Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow Наследственное право России
Посмотреть оригинал

НАСЛЕДОВАНИЕ ОТДЕЛЬНЫХ ВИДОВ ИМУЩЕСТВА И ИМУЩЕСТВЕННЫХ ПРАВ

ПОРЯДОК ПЕРЕХОДА ПО НАСЛЕДСТВУ ПРАВ, СВЯЗАННЫХ С УЧАСТИЕМ В ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ТОВАРИЩЕСТВАХ, ОБЩЕСТВАХ И ПРОИЗВОДСТВЕННОМ КООПЕРАТИВЕ

На сегодняшний день в части третьей ГК РФ вопросам наследования прав в коммерческих юридических лицах уделено мало внимания: о них говорится лишь в ст. 1176 ГК РФ, в самом общем виде касающейся вопросов наследования прав в хозяйственных товариществах и обществах, а также производственных кооперативах. Между тем отдельные аспекты, связанные с наследованием долей (паев) в указанных коммерческих организациях, получили правовое регулирование в федеральных законах об отдельных видах юридических лиц. Однако этого явно недостаточно.

Вследствие развития экономических отношений важное место стали занимать права, связанные с имуществом юридических лиц. Это связано с возрождением в гражданском праве новых организационно-правовых форм юридических лиц и появлением в хозяйственном обороте таких коммерческих структур, как хозяйственные общества и товарищества, производственные кооперативы и т.д. Наследование прав в коммерческих организациях характеризуется определенной спецификой.

В современном гражданском законодательстве России последовательно претворен в жизнь принцип признания права собственности на имущество юридического лица за ним самим, а не за его учредителями (участниками, акционерами). Согласно п. 2 ст. 48 ГК РФ, применительно к коммерческим организациям данный принцип относится к хозяйственным товариществам и обществам, а также производственным кооперативам. Участники хозяйственных обществ (товариществ, кооперативов) передают часть своего имущества в уставный капитал, который делится на доли (вклады, паи, акции) участников. Передав созданному юридическому лицу право собственности на доли, а также на все приобретенное (произведенное) им имущество, участники сохраняют в отношении этого имущества обязательственные права и, кроме того, приобретают определенные обязанности. К правам прежде всего относятся:

  • ? право принимать участие, право голоса, право избирать и быть избранным в органы управления (из комплексного права на управление в обществе — товариществе, кооперативе);
  • ? право на информацию о деятельности товарищества или общества, включая право знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией юридического лица;
  • ? право на участие в распределении прибыли;
  • ? право получить в случае ликвидации юридического лица часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость (право на ликвидационную квоту);
  • ? иные права, предусмотренные ГК РФ, законами, учредительными документами.

Главными из обязанностей участников являются:

  • ? обязанность вносить вклады в порядке, размерах, способами и в сроки, которые предусмотрены учредительными документами;
  • ? обязанность не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности юридического лица;
  • ? иные обязанности, которые предусмотрены учредительными документами.

Анализ прав и обязанностей позволяет сделать вывод, что часть из них носит имущественный характер, а часть неимущественный. В связи с этим важно понять возможность перехода всего комплекса этих прав и обязанностей в порядке наследования.

С учетом специфики различных организационно-правовых форм юридических лиц можно говорить о полном или неполном наследственном преемстве. В юридической науке уже отмечалось, что в определенных случаях перечисленные выше права и обязанности переходят к наследникам участника (товарища, акционера и т.д.) полностью, комплексно: наследник принимает указанный комплекс прав и обязанностей и замещает наследодателя, получая его статус участника юридического лица[1]. Если права и обязанности переходят к наследникам не полностью (например, наследники не вступают в производственный кооператив или не становятся участниками товарищества), то они наследуются частично. В этом случае после смерти наследодателя наследники вправе получить стоимость части имущества хозяйственного общества (товарищества, производственного кооператива) в соответствии с долей (паем) наследодателя в уставном (складочном, паевом) капитале. Общей является обязанность наследников отвечать своим имуществом по обязательствам товарищества (общества) перед третьими лицами в том размере, в котором бы отвечал по ним сам наследодатель, но в пределах перешедшего к наследникам имущества выбывшего участника.

Итак, главной особенностью перехода по наследству прав, связанных с участием в хозяйственных товариществах и обществах, а также производственных кооперативах, является возможность различных вариантов наследственного преемства. В зависимости от организационно-правовой формы юридического лица может наступать или не наступать полное преемство в правах и обязанностях наследодателя по отношению к таким юридическим лицам.

При наступлении полного преемства наследник становится участником (товарищем, акционером, членом) хозяйственных обществ, товариществ, кооперативов. Если полного правопреемства не возникает (неполное правопреемство), то наследуется стоимость доли (вклада, пая), а также право получения дивидендов за определенный период[2]. Подчеркнем, что по своей юридической природе возникающее после объявления дивидендов субъективное право на их получение относится к числу имущественных прав, которые по смыслу ст. 1112 ГК РФ входят в состав наследства и соответственно наследуются. Если на день открытия наследства общим собранием акционеров не принималось решение о выплате дивидендов, то последние не могут относиться к наследственному имуществу и переходить в порядке наследования к другим лицам, поскольку до объявления дивидендов у АО нет имущественной обязанности их выплаты[3].

С учетом выявленных особенностей наследования долей в коммерческих организациях можно говорить прежде всего о необходимости однозначного и точного установления в нормативных правовых актах порядка такого наследования. Возможность вступления наследников в состав участников хозяйственного товарищества (общества) имеет важное значение как для наследодателя и наследников, так и для самого товарищества (общества), его участников и кредиторов.

До принятия части третьей ГК РФ порядок наследования долей в коммерческих организациях практически никак не регулировался. Безусловно, определенные нормы, посвященные вопросам перехода доли участника по наследству, существовали как в самом ГК РФ, так и в отдельных федеральных законах о конкретных организационно-правовых формах юридических лиц, однако этого было мало для полноценного правового регулирования.

С принятием части третьей ГК РФ ситуация изменилась лишь отчасти. Здесь проблема заключается не только в том, что вопросам наследования прав, связанных с участием в коммерческих организациях, посвящена лишь ст. 1176 ГК РФ, но и в слабой разработанности отдельных вопросов в корпоративном законодательстве в целом.

Остановимся более подробно на некоторых аспектах наследования прав, связанных с участием в коммерческих организациях.

Основой для наследственного правопреемства доли в коммерческой организации является ст. 1176 ГК РФ. Как можно заключить путем ее логического толкования, содержащееся в ней общее правило определяет, что в состав наследственного имущества входит доля (пай) участника соответствующего юридического лица. Между тем существуют ограничения, которые связаны с необходимостью получения согласия остальных участников и установлены в соответствии с ГК РФ, законами или учредительными документами. В диспозиции ст. 1176 ГК РФ содержатся два специальных правила:

  • ? наследник, к которому перешла доля вкладчика товарищества на вере, сам становится вкладчиком в товариществе на вере;
  • ? в состав наследства участника АО входят принадлежащие ему акции; наследники, к которым перешли эти акции, становятся участниками АО.

Правила, касающиеся наследования вклада в коммандитном товариществе, полностью согласуются с целями данной организационноправовой формы. Ведь для полных товарищей не должна иметь значения личность вкладчика, главное — его вклад в складочный капитал товарищества. К тому же положение вкладчика таково, что он не участвует в деятельности товарищества, не влияет на принятие товарищами решений. Еще до принятия части третьей ГК РФ в юридической науке высказывались мнения, согласно которым для перехода по наследству прав вкладчика в товариществе на вере не должно требоваться согласие полных товарищей[4]. Доктрина выявила существовавшую проблему, а законодатель ее устранил. В связи с этим нет оснований для ограничения перехода по наследству принадлежащих вкладчику прав.

Норма п. 3 ст. 1176 ГК РФ императивно устанавливает правило, в соответствии с которым в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю акции и его наследники автоматически становятся участниками АО.

Стоит подчеркнуть, что отечественный законодатель решает вопрос о возможности полного или неполного преемства при наследовании прав в коммерческих организациях с учетом особенностей каждой организационно-правовой формы юридического лица. В связи с этим, говоря о наследовании долей в хозяйственных товариществах, стоит обратить внимание на следующее. Большинство ученых-циви- листов утверждает, что хозяйственное товарищество по своей природе в первую очередь является объединением лиц, а уже затем капиталов[5]. Это понятно: хозяйственные товарищества характеризуются тесными личными отношениями участников, где «личные качества участников имеют определяющее значение»[6].

В связи с этим совершенно обосновано решение законодателя, по которому переход доли в складочном капитале товарищества осуществляется при условии согласия всех оставшихся полных товарищей, а также при условии, что товарищество будет в соответствии с учредительным договором или соглашением остающихся участников продолжать свою деятельность после смерти полного товарища. Данное правило относится как к полному товариществу, так и к коммандитному. В то же время в товариществе на вере существует категория вкладчиков, в основе объединения которых лежит другой принцип — объединения капиталов. Нет оснований для ограничения перехода прав участников по наследству применительно к ситуациям, когда в основе юридического лица превалирует объединение вкладов, а не лиц (это и АО, и ООО). Подобное утверждение справедливо и в отношении вкладчиков коммандитного товарищества. Исходя из этого и сопоставив фактическое положение наследников полного товарища и наследников вкладчика в товариществе на вере, можно прийти к выводу, что их положение неодинаково главным образом из-за возможности сохранения своего финансового участия в данном товариществе наследниками вкладчика и отсутствия всякой возможности такого рода участия у наследников полного товарища. Это особенно актуально для тех юридических лиц, у которых дела идут успешно, есть потенциал развития и соответственно перспективы получения прибыли, поэтому в случае отказа других участников дать согласие наследникам полного товарища на вступление в товарищество на вере следовало бы установить возможность «трансформирования» доли полного товарища после его смерти во вклад, в том случае, если наследники полного товарища изъявят такое желание и станут вкладчиками в товариществе.

Подобное преобразование должно происходить строго по волеизъявлению наследников. Причем, если у наследодателя оказалось два наследника или более и они не пришли к соглашению относительно дальнейшей судьбы доли, то вопрос должен решаться следующим образом: наследники, изъявившие желание остаться вкладчиками в товариществе на вере, становятся таковыми в части доли, им перешедшей, а отказавшиеся имеют право на выплату им части имущества товарищества, соответствующей части доли в складочном капитале то- варища-наследодателя, перешедшей к ним по наследству.

Подобное решение могло бы ликвидировать неравенство наследников полных товарищей и вкладчиков, не ущемляя при этом права и интересы и самого коммандитного товарищества, и полных товарищей, входящих в его состав. Указанные правила не должны применяться к полным товариществам, так как у них изначально присутствует тесная личная связь между всеми участниками (полными товарищами), а сама форма юридического лица не предполагает наличия в нем лиц, в основе объединения которых лежит капитал. В случае смерти участника полного товарищества на наследников должны распространяться общие правила о необходимости получения согласия других участников для вступления в товарищество, а при отказе в даче согласия или просто нежелании наследников вступать в полное товарищество — правила о выплате стоимости части имущества товарищества, соответствующей доле участника-наследодателя.

Еще одним довольно важным и связанным с наследованием доли в коммерческой организации является вопрос о выплате дивидендов, причитающихся наследодателю — участнику коммерческой организации. В действующем законодательстве данный вопрос четко не решен. Вместе с тем можно с уверенностью утверждать, что помимо получения стоимости доли (пая, вклада) к не входящим в состав участников общества наследникам должно переходить и право наследодателя на получение дивидендов на эту долю. Основным вопросом является правильное определение даты, вплоть до которой должны выплачиваться дивиденды. Следует отметить, что на практике наследникам часто уплачиваются те дивиденды, которые начислены, но не выплачены ко дню смерти гражданина, т.е. на момент открытия наследства[7]. Однако подобное решение вызывает ряд нареканий по следующим причинам.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Право на получение дивидендов применительно к наследодателям-акционе- рам является по своему характеру имущественным правом[8] и входит в состав наследства. Вместе с тем право на дивиденды носит общий характер и конкретное правомочие на их получение у акционера возникает только с момента принятия общим собранием акционеров решения об их выплате (п. 3 ст. 42 ФЗ от 26.12.1995 № 208-ФЗ (ред. от 03.07.2016) «Об акционерных обществах»[9]), поэтому в наследственную массу должны входить именно те дивиденды, решение о выплате которых принималось еще при жизни наследодателя. Относительно подобной позиции есть одно существенное замечание. Как говорилось выше, главный признак хозяйственных обществ — объединение капиталов. Следовательно, у самого хозяйственного общества одним из главных является интерес в получении капитала от его участника. Даже после смерти участника (акционера) и вплоть до момента выплаты (перехода) доли наследникам она по сути продолжает «работать» в хозяйственном обществе по меньшей мере в течение периода, установленного для принятия наследства[10].

Получается, что коммерческая организация извлекает прибыль, пользуясь долей участника, но не делится с ним (в данном случае с его наследниками) частью этой прибыли в виде дивидендов. Полагаем, что такое положение ущемляет права наследников и ведет к необоснованному уменьшению наследственной массы.

Обязательство АО по выплате дивидендов не может прекратиться в связи со смертью наследодателя, поскольку из положений ФЗ

«Об акционерных обществах» не следует вывод, что возникшая на основании решения об объявлении дивидендов обязанность общества по их выплате неразрывно связана с личностью акционера или указанная выплата предназначена лично для наследодателя (акционера). Следовательно, здесь не может быть применена ст. 418 ГК РФ «Прекращение обязательства смертью гражданина».

Закрепление в акционерном законодательстве лишь права, а не обязанности выплаты необъявленных дивидендов приводит к процессу, получившему название «эрозия дивиденда», что может быть охарактеризовано как снижение значения дивидендов при выборе политики (стратегии) АО.

Вместе с тем существует другая проблема: на момент открытия наследства еще не известно, какую именно прибыль получит само общество и примет ли общее собрание решение о выплате дивидендов, а если примет, то каков будет их размер.

В связи с этим в законе необходимо установить норму, согласно которой дивиденды должны рассчитываться вплоть до момента выплаты (перехода) доли (ее стоимости) наследникам, а не на дату открытия наследства. Однако как рассчитать размер причитающихся наследникам дивидендов, решение о выплате и размере которых еще не принято? Л.И. Корчевская, анализируя схожую проблему, высказывалась за установление обязанности хозяйственного товарищества (общества) извещать нотариуса о начисленной годовой прибыли, а исходя из этого нотариус «должен будет распределить дивиденды между наследниками пропорционально их наследственным долям»[11].

На наш взгляд, подобное решение нельзя признать удачным хотя бы потому, что, по закону, размер дивидендов определяет не нотариус, а общее собрание акционеров (если мы говорим об АО) и возложение на нотариуса обязанности рассчитывать дивиденды просто нереалистично.

Здесь более уместно говорить о том, что общество все-таки должно предоставлять информацию о дивидендах (а не о годовой прибыли). Однако надо учитывать и то обстоятельство, что хозяйственное общество вправе принять решение о невыплате дивидендов (ст. 43 ФЗ «Об акционерных обществах»). В этой ситуации Л.И. Корчевская предлагает установить императивное правило, согласно которому общество не вправе направлять причитающуюся наследодателю прибыль на развитие общества или формирование различных фондов (резервных и т.д.).

Однако наследодатель — участник хозяйственного общества обязан подчиняться законным, принятым с соблюдением установленного порядка решениям общего собрания. Если на этом собрании, в частности, было принято решение не выплачивать дивиденды за прошедший финансовый год по тем или иным причинам, то наследодатель, равно как и все остальные участники, обязан подчиниться воле большинства; нет никаких оснований делать исключение и для наследников.

Таким образом, в ГК РФ необходимо ввести положение, закрепляющее право на получение дивидендов до момента выплаты (или перехода) доли (ее стоимости) наследникам. Причем право на начисленные, но не выплаченные дивиденды наследники имеют во всех случаях, а право на дивиденды, решение о выплате которых еще не принято, возникает у наследников только в случае принятия компетентным органом коммерческой организации такого решения.

Несмотря на принятие части третьей ГК РФ, внесшей определенные коррективы в столь консервативную подотрасль, как наследственное право, осталось множество неразрешенных вопросов. Так, в настоящее время отсутствуют единые правила определения стоимости доли в имуществе, переходящем по наследству, что создает трудности на практике. Например, в хозяйственных товариществах причитающаяся наследникам часть имущества товарищества определяется по балансу, составляемому на момент выбытия, т.е. доля определяется по балансовой стоимости[12]. В хозяйственных обществах, согласно п. 6 ст. 93 ГК РФ, выплачивается действительная стоимость доли. Ответ на вопрос о том, что представляет собой «действительная» стоимость доли, можно получить при обращении к нормам ФЗ от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации». В ст. 7 этого Закона содержится положение, согласно которому термин «действительная стоимость», употребленный в каком-либо нормативном правовом акте, рассматривается как синоним понятия «рыночная стоимость». Следовательно, долю в ООО надо рассчитывать по рыночной стоимости.

Если говорить о производственном кооперативе, то и в ГК РФ, и в ФЗ от 08.05.1996 № 41-ФЗ (ред. от 30.11.2011) «О производственных кооперативах» отсутствует четкая норма, устанавливающая критерии определения стоимости пая. Диспозиция п. 7 ст. 22 данного ФЗ гласит: «Выплата стоимости пая или выдача другого имущества вышедшему (исключенному) члену кооператива производятся по окончании финансового года и утверждении бухгалтерского баланса кооператива, если иное не предусмотрено уставом кооператива»[13]. Путем толкования данной статьи можно предположить, что, по всей видимости, речь идет о балансовой стоимости. Однако довольно сложно утверждать, что именно такой порядок определения стоимости подразумевал законодатель.

Можно было бы предложить решать данный вопрос на уровне учредительных документов юридического лица, однако нет гарантии, что при их разработке будет уделяться должное внимание вопросам определения стоимости доли в имуществе, переходящей по наследству.

Из-за отсутствия единых правил определения выкупной стоимости возникает неравное положение среди наследников: одни из них (наследники участников ООО) получают рыночную стоимость доли (которая, как правило, выше ее балансовой оценки), а другие (наследники полных товарищей) довольствуются лишь частью имущества, стоимость которого будет определяться по балансу.

В зарубежной практике метод оценки имущества предприятия по балансовой стоимости — лишь один из множества. Применяются также методы скорректированной балансовой стоимости, замещения, ликвидационной стоимости и т.д. Кроме методов, основывающихся лишь на фактах прошлого, существуют методы оценки, базирующиеся на прогнозах (метод периода окупаемости и т.п.), а также промежуточные методы (методы рыночных сравнений и др.). Ученые-экономисты дают различную оценку надежности этих методов[14].

В отечественной практике чаще всего применяется балансовая или рыночная оценка имущества коммерческих организаций. Сложно однозначно утверждать о выгодности для наследников той или иной формы оценки, поскольку имущество может иметь как завышенную[15] балансовую стоимость, так и заниженную. Кроме того, многие коммерческие юридические лица обладают комплексом прав на интеллектуальную собственность (патенты, товарные знаки, лицензионные договоры). Для определения «ценности» доли немаловажное значение имеют репутация организации, выгодное сотрудничество (или, как еще называют в литературе, клиентела[16])- Все это в балансе может отражаться не по реальной стоимости.

В целях защиты интересов наследников от необоснованного уменьшения наследства вследствие его необъективной оценки представляется полезным установить единый порядок расчета стоимости доли в коммерческой организации. С учетом приведенных выше доводов можно заключить, что такая оценка должна исходить только из рыночной стоимости имущества. При подобном решении проблемы возникает другой вопрос: как и кто будет определять рыночную стоимость имущества коммерческой организации, на основе которой формируется стоимость доли наследников? В связи с этим оптимальное, на наш взгляд, предложение было сделано Л.И. Корчев- ской, которая, в частности, предлагает следующее: «в случае смерти участника хозяйственного товарищества (общества)... должна быть произведена немедленно оценка предприятия... оценка должна производиться независимым оценщиком, которого выбирают не стороны, а нотариус»[17]. Минусами данного решения являются большие материальные, временные, а также организационные затраты коммерческой организации, которые она будет вынуждена понести, осуществляя полную инвентаризацию своего имущества. Однако просто нет иного способа установить действительную стоимость доли в имуществе коммерческого юридического лица с учетом российских реалий.

Таким образом, во-первых, определение именно рыночной стоимости позволит наследникам выяснить реальную стоимость той части имущества, на которую они имеют право, а во-вторых, правила об оценке стоимости имущества независимым оценщиком, привлекаемым не сторонами, а нотариусом, помогут исключить случаи представления остальными участниками коммерческой организации неверных сведений о составе имущества и его реальной стоимости, а также возможность сговора коммерческой организации и оценщика.

Безусловно, рассмотренные вопросы не исчерпывают всей проблематики, связанной с наследованием прав и обязанностей наследодателей (участников коммерческих организаций), и она должна стать предметом более глубокого и детального анализа ученых-юристов.

  • [1] Подробнее см.: Корчевская Л.И. Объекты наследственного преемства в условияхэкономических преобразований : дис.... канд. юрид. наук. М., 1997. С. 137—139.
  • [2] Действующее законодательство четко не решает вопрос о наследовании дивидендов и о том периоде, за который они должны выплачиваться наследникам, что приводитк различным решениям указанного вопроса на практике. В свою очередь это влечет неравное положение наследников и порой ущемление их наследственных прав.
  • [3] Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от7 марта 2007 г. № А56-14002/2006.
  • [4] См.: Корчевская Л.И. Указ. соч. С. 148.
  • [5] См., например: Елисеев И.В. Гражданское право : учебник. Т. 1; под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2001. С. 151.
  • [6] См.: Садиков О.Н. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации.М.: Юринформцентр, 1995. С. 105.
  • [7] См.: Корчевская Л.И. Указ. соч. С. 169—172.
  • [8] В ст. 67 ГК РФ закрепляется право принимать участие в распределении прибыли,а в ст. 31 ФЗ «Об акционерных обществах» оно конкретизируется, предусматривая правоакционера на получение дивиденда.
  • [9] СПС КонсультантПлюс
  • [10] Согласно п. 1 ст. 1154 ГК РФ, установлен шестимесячный срок для принятия наследства со дня его открытия.
  • [11] См.: Корчевская Л.И. Указ. соч. С. 171.
  • [12] Согласно п. 2 ст. 78 ГК РФ, стоимость той части имущества товарищества, котораяпричитается наследникам товарища, определяется по правилам, аналогичным правиламопределения стоимости части имущества при выбытии участника из полного товарищества.
  • [13] Применение данной статьи возможно по аналогии закона ввиду того, что п. 3 ст. 7ФЗ «О производственных кооперативах» не содержит порядка выплаты стоимости паяумершего члена кооператива.
  • [14] Григорьев В.В., Федотова МЛ. Оценка предприятия. Теория и практика. М. : Кно-рус, 2017. С. 38-42.
  • [15] Наиболее типично это для оргтехники, балансовая оценка которой заметно превышает ее действительную рыночную стоимость. Так происходит потому, что формальнаяамортизация данного имущества значительно отстает от фактического понижения егорыночной стоимости.
  • [16] хХалфина Р.О. Современный рынок. Правила игры. М.: Гуманитарное знание, 1993.С. 37.
  • [17] См.: Корчевская Л.И. Указ. соч. С. 159—160.
 
Посмотреть оригинал
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы