Помощь и взаимопомощь в структуре общественных отношений

Известно, что совместное бытие живых существ намного древнее, нежели человеческое общество. А поскольку осознанность действий не была присуща предкам человека, можно предположить, что стремление постоянно находиться в сообществе себе подобных носит скорее природный, инстинктивный, нежели сознательный, интеллектуально-духовный характер[1]. Это стремление могло быть вызвано только одним — несовершенством человека, его постоянной нуждаемостью в помощи со стороны соплеменников, что подчеркивал еще Т. Дс Шарден, писавший, что «ассоциация у одушевленных существ на всех ее ступенях — не спорадическое или случайное явление. Напротив, она представляет собой один из самых универсальных, постоянных и, следовательно, самых знаменательных механизмов, используемых жизнью для своей экспансии»[2].

Еще Аристотель указывал, что «... все естественно стремится к благу»; Цицерон писал, что каждому виду живых существ природа даровала стремление защищаться, защищать свою жизнь, т.е. свое тело, избегать всего того, что кажется вредоносным, и приобретать и добывать себе все необходимое для жизни, как пропитание, пристанище и т.д.[3], что также можно расценивать как естественное (а в животном мире — инстинктивное) стремление к благополучному бытию. Человеческая общность и человек являются основными субъектом и объектом социальной деятельности, направленными на достижение благополучия. В реализации деятельности человеком и обществом, опредмечивании их потенциалов, направленных на достижение этой цели, осуществляется развитие общества и человека.

Изначально, уже на ранних стадиях антропо- и социогенеза члены сообщества были необходимы друг другу для удовлетворения витальных потребностей, что позволяло объединять усилия в решении проблем выживания[4]. Отношения взаимопомощи в рамках общества не являются закрытыми, они связывают не только оказывающего и получающего помощь, но и всех членов общества. Так, центром взаимопомощи в социальных отношениях древних славян была идея «дар — за дар», т.е. благо за благо, основанная на принципе взаимности, которая позволяла каждому члену общины надеяться на общественную помощь в случае трудной жизненной ситуации, но и от него требовала посильного участия в решении проблем других членов общины. Поэтому можно заключить, что наряду с конкурентностью важным видоохранительным фактором была и кооперация, как установил еще П.А. Кропоткин на основе анализа результатов исследований Ч. Дарвина и других выдающихся ученых того времени[5].

Вышеизложенное позволяет обосновать основные функции помощи. Главной ее функцией является онтологическая, обусловливающая бытие человека и общества. Следующей по значимости является функция социо- и антропогенеза. И, наконец, большое значение имеет интегративная функция, благодаря которой осуществляется объединение индивидов в решении разнообразных индивидуально и социально значимых задач. Можно также выделить коммуникативную функцию, благодаря которой осуществляется обмен информацией между участниками взаимодействия. В настоящее время приобретает большое значение функция гуманизации общественных отношений.

Значимость функций помощи обусловливает ее место в жизнедеятельности человека и общества как центральное. Можно видеть, что многогранность и сложность феномена помощи, его социальная и индивидуальная значимость не только делают его изучение актуальным, но и требуют реализации в исследованиях междисциплинарного подхода.

Все виды помощи в современном мире могут быть как профессиональными, так и непрофессиональными, а по содержанию — материальными и нематериальными. Результатом любого из видов помощи может в общем случае быть как польза, так и вред.

Признано, что альтруизм — одна из неотъемлемых профессионально значимых характеристик личности специалиста в области социальной работы. Проявляя альтруизм, социальный работник должен руководствоваться в своей деятельности в первую очередь интересами клиента и общества, а не личными, о чем можно прочитать в многочисленных публикациях. Альтруизм как синоним самопожертвования и подвижничества в социальной работе пропагандируется как профессиональный идеал; к достижению именно этого идеала зачастую призывают рядовых специалистов.

Однако альтруизм, самопожертвование и подвижничество — не одно и то же, хотя самопожертвование, самоотречение могут стать одной из крайних форм проявления альтруизма. И самопожертвование, и подвижничество могут быть профессионально оправданны и обеспечить достижение объектом помощи благополучия. Однако они не должны быть нормой, так как, жертвуя собой, специалист рискует в скором времени сам стать клиентом социальной службы, нуждаясь в профессиональной помощи.

Как известно, любые крайности приносят скорее вред, чем пользу. Это справедливо и в отношении альтруизма: в своих крайних проявлениях он может означать постоянное самоотречение и полное пренебрежение собственными интересами в пользу интересов других субъектов. Это может привести в социальной работе к манипулированию специалистом со стороны клиентов и его обезличиванию на фоне полного самоотречения. В конце концов, в результате может быть причинен ущерб и клиенту, и специалисту, и обществу в целом. В итоге такой специалист сам будет нуждаться в помощи социального работника.

Например, необходимую эффективность социальной работы при ее недостаточной ресурсной обеспеченности можно попробовать обеспечить с помощью призыва социальных работников к гуманности, альтруизму, энтузиазму, самопожертвованию, подвижничеству, не прикладывая при этом никаких усилий к ее действительному развитию и адекватному ресурсному обеспечению. Подобным образом с помощью спекулятивного гуманизма и социальный работник, и его клиент становятся заложниками неэффективной системы. Излишне говорить, что подобный подход обеспечивает не столько развитие системы социальной работы, сколько ее застой и последующую деградацию.

Как указывали П. Бергер и Т. Лукман, «хотя ни один из существующих социальных порядков не может быть установлен на основе биологических данных, необходимость в социальном порядке как таковом возникает из биологической природы человека»[6]. В настоящее время при посредстве социальной работы деятельность, связанная с оказанием помощи и направленная на достижение благополучия человеком и обществом, становится непременным атрибутом каждого цивилизованного государства. Можно видеть, что главный результат социальной работы — это общественные отношения, общество и личность как член общества. Она способствует формированию условий бытия, более благоприятные для функционирования и развития человека и общества. Лишь для поверхностного взгляда социальная работа является одним из видов сервиса.

  • [1] Ср.: Кант И. Антропология с прагматической точки зрения // Кант И. Сочинения.В 6 т. Т. 6. М. : Мысль, 1966. С. 578.
  • [2] Тейяр де Шарден П. Феномен человека. М. : Прогресс, 1965. С. 45.
  • [3] Аристотель. Большая этика // Аристотель. Сочинения. В 4 т. Т. 4 / под общ. ред.А.И. Доватура. М. : Мысль, 1983. С. 354; Цицерон Марк Туллий. Об обязанностях.М. : ACT, 2003. С. 112.
  • [4] Ср.: Кропоткин П.А. Взаимопомощь как фактор эволюции. М. :Самообразование, 2007. С. 95, 225, 228.
  • [5] Там же. С. 18,22, 53,67, 228.
  • [6] Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат посоциологии знания. М. : Медиум, 1995. С. 89.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >