Развитие финансового гения в период Средневековья

С V в. н.э. мир вступает в эпоху Средневековья. С развитием экономической и финансовой системы мира увеличился и финансовый гений- как теоретический, так и в области практических финансов.Средние века-(лат. medium aevum, фр. le moyen age, нем. Mittelalter, англ, middle age и т. п.) — название для тысячелетия, протекшего от падения Западной Римской империи (476 г. после Р. X.) до открытия Америки (1492 г.).

Средневековье как период в развитии истории и финансовых отношений относится к так называемому докапиталистическому периоду (с древнейших времен до XVII в.), когда деньги еще не играли особой роли, а использовался большей частью натуральный обмен. Термин «средние века» впервые стали употреблять благочестивые христиане, которые полагали, что живут между первым и вторым пришествием Христа. Период Средневековья не был одинаковым по своему политическому, экономическому и культурному развитию. Средневековую историю можно разделить на этапы:

  • 1) Раннее средневековье (с началом-нашествием варваров в Западную Римскую империю -IV - вторая половина X вв.).
  • 2) Второй период - классическое средневековье, знаменующее расцвет феодальных отношений (X - XIII вв.).
  • 3) Позднее средневековье (конец XV - XVI вв.) заканчивается эпохой Великих географических открытий.

В эпоху Средневековья появились интересные идеи и новации, которые смело можно отнести к проявлениям финансового гения. Развивалась финансово-экономическая мысль. Многие из финансовых представлений эпохи тесно связаны с христианской религией и деятелями Церкви. Показательным можно назвать имя святого Фомы Аквинского, который создал не только знаменитые 5 доказательств существования Бога, но и систему взглядов на общественное устройство, которая впоследствии легла в основу протестантской идеи финансового благополучия как Божьего вознаграждения за усердный труд.

Постепенно Церковь (католическая в особенности) практически приватизирует право на крупные финансовые операции. В среде церкви выделяются неизвестные гении, оставившие миру удивительные финансовые новации. Одной из таких является индульгенция.

Понятие «индульгенция» появляется XI в., при папе Александре II. Собирая участников для нового крестового похода, на Клермонском соборе( 1095-1096) папа объявил, что крестоносцам и лицам, поддерживавшим крестовый поход денежной помощью, буде даровано полное или частичное прощение канонического и даже божьего наказания, как для них лично, так и для их близких родственников, живых и умерших.

Первоначально индульгенции представляли собой лишь выкуп особых церковных наказаний- епитимий в виде какого-либо богоугодного дела: покаяние, дары церкви и т.д. Идею индульгенции поддерживал Альберт Великий, Фома Аквинский и другие известные персоны Средневековья. Богословское обоснование индульгенции впервые было разработано в сочинениях Гуго Сен-Шерского (1200—1263). Эта концепция индульгенции была признана Церковью в 1343 г. папой Климентом VI.

Теория (или легенда- обоснование) была тщательно проработана. Индульгенция была разностороннего рода документом; могла применяться и к живым и к умершим, а также освобождать от греха полностью или частично- в зависимости от внесенной суммы.

Согласно христианскому учению, источником индульгенций является сокровищница заслуг Христа и его святых, которые церковь приносит Богу взамен требуемого от грешника покаяния.[1] В 1476 г. папа Сикст IV применил это учение на практике, после чего оно стало официальным. Вследствие этого право давать индульгенции было отнято у священников и полностью передано папе. Порочная практика полного отпущения грехов крестоносцам в сочетании с правом крестоносцев откупиться за деньги от службы быстро привела к упрощению этой процедуры: полная индульгенция начиная с папы Иоанна XXII стала просто продаваться за деньги. Широкая торговля индульгенциями начиная с XII - XIII века в Европе явилась средством важным обогащения церкви и лично пап.

Против индульгенции выступали некоторые общественные деятели, и в первую очередь, религиозный новатор, один из отцов Реформации, Мартин Лютер.

Мартин Лютер

В своей работе «Диспут о прояснении действенности индульгенций.95 тезисов», Лютер писал:

тезис 28.Воистину, звон золота в ящике способен увеличить лишь прибыль и корыстолюбие. Церковное же заступничествоединственно в Божьем произволении»[2]. И, далее, тезис 66: «Сокровища же индульгенции-это сети, коими ныне улавливаются богатства людей»[3] [4].

Лютер был не первым, кто высказывал осуждение финансовым инструментам Церкви и действиям ее прелатов. Убертино да Казале, монах-францисканец, живший в XIV в., уже осуждал церковь. «У него выработалось критическое отношение к католической церкви, францисканскому ордену, образу жизни и поведению монахов и клириков и накоплению церковью огромных богатств ». В начале XVI в. правовед Иоганн Ройхлин также выступал против католической церкви. Главным предметом критики стала алчность и продажность католического духовенства, его бытовое разложение[5]. Оуэн Чедвик пишет, что отцы церкви брали даже деньги за церковные должности, и иногда цена была непомерной. Например, архиепископу Альберту Майцскому пришлось взять кредит у банкирского дома Фуггеров, чтобы занять желаемую должность[6].

Кроме индульгенций, эпоха Средневековья оставила много примеров финансового гения. К сожалению остался безвестным гений, который изобрел первый в Европе вексель. Вексель появился в Италии в XIII веке; некое подобие векселя использовали рыцари-крестоносцы в своих операциях на Ближнем Востоке. Из первоначальной долговой расписки вексель приобрёл популярность при проведении операций по обмену валют. Меняла, получив денежные средства, выдавал долговую расписку, сумму, указанную в расписке, можно было получить в другом месте, в местной валюте. Благодаря своей гибкости и удобству вексель быстро распространился по Европе. Увеличение объёмов вексельных операций потребовало законодательного закрепления сложившихся обычаев делового оборота. В 1569 году в Болонье был принят первый вексельный устав. Первоначально векселедержателю запрещалось передавать свои права другим лицам. Однако уже к началу XVII века, данные ограничения стали сдерживающим фактором в торговле и они были постепенно отменены. Вексельные права начали передавать посредством проставления особого приказа векселедержателя (индоссамента- от итал.ш dosso- спинка, хребет, оборотная сторона- поскольку данная надпись совершалась, как правило, на оборотной стороне векселя).

Еще одно средневековое явление в области финансов, не оставившее имя гениального изобретателя- монетная регалия. Монетная регалия имеет важную государственную функцию, она объединяет государство, стабилизирует экономику, объединяет общество. Монетная регалия может быть использована как одним из источников дохода; но такое пользование должно играть второстепенную роль. Средневековые короли иногда даровали право монетной регалии наиболее приближенным феодалам. Так, право монетной регалии во Франции получил герцог Бургундский. Но монеты, выпускаемые им, были настолько хороши, что затмевали валюту короля.

Считается, что в средние века был изобретен гурт- особое проявление технико-финансового гения.. Гурт (от нем.Gw/У ремень, пояс)— ребро монет, монетовидных жетонов, медалей и так далее. Средневековые монеты часто подделывались, и гурт был призван защитить деньги от подделки. Оформленный гурт появился в результате попыток владельцев монетных регалий защититься от порчи монеты, когда края монет из драгоценных металлов подпиливались или обрезались, и фальшивок, поскольку подделка гурта дело трудоёмкое. Вначале гурт на всех монетах был гладким. В начале XVI века в Европе появилась машина для нанесения узоров на гурт. Во второй половине XVI века во Франции изобрели разъёмное кольцо для нанесения на гурт надписей. Первая гуртовая надпись появилась на французских золотых экю в 1577 году.

Эпоха Средневековья в Европе прочно связала воедино два явления- финансовый гений и Церковь. С именем Церкви было связано появление рыцарских орденов, постепенно принявших на себя функции первых европейских банков. Это хорошо видно на примере Ордена тамплиеров. Остановимся на этом подробнее. В ходе походов появились ордена госпитальеров и тамплиеров. Рыцари Ордена Еоспиталя св. Иоанна Иерусалимского появились в 1099 г. после первого крестового похода. Братья ордена несли военное, медицинское и пастырское послушания. После падения Акры они бежали на Кипр, правили Родосом (1309-1522 гг.) И, наконец, Мальтой (1530-1801 гг.).

В 1118 году, в период между Первым и Вторым Крестовыми походами французские рыцари Гуго де Пайен и Жофруа де Сен-Оме вместе с товарищами взяли на себя функцию защиты дороги, ведущей от побережья Средиземного моря к Иерусалиму, и путников- преимущественно христианских паломников, прибывших в Святую Землю поклониться христианским святыням в Иерусалиме, от разбойников и грабителей. Король Иерусалима Болдуин выделил рыцарям под резиденцию часть своего замка Тампля (Temple), построенного на месте древнего иудейского храма Соломона. Впоследствии эти рыцари объединилась в военно-монашеский Орден под названием "Бедные рыцари Иисуса из Храма Соломона" ; их стали именовать по месту резиденции тамплиерами, рыцарями Храма или храмовниками. В настоящее время наиболее употребим термин «тамплиеры»

Вступая в Орден рыцари одновременно становились монахами, т.е. принимали монашеские обеты послушания (покорности), бедности и безбрачия, отрекались от родственников и всех радостей жизни. Особый акцент делался на нестяжательство. Если после смерти рыцаря- монаха в его вещах обнаруживались золотые или серебряные изделия, или деньги, то он терял право на похороны на освященной земле (кладбище), а если это обнаруживалось уже после похорон, то тело надлежало извлечь из могилы и бросить на съедение псам.

Но эти требования скоро стали лишь ширмой для несведущих. Английский историк Норман Дэвис считает, что тамплиеры прославились самыми жадными относительно военной добычи, чувственных развлечений и винопития, не стесняясь убивать и грабить кого угодно, включая и единоверцев[7].

Хотя Орден был провозглашен нищенствующим, богатство его стремительно росло. Оно строилось на феодальных дарениях- поместья, села, города, замки, церкви, монастыри стекались к Ордену в качестве дара. Налоги и подати от них стекались в кассу Ордена. Например, в 1133 году бездетный король Арагона Алонсо I, который также владел Наваррой и Кастилией, умирая, завещал все свои владения орденам тамплиеров и госпитальеров. Хотя это завещание практически не было исполнено, но следующий правитель Арагона- Рамиро эль Монхе - откупился от орденов очень крупными подаяниями. Французский король Филипп I Август подарил в 1222 году Ордену огромную по тем временам сумму в 52 тысячи золотых.

Однако, как доказывают многие историки, истинной основой богатств Ордена явились не военная добыча и пожертвования, а активная ростовщическая деятельность, фактически, создание обширной банковской системы в Европе. Когда евреи, признаваемые сегодня основателями современной банковской системы еще были только уличными менялами, тамплиеры уже располагали развитой вексельной системой, системой кредитования, вели денежные операции не только с помощью золота, но и ценных бумаг, постепенно сделали активную кредитно- денежную политику одним из своих приоритетов.

Но идея крестовых походов достаточно скоро исчерпала себя. В 1270 году французский король Людовик IX начинает Восьмой (последний) Крестовый поход, закончившийся полным провалом. В XIII в. христиане потеряли на завоеванном Востоке почти все свои крепости, включая и Тампль. Некоторые источники утверждают, что в ночь накануне гибели Тампля одиннадцать храмовников через тайный ход покинули Тампль, погрузились на поджидавший их корабль и отплыли на Кипр, увозя с собой все сокровища Ордена тамплиеров. В истории сохранилось имя только одного из них- Тибо Години, которого избрали в том же году на Кипре Великим магистром Ордена.

Казавшиеся несметными, богатства Ордена и их обширные владения, разбросанные по всей Европе также приносившие немалые доходы, возбуждали светских владык, алчность которых была своеобразным образом скрещена с проявлением финансового гения. Так возникла первая в мире рейдерская операция гигантского масштаба, уникальная по своим продуманным технологиям.

Французский король Филипп IV испытывал постоянную и острую нужду в деньгах и с трудом удерживавшийся на троне из-за постоянных финансовых столкновений с французскими купцами, дворянами и даже простым людом. Неоднократно Филипп IV предпринимает попытки поднять свое благосостояние и решить проблемы за счет операций с монетами. В одном случае-за счет уменьшения размеров монеты, в другом- за счет снижения благородных металлов в составе монетного сплава. Эти действия привели к тому, что король Филипп IV получил прозвище короля-фальшивомонетчика.

Исследователь средневековых финансов Жак ле Гофф считает, что ситуация с нехваткой финансов во Франции XIII в. была вполне ожидаема: «В ходе XIII в. увеличилось значение других ресурсов — пошлин за осуществление королевского суверенитета (выдачу королевских Грамот, грамот о пожаловании дворянства), отправление королевского правосудия и чеканку королевских монет. Поскольку этих доходов было недостаточно, чтобы покрыть растущие потребности развивающегося монархического государства, Филипп Красивый старался ввести постоянные королевские налоги и создать экстраординарные финансы»[8].

Филипп IV Красивый

Вскоре взгляд короля упал на Орден тамплиеров и его богатства. Это произошло не случайно. Исследователь А.А. Доманин указывает на этот факт: «Король и сам имел возможность убедиться, до чего тугой мошной обладают тамплиеры. В 1306 г. он был вынужден укрываться в Тампле от разъяренной толпы парижан, недовольных постоянной порчей монеты. По слухам, храмовники показали ему подвалы, заполненные бочонками с золотом и предложили миллионный займ. От займа король отказался...»[9]. И была разработана первая в истории транснациональная рейдерская операция.

Филипп IV предлагает Великому магистру Жаку де Моле перенести резиденцию Ордена с Кипра в Париж. Осенью 1306 года де Моле в сопровождении 60 рыцарей, загрузив 12 лошадей золотом (едва ли не весь золотой запас Ордена) отправляется в Париж, и зимой 1307 года де Моле уже в Париже. Однако он не знает, что с 1305 г. готовится заговор против Ордена. По приказу короля было составлено обвинительное заключение и отослано Римскому Папе. Уже были согласованы планы инквизиции во Франции, Англии, Италии, Кипре и других странах по одновременному аресту всех тамплиеров.

В начале октября 1307 года во все города Франции были разосланы запечатанные приказы короля с пометкой "вскрыть 12 октября". 13 октября 1307 года одновременно по всей Франции были арестованы и заключены в тюрьмы около 5 тысяч рыцарей- тамплиеров. В Англии, Германии, Италии произошло то же самое, хотя и не сразу и не столь решительно. А.А.Доманин в исследовании «Крестовые походы» писал: «Операция «пятница, 13-е»прошла весьма удачно. Четкая координация действий и полная секретность позволили нанести поистине массированный удар по рыцарям Храма. Из многих сотен тамплиеров лишь единицам удалось ускользнуть(и то, большей частью, ненадолго) от карающей королевской длани»[10].

Арестованы во Франции были абсолютно все тамплиеры - от великого магистра до последнего слуги. Полагают, что не более двумстам тамплиеров сумели скрыться. 13 октября 1307 года Орден тамплиеров прекратил свое существование. В1308 г. шел судебный процесс против тамплиеров, где использовались пытки для получения признания в ереси и святотатстве. Последний Великий Магистр ордена Тамплиеров Жак де Моле был признан виновным в предъявленных ему обвинениях, приговорен к смерти и сожжен на костре в 1314 году в Париже. Умирая, он проклял короля и Папу, обещав им скорую смерть; предсказания де Моле вскоре сбылись.

Большинство исследователей считает, что тамплиеры были обвинены во множестве грехов напрасно. «Они строили и обороняли замки, посылали из Европы необходимые деньги благодаря своему мастерству финансистов, и, следовательно, не зарыли никакие сокровища в земле милой Франции»,-пишет исследователь Д.Бартелеми[11].

Захватив финансы тамплиеров, рассеянные по всей Европе, король Филипп заложил основу идеи финансовой унификации, приведения разнородной европейской валюты к единому образцу. Но реальные шаги по унификации монетной системы Европы начались позднее, примерно на 150 лет. Первый проект унификации денежных знаков был предложен в Средние века правительством города Ген- та(Фландрия). Он предполагал объединить единой монетной системой Англию, Фландрию, герцогство Брабант. В 1469 г. в Брюгге состоялась конференция финансистов, на которой присутствовали монархи: герцог Бургундский Карл Смелый, король Франции ЛюдовикХ1 король Англии Эдуард IV. Но им не удалось договориться.

Средневековая история дает нам примеры неожиданного проявления финансового гения. Женщины, которых Церковь признавала греховными изначально и не ставила на один ряд с мужчинами, иногда становились фигурами национального и мирового масштаба, с задатками финансового гения.

Такие женщины были, как правило, венценосными особами. Для них финансовые изобретения и гениальные идеи были связаны или с борьбой за власть, или с ее укреплением. И часто им приходилось быть крайне жестокими, чтобы утвердить свои финансовые постулаты.

В русском государстве старт дала княгиня Ольга, которая после смерти мужа, оставшись правительницей государства, провела административно- финансовую реформу. Как умная и дальновидная правительница она понимала, что прежнее полюдье с его насилием, порой с неограниченными поборами вызывает в людях недовольство, а это грозит самому существованию молодого государства. Она установила- фиксированный налог, который следовало привезти на определенное место- «погост». Устроенные Ольгой погосты, являясь финансовоадминистративными и судебными центрами, представляли прочную опору княжеской власти на местах. Подданные княгини Ольги обязаны были в определенный срок, заплатить строго фиксированный размер дани (урока). Тем самым, в 946 г. впервые было введена четкая система фиксированного налогообложения, с помощью которой наполнилась финансами княжеская казна и укрепилась власть.

Еще одна гениальная царственная реформаторша средневековой Руси-Елена Глинская, мать Ивана Грозного. С 1535 по 1538 г. в Русском государстве с ее ведома была проведена первая реформа денежного обращения. Реформа проводилась от имени малолетнего великого князя Ивана Васильевича. Глинская ввела единую монетную систему, которая практиковала лишь две официальные монеты, выпускаемые на двух «царских» монетных дворах. Остальные, неполновесные, выпускаемые боярами монеты признавались негодными к хождению. Основу русского денежного обращения после реформы Елены Глинской составили серебряные монеты копейки «новгородки» с весовой нормой 0,68 г, деньги «московки» с весовой нормой 0,34 г и полушки с весовой нормой 0,17 грамма. Более полная система соотношения русских денежных единиц была зафиксирована в Торговой книге (1570-е гг.):рубль=2 полтины=10 гривен=100 новгородок=200 денег=400 полушек. При проведении реформы Елены Глинской были унифицированы не только весовые соотношения вводимых типов монет, но и обозначения в виде изображений и надписей. Это также облегчало использование новых монет и их защиту от порчи.

Реформа Елены Глинской была одним из самых значительных событий в экономическом и политическом развитии средневекового Русского государства. В результате реформы была создана устойчивая система денежного обращения. Реформа стала завершающим этапом политического объединения русских земель и способствовала их более интенсивному развитию. Повод к проведению реформы был схож с сформулированным позднее «законом Грэшема»( «плохие» деньги вытесняют «хорошие»). Поводом проведения в 1530-е гг. реформы денежного обращения стало также распространение порчи монеты через понижение количества серебра. Это в значительной степени было вызвано отсутствием абсолютной государственной монополии на выпуск монеты и широким пользованием боярской средой правом монетной регалии. В 1533 г. прошла широкая волна процессов над фальшивомонетчиками, завершившихся казнями виновных. Проведение реформы начиналось с принятия мер по защите новой русской монеты. Это же стремление защитить деньги от порчи привело к окончательному установлению государственной монополии на выпуск монеты и консолидации мастеров на монетных дворах в Москве, Новгороде и Пскове. С помощью реформы была ликвидирована разобщенность существовавших до реформы местных денежных систем и создана единая денежная система. Реформа способствовала развитию общерусской экономики. Благодаря реформе Елены Глинской русская денежная система достигла нового качественного экономического и технического уровня, что положительным образом сказывалось на активизации русской внешней торговли, прежде всего с европейскими странами. Реформа Глинской, которая привела к установлению государственной монополии на выпуск монеты, позволила аккумулировать значительные средства для погашения экстренных расходов, в частности, строительства крепостей в 1530-е гг. и финансирования многочисленных военных операций во второй половине XVI в.

В Западной Европе прославились своими реформами, прямо или косвенно имеющими отношение к финансам, такие правительницы, как французская королева Екатерина Медичи и английская королева Елизавета I.

Екатерина Медичи или Екатерина Мария Ромола ди Лоренцо де Медичи - королева и регентша Франции (1560-1563 и 1574), жена короля Франции Генриха II Валуа- женщина, воплотившая многие идеи культурной, общественной, политической жизни во Франции. В некотором отношении ее можно назвать последователем Филиппа IV Красивого; она второй провела широкомасштабную операцию(по сути, рейдерскую) по изъятию денег и ценностей французских протестантов- гугенотов-операцию под названием «Варфоломеевская ночь»( 24 августа 1572 года). По словам историка Жюля Мишле, «Варфоломеевская ночь была не ночью, а целым сезоном». Убив массу гугенотов в Париже, бывших, в основном, предпринимателями, финансистами, ростовщиками, менялами, банкирами, Екатерина Медичи не только одним махом списала долги королевской фамилии, но и захватили огромные богатства, брошенные гугенотами в Париже. Бежавшие гугеноты- протестанты массово осели в Германии, где стали основателями первого в Германии банка. Кроме того, Екатерина Медичи была популяризатором итальянских банкирских домов. Она одной из первых поняла, какую выгоду может принести война, в том числе и религиозная. Финансы в ту пору в большинстве случаев были напрямую связаны с Церковью, которая также поощряла войны как источник прибыли. Французский исследователь Робер Фавтье признавал, что короне часто «приходилось прибегать к услугам итальянских банкиров папской курии»[12].

Екатерина Медичи

Еще одной яркой правительницей, обладавшей несомненным финансовым гением, была английская королева Елизавета I Тюдор. Ее можно отнести к финансовым гениям с достаточной долей условности- за всемерный вклад в обогащение страны в целом и пополнение государственной казны в частности.

Елизавета I

В.Я.Вульф пишет о ней: «Страна досталась Елизавете в плачевном состоянии...теперь надо было не только наладить разрушенную экономику стран, но и укрепить престиж Англии на мировой арене»[13].

При Елизавете I Англия перешла к торговой и колониальной экспансии по всему свету. Кроме ограбления колоний, Елизавета Тюдор не брезговала и таким способом пополнения государственных финансов, как законная доля от каперства. Больше всего страдали от нападений «государственных»пиратов испанские корабли, шедшие из Нового Света. Чувствительные удары были нанесены испанцам пиратом Фрэнсисом Дрейком. После его кругосветного рейда в 1577-1580 годах Елизавета лично посетила его корабль и произвела Дрейка в рыцари. Она была пайщицей многих пиратских антииспанских экспедиций, значительно увеличила численность королевского флота, упорядочила финансовое ведомство, поощряла развитие новых производств, покровительствовала торговым компаниям. При ее поддержке Московская компания утвердилась на русском рынке, Эстляндская — на Балтике, Берберийская — в Африке, Левантийская — на Ближнем Востоке, Ост- Индская — в Индии. Королева Елизавета алчно собирала и учитывала каждую гинею, всемерно поощряя пиратство(точнее, каперство), которое приносило английской казне несметные сокровища. Исследователь истории пиратства Д.Н.Копелев пишет, что «В 1588 г. каперские свидетельства выдавались любому купцу, который приводил доказательства ущерба, нанесенного ему испанцами[14]».

В позднее средневековье распространилась идея обогащения через магию. Идея «философского камня, полученного с помощью алхимии, захватил умы многих. Алхимия- своеобразный феномен средневековой культуры, основанный на достижения естественных наук того периода; главной целью алхимиков являлись поиски магического философского камня, не существующего в природе. Согласно представлениям алхимиков, философский камень (получивший также названия «великий эликсир», «магистерий», «красная тинктура») обладает способностью обращать неблагородные металлы в золото и серебро, а также давать вечную молодость. К великим алхимикам следует отнести Роджера Бэкона (1214—1294) Арнольда из Виллановы (1235—1313), Раймунда Луллия (1235—1313), Василия Валентина (немецкого монаха 15-16 вв.), Парацельса, а также Знаменитого Никола Фламмеля. Реального золота она не получили, но усилия алхимиков не пропали даром. При саксонском дворе алхимик Иоганн Бёттгер, искавший с помощью алхимических опытов золото, первым в Европе изготовил фарфоровые изделия, которое вскоре обогатили Саксонию больше, чем обогатили бы золотые месторождения.

Противником алхимии была реальная наука. Ярким представителем науки, оставившим свой след в истории финансов, был знаменитый ученый Николай Коперник. Ученый доказавший гелиоцентрич- ность,был призван королем его на службу для проведения денежной реформы. Коперник в трактате Monetae cudendae ratio (1526 г.), о том, что «плохие деньги вытесняют хорошие», выдвинул идеи закона Грешема за тридцать лет до самого Грешема(Суть «закона Грэшема»- »плохие деньги вытесняют хорошие» заключается в том, что деньги с низким содержанием благородного металла, стертые, обрезанные, поврежденные- пускаются в оборот и вытесняют полновесные целые деньги из обращения; последние оседают в качестве накопления и становятся тем самым, «дорогими»деньгами).

В средние века всходит звезда финансового гения итальянцев. Итальянские банкиры научились извлекать из европейских средневековых междоусобиц прибыль. Они изобрели все возможные современные финансовые технологии от векселя до страхования и бухгалтерского учета. В XIII-XIV вв. в Италии существовали расписки о хранении вкладов банкирских домов Медичи и Перуччи, которые имели большое хождение в средиземноморской торговле. Возможно, они уже опирались на уже известные теоретические изобретения: в 1202 г. пизанец Леонардо; Фибоначчи, сын таможенного чиновника Пизанской республики, в Бужи, в Северной Африке .написал на латыни «Книгу абака» (счетной таблички античных времен, ставшей в X в. доской с колонками, где использовались арабские цифры), в которой, в частности, ввел такое важное для бухгалтерии изобретение, как ноль’.Развивался теоретический финансовый гений. В 1494 г. была напечатана и вышла в свет в Венеции Summa de Arithmetica Луки Пачоли. Он же был автором Particularis de Compatis et Scripturis (Об особенностях счета и учета)[15] [16]. Так появился первый учебник бухгалтерского учета. Лука Пачоли (1447-1517 гг.), известный также под своим монашеским именем Fra Luca di Borgo San Sepolcro, был монахом -францисканцем и известным флорентийским странствующим преподавателем; современные авторы называют его «отцом бухгалтерского учета».

Лука Пачоли

Необходимо сказать, что венецианский метод двойной записи при бухгалтерском учете сложился в итальянских городах задолго до того, как его описал Пачоли. Для ведения такой бухгалтерии требовались три книги: мемориал, или мемориальный ордер ( книга для ежедневных записей торговых операций); журнал-регистр, и главная книга- гроссбух. Методы систематического ведения бухгалтерских книг часто считают главным условием развития капитализма. Эти методы широко распространились по Европе, когда после книги Луки Пачоли появились многочисленные аналогичные публикации. Жак ле Гофф указывает, что в то же время, в Нюрнберге, в Южной Германии,появилось сочинение «Метод расчета». В 1320 г. венецианец Дзи- бальдоне да Каналь оставил блокнот с записями по финансовокредитному делу, а флорентийский купец Франческо Пеголетти в 1340 г. пишет структурированный и подробный труд «Pratica della mercatura» («Практика торговли»). Все это говорит о том, что теоретические сочинения, в которых проявился средневековый финансовый гений, были адекватным ответом на вызов времени. Рос авторитет денег и необходимость всесторонних знаний о денежно-кредитных операциях.

Уже в XIV в. Европа познала такое явление, как крах банков. В 1339-1349 гг. Флоренцию потрясает серия банкротств ведущих банкирских домов, которые были неосмотрительно выдали чрезвычайно дол- горосрочный кредит венценосным особам.

Необходимо заметить, что средневековые банки были, как правило, семейным предприятием. Отступление от семейных традиций грозило крахом торгово-банковского дома. Об этом пишет Жак ле Гофф: «В XV в. дом Медичи претерпел децентрализацию. Он состоял из совокупности раздельных обществ с собственными капиталами, и резиденции каждого находились в разных местах. Наряду с материнской компанией во Флоренции существовали филиалы в Лондоне, Брюгге, Женеве, Лионе, Авиньоне, Милане, Венеции, Риме, директора которых были только отчасти и во вторую очередь служащими на жалованье, а прежде всего это были вкладчики, управлявшие долей капитала, — к ним относились Анджело Тани, Томмазо Портинари, Симоне Нери, Америго Бенчи и другие. Флорентийские Медичи служили связью между всеми этими домами лишь потому, что владели в каждом большей частью капитала, централизовали ведение счетов, документации, выработку общего курса. Стоило Лоренцо, менее усердному, чем его дед Козимо, пустить дела на самотек, и филиалы пожелали жить самостоятельно, внутри фирмы усилились конфликты, и здание развалилось, чему способствовал тот факт, что участников дела было уже много. А если значительную часть капитала, маневренную массу фирмы, составляли денежные вклады, это делало ее более уязвимой для нужд, колебаний, требований, страхов вкладчиков, которые могли изъять свои деньги, не имея таких сдерживающих факторов, как прежние дольщики, связанные родственными узами и комкоммерческим сотрудничеством»[17].

Лоренцо Медичи

Кроме одиночек-гениев, к развитию финансов приложили руки целые фамилии. После краха ряда банков в XIV в. наступает новая эра. Возникают финансово- банковские династии. Например, начало династии Фрескобальди было положено в XIV веке, основу капитала дала торговля тканями и удачные финансовые операции. Фрескобальди владели Флорентийским банком, который в XIV веке финансировал масштабную и дорогостоящую свадьбу короля Эдуарда II. Времена мира сменились эпохой вражды, и поверженные Фрескобальди были вынуждены покинуть Флоренцию и много лет провести в изгнании. Покинув Италию, Фрескобальди отправились в Англию, где были благосклонно приняты английским королевским домом, но привилегированное положение влиятельной семьи, имевшей долю на серебряных рудниках в Девоне, у многих вызывало зависть. После серии поджогов недвижимого имущества и угроз Фрескобальди покинули Англию и долго скитались по Европе.

Еще один старинный банкирский род -Барди. Барди возглавляли одну из крупнейших в Европе банковско-торговых компаний в XIII- XIV столетии. Они выступали кредиторами пап и королей. На деньги Барди велась уникально продолжительная продолжительная война, названная в истории Столетней. С конца XIII в. Барди принимали участие в политической жизни Флоренции. В начале своей деятельности Барди занимались торговлей тканями параллельно с банковско- ростовщическими операциями. Впоследствии банковские операции вышли на первый план. Барди активно сотрудничали с домом Перуцци, занимавшемся тем же самым бизнесом. Будучи полностью самостоятельными компаниями, Барди и Перуцци выступали совместно в особо крупных предприятиях, образовывая подобие картеля. Барди и Пер- руцци выступали в роли своеобразных хедж-фондов, привлекая огромные капиталы множества инвесторов, предприятий, кампаний и частных лиц. Процент по депозитам (8%) был вполне хорошим для вкладчиков того времени. В 1310 г. основной капитал компании Барди, внесенный её 15 членами (10 из семьи Барди и 5 посторонних), составлял 91 тыс. лир, в то время как депозиты, внесенные только в основную контору фирмы во Флоренции (не считая филиалов), составляли около 26 тыс. лир.

К концу первого десятилетия XIV века операции обоих домов приобретают огромный размах. Барди и Перуцци имеют крупные отделения в Неаполе и других городах Южной Италии, в Сицилии, Еенуе, Венеции и Перуджии, на островах Средиземного моря: Майорке, Кипре, Родосе, в европейских торговых и политических центрах: Авиньоне, Лионе, Брюгге, Антверпене, Париже и Лондоне. В числе клиентов банкиров знатнейшие люди Европы( короли Англии, Неаполя, Кипра, гроссмейстер Родосского ордена, приближенный папы Иоанна XXII кардинал Наполеоне Орсини).

С начала двадцатых годов XIV века в делах Барди и Перуччи особое значение начинают приобретать операции их лондонских филиалов. Король Эдуард II, остро нуждающийся в деньгах для своей личной жизни и государственной деятельности, берет у них взаймы весьма крупные суммы, предоставляя в возмещение депозит таможенных пошлин, королевской десятины, ряда особых налогов, приравнивая их по правам к английским купцам, разрешая вывозить шерсть на особо льготных условиях. Также в 1317 г. Барди и Перуччи получают в депозит сбор по всей Англии большей части папских доходов. Со всем этим сочетаются ссуды обширному кругу частных лиц, в первую очередь из окружения короля. В 1326 г. разъяренная толпа лондонцев нападает на контору и магазины Барди и подвергает их разгрому и разграблению. Однако, Барди и Перуччи продолжают свою деятельность в Англии. В следующем 1327 году на престол вступает юный Эдуард Ш,который начал войну с Шотландией и, впоследствии- с Францией. Эта война, получившая название Столетней, была во многом оплачена деньгами Барди и Перуччи. Она же их и разорила. В 1343 году о своем банкротстве объявляют Перуччи, которые сумели выплатить своим кредиторам 37 % обязательств. Барди в 1346 году объявили себя банкротами, им удается выплатить вкладчикам 45% от вложенных ими денег.

Знаменитой фамилией итальянских банкиров был род Риккарди, также снабжавший деньгами английского короля. Сотрудничество с Козимо Медичи позволило создать жемчужину итальянской архитектуры- дворец Рикакарди- Медичи.

Медичи- знаменитый банкирский дом, были талантливы, не только в банковской и финансовой сферах, но и в культуре, политике, философии. Стремительный взлет семейства Медичи к вершинам власти стал возможен благодаря деньгам, целенаправленному их применению, политическому манипулированию и изощренной пропаганде, прославлявшей это семейство. Деньги же появились благодаря банку Медичи, основанному первым из числа славных представителей этого семейного клана — Джованни ди Биччи (1360—1429). Большую часть дохода банк получал не во Флоренции, еще не оправившейся от страшной эпидемии чумы, а в Риме, где вел финансовые дела пап.

К середине XV века банк Медичи открыл свои филиалы в важнейших финансовых центрах Европы — Женеве, Авиньоне, Лондоне, Брюгге. Медичи умели разбираться в политической ситуации, что позволило им долго оставаться на плаву. Джованни ди Биччи и его сын Козимо (1389—1464) регулярно инвестировали финансовые средства в политику. Они не только добивались с помощью денег режима наибольшего благоприятствования в родной Венеции, но и непосредственно становились во главе политической власти города. После прихода в 1434 году к власти, Медичи развивали связи в Венеции, Риме и среди городских правителей Романьи. Наибольшую известность в семействе банкиров и политиков получил Лоренцо Медичи, прозванный «Велико- лепным»-знаменитый политик, финансист и меценат. Исследователь его жизни, Д.А.Шевляклва, писала: «Среди множества государственных дел, обрушившихся на него, Лоренцо не переставал заниматься традиционным семейным делом-банковской коммерцией. В течение 37 лет Великолепному удалось прибавить к и без того баснословному состоянию 660 тыс. золотых флоринов, сумму, которую он и сам называл невероятной...основным пунктом дохода были банки и их филиалы, разбросанные не только по Италии, но и по всей Европе, приносившие баснословные барыши[18] [19]». Лоренцо, как подлинный финансовый гений, на своем посту использовал умело все возможности для обогащения, включая личные знакомства и контакты. «От нового папы, Сикста IV,которого Лоренцо поспешил поздравить с получением сана лично, он получил право на пополнение папской сокровищницы, это удесяте- рило доходы римского банковского филиала» .

После смерти Лоренцо Медичи люди вспоминали о его правлении как золотом времени, а римский папа, узнав о смерти Медичи, сказал: «С уходом Лоренцо закончился мир во Флоренции» В целом, в массовом сознании Медичи нерасторжимо связаны с вершинными достижениями итальянского Ренессанса. Благодаря их заботам и деньгам Флоренция превратилась в один из главных, если не самый главный центр ренессансной культуры.

Со временем ряд крушений итальянских банкирских домов превратились в грандиозную экономическую катастрофу для Флоренции. Банкротство ведущих фирм вызвало разорение ряда более мелких, находившихся под их контролем, десятки тысяч вкладчиков были разорены, вся экономическая система Италии, представляющая в середине XIV века во многих отношениях единое целое, была глубоко поколеблена. Затем последовал общеевропейский экономический коллапс. Обанкротились папа, Неаполитанское королевство, герцогство Кипр, а за ними— почти вся Европа. Джованни Виллани записал в своих хрониках: «Для Флоренции и всего христианского мира потери от разорения Барди и Перуччи были ещё тяжелее, чем от всех войн прошлого. Все, кто имел деньги во Флоренции, их лишились, а за пределами республики повсеместно воцарились голод и страх». Жак ле Гофф пишет, что XIII-XIV вв.-время банкротства банков: «двумя главными причинами банкротства банков выступали резкое изменение стоимости монеты и давление политической власти»[20] [21].

Но не только Церковь, семейные кланы и финансовые организации определяли облик Средневековья. Это было время и одиночек- гениев в области финансов и предпринимательства. Хотя финансовые гении-одиночки в средневековой истории были довольно редки. Дело в том, что в средние века не существовало независимой экономики и финансов; они были встроены в систему общественных ценностей, среди которых доминировала религия*".Поэтому гениев-одиночек зачастую ожидала трудная судьба. Характерна в этом отношении судьба Жака Кёра.

В исключительных случаях некоторые люди, занимавшиеся деньгами, поднимались на высший уровень социальной и политической иерархии. Француз из Буржа, Жак Кёр, был таким.

Жак Кёр

Жак Кёр был судовладельцем, банкиром, владельцем средневекового производства, государственным чиновником (казначей короля Карла VII), денежным магнатом, которого считали самым богатым человеком Франции. Жак Кёр был выходцем из бюргерской среды и с детства имел отношение к монетному делу. В 1418 г. он получил в управление монетный двор и прославился тем, что выпускал монеты «дурной пробы». Но как бы то ни было, в 1429 г. он сумел завоевать расположение короля Карла VII и получает его грамоту с прощением. Со временем он становится банкиром короля и дает ему долгосрочные кредиты на ведение войны. Кёр вкладывал деньги в земельную ренту, недвижимость, торговлю. В его собственности- значительное недвижимое имущество, земельные владения, ассигнования земельной рен- ты( XV век был великим веком земельной ренты, и это показывает, насколько важным в экономическом и социальном отношениях оставалось владение землей), а также богатые частные особняки в Бурже, Сен-Пурсене, Туре, Лионе, Монпелье. Он коллекционировал доходные виды занятий, которые тем не менее, благодаря развитию христианской доктрины, смогли избежать причисления к ростовщичеству, — например, извлекал выгоду из зачаточного и сравнительно безпорядочного развития налоговой системы, из откупов, эдов и табелей. Поняв значение войны как источника затрат и прибылей, он поставлял доспехи и оружие королевским солдатам. Кёр получил разрешение от короля и от папы вести торговлю с «неверными» на Востоке(1446 г.).Это сделало его монополистом левантийской торговли. Огромные барыши Кёр вкладывал в недвижимость во Франции, в продвижении по службе- впоследствии он занял пост королевского казначея. Но в 1453 г. он был осужден по навету врагов и все его несметные богатства растаяли как дым в многолетних судебных процессах и в период его заключения в тюрьме.

Финансовый гений в эпоху Средневековья еще только становился; время одиночек еще не пришло. Финансовый мир и его развитие определяли Церковь, короли и династии банкиров, ростовщиков и торговцев

  • [1] См. Таевский Д.А.Синкретические религии и секты: Словарь-справочник / Таев-ский Дмитрий Александрович; Науч.ред. А.Е.Махов; Худож. Л.Е.Каирский. - М.:Intrada, 2001. - 158с.
  • [2] Лютер, Мартин.Диспут о прояснении действенности индульгенций.95 тезисов.-СПб, 2002.-с. 17.
  • [3] Там же. С25.
  • [4] Керов В.Л. Из истории Франции и Нидерландов в эпоху средневековья и раннегоНового времени. М., 2000-С.230.
  • [5] Чедвик,Оуэн. Реформация: противостояние католиков и протестантов в ЗападнойЕвропе XVI-XVII вв. М, 2011.-С.35.
  • [6] Там же. С. 38-40.
  • [7] Норман Дэвис. История Европы.-М.:Хранитель, 2—6-с.262.
  • [8] Жак ле Гофф. Средневековые деньги. Очерки исторической антропологии». Спб.,2014.-С.70.
  • [9] Доманин А.А. Крестовые походы. Под сенью креста. М., 2014-С.360.
  • [10] Доманин А.А. Крестовые походы. Под сенью креста. М., 2014-С.360-361.
  • [11] Бартелеми, Доминик. Рыцарство: от древней германии до Франции XII в. Спб,2012-С.288-289.
  • [12] Фавтье, Робер.Капетинги и Франция. Спб 2001.-С.270.
  • [13] Вульф В.Я. Женщины-легенды. Они покорили мир. М., 2011.-С.98.
  • [14] Копелев Д.Н. Пиратство в XVI-XVIII вв.На острие мировой политики. Спб, 2013.-С.341.
  • [15] Жак ле Гофф. Средневекомье и деньги. Очерки исторической антропологии. СПБ,2014,-С.9.
  • [16] См. Пачоли, Лука. Трактат о счетах и записях. М., 2009.
  • [17] Жак ле Гофф. Средневековье и деньги. Очерки исторической антропологии. Спб,2014.-С.153.
  • [18] Шевлякова А.Д. Лоренцо Медичи, государь эпохи Возрождения. М., 2001 С.39.
  • [19] Там же. С.39.
  • [20] Жак ле Гофф. Средневековье и деньги. Очерки исторической антропологии. Спб,2014-C.1I0.
  • [21] См. Марк Блок. Феодальное общество. М., 2003. 504 с.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >