на рационализме и прагматизме: если помощь не приведет к положительному результату, она вредна.

Можно заключить, что идеи социальной работы были представлены в многочисленных научных трудах европейских и восточных философов. Однако в них проблемы социальной работы в обществе не были самостоятельным предметом исследования и представлены в текстах фрагментарно. Вместе с тем это не умаляет их научной значимости. Идеи социальной работы, сформулированные двумя великими философами — И. Кантом и Г.В.Ф. Гегелем в XVIII и XIX вв., — актуальны и могут быть использованы в теории и практике социальной работы в современном мире.

Вопросы, связанные с оказанием содействия индивиду в его социализации и ресоциализации, рассмотрены в произведениях российских авторов, в том числе религиозных деятелей. Например, идеи помощи ближнему поддерживали и представители православного духовенства, однако в качестве высшей цели вспомоществования они называли совершенствование собственной души во имя приближения к Богу. Преподобный Сергий Радонежский, преподобный Иосиф Волоцкий, старец Серафим Саровский, Феофан Затворник[21] призывают делать добро, не ожидая прижизненного воздаяния, во имя Бога, во имя совершенствования собственной души и последующего посмертного блаженства. В призывах церковных иерархов мысль о душе богатого благотворителя прослеживается более четко, чем сострадание бедняку.

Проблемы оказания помощи нуждающимся отражены и в светских источниках, таких как «Домострой», «Пчела», «Златоуст» и более поздних, однако не являются самостоятельным предметом изучения[22]. Они включают в себя нравоучения, моральные нормы, которые необходимо соблюдать в общественной и семейной жизни, и правила участия в оказании помощи индивиду вообще и благотворительной деятельности в частности. Нормы и правила являются продолжением и развитием сложившихся в славянской древности обычаев и традиций в отношении помощи и взаимопомощи, а также идеологии православия. В этих источниках указывается, что оказание помощи нуждающемуся — богоугодное дело. Например, в монастыре и в больнице, в затворничестве и в темнице заключенных посещай и милостыню по силе своей возможности подавай, что попросят; вглядись в беду и страдания, во все их нужды и помогай, как сможешь, и всех, кто страдает в бедности и в нужде, как нищего не презирай, пригласи в свой дом, напои, накорми, согрей, с любовью и с чистою совестью приветь; их молитвами получишь от Бога милости и грехов отпущение. Поминай и родителей своих покойных подношением в церковь божию на панихиду и на службы и дома поминки по ним устраивай, а нищим раздай милостыню: тогда и тебя не забудет Бог[23].

Проблемы оказания помощи человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию, приобщения и возвращения его к социально одобряемому образу жизни отражены и в русской классической философской литературе. Так же, как и в европейской философии, словосочетание «социальная работа» в трудах отечественных философов не упоминается. Однако особое место в работах отечественных философов занимает тема содействия человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию, в ее преодолении.

Проблематика помощи нуждающимся находит свое дальнейшее развитие в работах многих русских философов, которые рассматривали вопросы помощи человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию, в контексте социальных отношений. П.Я. Чаадаев, Н.Г. Чернышевский, П.Л. Лавров, Н.К. Михайловский[24] в своих произведениях говорят о том, что делать добро человеку естественно. По их мнению, такие действия рациональны, так как приносят пользу самому творящему добро, обеспечивая мир в его душе и мир вокруг него. Другими словами, помогать ближнему необходимо, поскольку этого требует не только здравый смысл, но и задачи совершенствования личности творящего добро и совершенствования мира в целом.

П.А. Кропоткин в результате наблюдений за жизнью патриархальных обществ, сообществ животных и на основе анализа научной литературы пришел к выводу о существовании инстинкта общечеловеческой солидарности, т.е. круговой поруки между всеми людьми, и общежительности. Он писал, что инстинкт общительности, который медленно развивался среди животных и людей в течение чрезвычайно долгого периода эволюции, с самых ранних ее стадий, научил в равной степени животных и людей сознавать ту силу, которую они приобретают, практикуя взаимную помощь и поддержку, и сознавать удовольствия, которые можно найти в общественной жизни[25]. На этом основании он делает вывод о том, что взаимопомощь является фактором эволюции и указывает на единые для человека и животных корни деятельности по оказанию помощи — это природа живых существ и их сообществ, в частности, природа человека и человеческого общества.

Вопросы помощи человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию, нашли свое отражение в работах В.С. Соловьева. Он обосновывал положение, согласно которому принцип благотворения или милостыни есть высшее развитие общественности. Возражая противникам благотворительности, он писал, что, отвергая милостыню во имя труда, необходимо прежде всего позаботиться обо всех тех, кто не может трудиться, — о стариках и детях, о больных и увечных; сверх того, следует и всех других избавить от труда непосильного или вредного, т.е., прежде чем объявлять заповедь милосердия излишнею, должно исполнить ее[26]. По его мнению, жалость есть индивидуально душевный корень социальных отношений[27].

Главным субъектом социальной работы, с точки зрения В.С. Соловьева, должно быть государство, так как оно, по убеждению философа, существует не для покровительства частным порокам (скупости и лицемерию), а для забот о всеобщем благе, и высшая его задача связана именно с заповедью милосердия: помогать слабым, защищать угнетенных, благотворить неимущим.

Помощь должна быть адресной и адекватной ситуации, т.е. индивидуализированной: если нелепо предлагать деньги человеку, нуждающемуся в нравственной поддержке, то еще нелепее предлагать нравственное утешение голодному или больному, которому прежде всего нужны деньги на хлеб или лекарство[28]. Таким образом, философ рассматривал помощь человеку, попавшему в трудную жизненную ситуацию (социальную работу) в качестве одной из форм социальных отношений, что подтверждает ее социальную значимость.

  • [1] Руссо Ж.-Ж. Мысли о воспитании. М. : С. 245, 247.
  • [2] Бентам И. Введение в основания нравственности и законодательства. М. :РОССПЭН, 1998. С. 11, 31, 44, 77, 78, 84, 373—376; Деонтология, или наука оморали. СПб.: 1834. С. 8—36.
  • [3] Шопенгауэр А. Об основе морали // Две основные проблемы этики ; Афоризмыжитейской мудрости. Минск : Попурри, 1997. С. 268—278, 295—321.
  • [4] Фихте И.Г. Основные черты современной эпохи. СПб, 1906.
  • [5] Кант И. Об изначально злом в человеческой природе // Кант И. Сочинения. В 6 т.Т. 4. Ч. 2. М. : Мысль, 1965. С. 8.
  • [6] Кант И. Метафизика нравов. В 2 ч. // Кант И. Сочинения. В 6 т. Т. 4. Ч. 2. М. :Мысль, 1965. С. 196.
  • [7] Там же. С. 250.
  • [8] Там же. С. 297.
  • [9] Там же.
  • [10] Гегель Г.В.Ф. Философия права. М. : Мысль, 1990. С. 220.
  • [11] Там же. С. 235—236.
  • [12] Там же. С. 269.
  • [13] Там же.
  • [14] Там же. С. 270.
  • [15] Там же. С. 269—270.
  • [16] Там же. С. 272.
  • [17] Ницше Ф. Сумерки идолов. Соч. в 2 т. Т. 2. М. : Мысль, 1990. С. 586, 610, 611.
  • [18] Там же. С. 613.
  • [19] Ницше Ф. По ту сторону добра и зла. Соч. в 2 т. Т. 2. М. : Мысль, 1990. С. 275.
  • [20] 5 Нищие Ф. Воля к власти. Опыт переоценки всех ценностей. М. : Культурнаяреволюция, 2005. С. 503, 504.
  • [21] Федотов Г. Святые Древней Руси. М. : Московский рабочий, 1990. С. 147, 180; Оцели христианской жизни. Беседа старца Серафима Саровского с Н.А.Мотовиловым. Сергиев Посад : 1914; Феофан Затворник. Что есть духовная жизньи как на нее настроиться? М. : 1914. С. 38—60.
  • [22] См. наир.: Захарьин П. Путь к благонравию, или сокращенное наставлениеобучающемуся юношеству, содержащее в себе полезные и нравоучительныеправила для всякого звания и состояния людей. М. : 1793; Юности честное зеркало.СПб., 1717; Нравоучения для благородных воспитанниц общества благородныхвоспитанниц и ордена Св. Екатерины. СПб., 1813; Нравственная энциклопедия,содержащая обязанности человека в общежитии. М., 1804.
  • [23] См. напр.: Протопоп Сильвестр. Книга, называемая Домостроем. СПб. :Православное святоотеческое общество, 2011. С. 15.
  • [24] См. подр.: Чаадаев П.Я. Философические письма. Собр. соч. В 2 т. Т. 1. М., 1991.С. 452—477; Чернышевский Н.Г. Антропологический принцип в философии. Изб.филос. соч. В 3 т. Т. 3. М., 1951. С. 247—251; Лавров П.Л. Цена прогресса.Исторические письма. Изб. соч. В 2 т. Т. 2. М., 1965. С. 85; Михайловский Н.К.Записки профана // Михайловский Н.К. Сочинения. В 8 т. Т. 3. СПб., 1897. С.407—424.
  • [25] Кропоткин П.А. Взаимопомощь как фактор эволюции. М. : Самообразование,2007. С. 7, 9, 18—19, 98, 123—124, 147—148, 173, 222—228.
  • [26] Соловьев В.С. Духовные основы жизни // Чтения о богочеловечестве. Духовныеосновы жизни. Оправдание добра. Минск : Харвест, 1999. С. 249, 254.
  • [27] Соловьев В. С. Оправдание добра // Соловьев В.С. Сочинения. В 2 т. Т. 1. М. :Мысль, 1988. С. 51.
  • [28] Соловьев В.С. Духовные основы жизни // Чтения о богочеловечестве. Духовныеосновы жизни. Оправдание добра. Минск : Харвест, 1999. С. 256.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >